Одним из расхожих стереотипов, которыми так богата историческая наука, является факт преследования по национальному признаку в фашистской Германии. Явление это — достаточно сложное и неоднозначное в своей основе — часто низводится до уровня банального геноцида в концентрационных лагерях. Историки из стран союзников по антигитлеровской коалиции не любят вспоминать такие неприятные для них факты, как преследование по национальному признаку в США (которые загнали в невадские концлагеря болеё 300 тыс. американских японцев), или ту истину, что концлагеря были придуманы англичанами еще в начале 20-го столетия (во времена англо-бурской войны). О сталинском ГУЛАГе, поглотившем миллионы жизней прежде всего русских людей, в этой связи тоже нелишне помнить.
Добавить в моё избранное
43 мин, 28 сек 5507
Легко понять, что условия содержания были жуткими.
Все тифозные инфицированные из лагеря Нацвейлер в течение 1944 г. либо погибли от отсутствия медицинской помощи, либо были казнены лагерной охраной. О судьбе этих людей стало известно потому лишь, что летом 1944 г. им удалось установить контакт с другими заключенными и рассказать о себе. Возможно, именно в силу технической неспособности накопить необходимое количество эффективных вакцин против тифа Гитлер не решился развязать бактериологическую войну на территории Германии в конце 1944-45 гг..
О п ы т ы М е н г е л е и к о н ц е п ц и я г е н е т и ч е с к о г о о р у ж и я: Крупнейший фашистский концентрационный лагерь Освенцим был разбит на несколько крупных секторов. Сектора под условными названиями «Биркенау — 2» и«-3» служили местом заточения этнических цыган. Именно там ставил свои медицинские опыты печально известный доктор Менгеле.
Начиная с мая 1943 г. он последовательно прививал цыганам тиф, оспу и водяную гангрену (другое название — нома). Последняя болезнь чрезвычайно интересовала Менгеле. Она поражала слизистые оболочки губ, полость рта, приводя к образованию незаживающих ран. Нома давала очень большой коэффициент летальных исходов и по ряду причин рассматривалась немецкими врачами в качестве чрезвычайно перспективного биологического оружия. Нома не приводила к эпидемиям (и в этом отношении была безопаснеё, скажем, чумы или оспы), но при условии модификации бактерий могла превратиться в весьма серьезное оружие.
Надо сказать, что Менгеле был одержим идеёй создать генетическое оружие, т. е. такую разновидность биологического оружия массового поражения, которая поражая представителей одного этноса оставалась бы безвредной для представителей другого. Нельзя не заметить, что при всей кажущейся фантастичности сама по себе концепция генетического оружия строго научна. Идеи доктора Менгеле намного опередили свое время и для 1943 г. они были явно утопичны, но подобные разработки после Второй Мировой войны велись во всех ведущих странах мира (разумеётся, в отличие от Германии на людях там никто не экспериментировал).
Менгеле надеялся создать такую разновидность номы, которая развиваясь у людей с темным цветом радужной оболочки глаз, не поражала бы голубоглазых. Последними, как нетрудно догадаться, были в своей основной массе арийцы; темноглазые же — славяне и вообще «неарийские народы», противостоящие Рейху. Для этого Менгеле изучал как само заболевание, так и генетический механизм передачи цвета глаз от родителей детям.
Доктор-изверг (этот эпитет подходит Менгеле без всяких оговорок) прививал ному всем близнецам, каких только мог розыскать в Освенциме. Зараженных не лечили, но если один из них чудом оставался жив, его умерщвляли, чтобы Менгеле путем вскрытия выяснил природу повышенной индивидуальной переносимости болезни. Даже при эвакуации Освенцима, когда гитлеровцы спешили замести следы своих преступлений, Менгеле запретил уничтожать тела последних 12 пар близнецов. У смертников он лично написал на груди мелком буквы ZS, по которым опознал тела после удушения газом. Помеченные мелом тела казненных цыган были отобраны и эвакуированы в тыл. Об этом рассказали доктора Бендель и Эпштейн, ассистировавшие тогда Менгеле.
Теоретик генетической войны был поражен, когда узнал, что истинные цыгане («род синти») как прямые потомки древних арийцев нередко имеют голубые глаза. Менгеле попросил СС розыскать и предоставить в его распоряжение голубоглазых цыган, заявив, что их изучение совершенно необходимо для разработки новых систем оружия. В феврале 1944 г. СС предоставило врачу-садисту 4 цыган (трех мужчин и женщину), имевших радужную оболочку глаз голубого цвета. Менгеле умертвил этих людей, вынул глазные яблоки и в законсервированном виде отправил их на исследование в Берлин. Он намеревался выделить вещество, отвечающеё в человеческом организме за цвет радужной оболочки глаз, и использовать его в качестве нейтрализатора разрабатываемой им «генетической модификации гангрены».
О п ы т ы п о м а с с о в о й с т е р и л и з а ц и и л ю д е й: Если опыты по разработке генетического оружия представлялись все же весьма экзотическими и имевшими в ближайшем будущем весьма сомнительную практическую ценность, то разработка дешевой технологии массовой стерилизации людей обещала немецким врачам золотой дождь буквально завтра. Нацисты, ратовавшие за очищение Европы от «расово неполноценных народов», требовали от науки выработать эффективные методики уничтожения репродуктивной способности целых этносов. И многие немецкие врачи с готовностью отозвались на призыв партии. Известно письмо врача, члена СС, австрийца Адольфа Покорны с которым он обратился к Гиммлеру в 1942 г.; в этом письме можно найти такие откровенные пассажи: «Врага необходимо не только победить, но и искоренить. В тех случаях, когда его не нужно убивать (… ) его следует лишить возможности воспроизводить себя.
Все тифозные инфицированные из лагеря Нацвейлер в течение 1944 г. либо погибли от отсутствия медицинской помощи, либо были казнены лагерной охраной. О судьбе этих людей стало известно потому лишь, что летом 1944 г. им удалось установить контакт с другими заключенными и рассказать о себе. Возможно, именно в силу технической неспособности накопить необходимое количество эффективных вакцин против тифа Гитлер не решился развязать бактериологическую войну на территории Германии в конце 1944-45 гг..
О п ы т ы М е н г е л е и к о н ц е п ц и я г е н е т и ч е с к о г о о р у ж и я: Крупнейший фашистский концентрационный лагерь Освенцим был разбит на несколько крупных секторов. Сектора под условными названиями «Биркенау — 2» и«-3» служили местом заточения этнических цыган. Именно там ставил свои медицинские опыты печально известный доктор Менгеле.
Начиная с мая 1943 г. он последовательно прививал цыганам тиф, оспу и водяную гангрену (другое название — нома). Последняя болезнь чрезвычайно интересовала Менгеле. Она поражала слизистые оболочки губ, полость рта, приводя к образованию незаживающих ран. Нома давала очень большой коэффициент летальных исходов и по ряду причин рассматривалась немецкими врачами в качестве чрезвычайно перспективного биологического оружия. Нома не приводила к эпидемиям (и в этом отношении была безопаснеё, скажем, чумы или оспы), но при условии модификации бактерий могла превратиться в весьма серьезное оружие.
Надо сказать, что Менгеле был одержим идеёй создать генетическое оружие, т. е. такую разновидность биологического оружия массового поражения, которая поражая представителей одного этноса оставалась бы безвредной для представителей другого. Нельзя не заметить, что при всей кажущейся фантастичности сама по себе концепция генетического оружия строго научна. Идеи доктора Менгеле намного опередили свое время и для 1943 г. они были явно утопичны, но подобные разработки после Второй Мировой войны велись во всех ведущих странах мира (разумеётся, в отличие от Германии на людях там никто не экспериментировал).
Менгеле надеялся создать такую разновидность номы, которая развиваясь у людей с темным цветом радужной оболочки глаз, не поражала бы голубоглазых. Последними, как нетрудно догадаться, были в своей основной массе арийцы; темноглазые же — славяне и вообще «неарийские народы», противостоящие Рейху. Для этого Менгеле изучал как само заболевание, так и генетический механизм передачи цвета глаз от родителей детям.
Доктор-изверг (этот эпитет подходит Менгеле без всяких оговорок) прививал ному всем близнецам, каких только мог розыскать в Освенциме. Зараженных не лечили, но если один из них чудом оставался жив, его умерщвляли, чтобы Менгеле путем вскрытия выяснил природу повышенной индивидуальной переносимости болезни. Даже при эвакуации Освенцима, когда гитлеровцы спешили замести следы своих преступлений, Менгеле запретил уничтожать тела последних 12 пар близнецов. У смертников он лично написал на груди мелком буквы ZS, по которым опознал тела после удушения газом. Помеченные мелом тела казненных цыган были отобраны и эвакуированы в тыл. Об этом рассказали доктора Бендель и Эпштейн, ассистировавшие тогда Менгеле.
Теоретик генетической войны был поражен, когда узнал, что истинные цыгане («род синти») как прямые потомки древних арийцев нередко имеют голубые глаза. Менгеле попросил СС розыскать и предоставить в его распоряжение голубоглазых цыган, заявив, что их изучение совершенно необходимо для разработки новых систем оружия. В феврале 1944 г. СС предоставило врачу-садисту 4 цыган (трех мужчин и женщину), имевших радужную оболочку глаз голубого цвета. Менгеле умертвил этих людей, вынул глазные яблоки и в законсервированном виде отправил их на исследование в Берлин. Он намеревался выделить вещество, отвечающеё в человеческом организме за цвет радужной оболочки глаз, и использовать его в качестве нейтрализатора разрабатываемой им «генетической модификации гангрены».
О п ы т ы п о м а с с о в о й с т е р и л и з а ц и и л ю д е й: Если опыты по разработке генетического оружия представлялись все же весьма экзотическими и имевшими в ближайшем будущем весьма сомнительную практическую ценность, то разработка дешевой технологии массовой стерилизации людей обещала немецким врачам золотой дождь буквально завтра. Нацисты, ратовавшие за очищение Европы от «расово неполноценных народов», требовали от науки выработать эффективные методики уничтожения репродуктивной способности целых этносов. И многие немецкие врачи с готовностью отозвались на призыв партии. Известно письмо врача, члена СС, австрийца Адольфа Покорны с которым он обратился к Гиммлеру в 1942 г.; в этом письме можно найти такие откровенные пассажи: «Врага необходимо не только победить, но и искоренить. В тех случаях, когда его не нужно убивать (… ) его следует лишить возможности воспроизводить себя.
Страница 6 из 13
