Наряду с преступлениями, подпадающими под чёткую полицейскую классификацию, в истории уголовного сыска есть место и некоторому, весьма небольшому проценту совершенно особенных преступлений, объединённых весьма расплывчатым и условным понятием «неочевидность мотива совершения». Это очень необычные преступные деяния, непонятные, нелогичные, зачастую бестолковые, словно бы незавершённые или даже совершённые по ошибке.
Добавить в моё избранное
43 мин, 13 сек 20666
На первый взгляд может показаться, что в момент совершения этих преступлений злоумышленник вёл себя не так так должен. В этих преступлениях всё призрачно — внутренняя логика содеянного, целеполагание, замысел, мотив. Но именно эта неопределённость и превращает такие преступления в прекраснейший исходный материал как для документального, так и художественного детектива.
Начало трагическим событиям, о которых пойдёт рассказ, положил в общем-то тривиальный и малозначительный повод. Поздним вечером 13 апреля 1992 г., в понедельник, 33-летний Джеймс Осборн приехал к частному дому своего дяди Йена Блэкбёрна на 3-й Леонард-стрит в Торонто, Канада. Накануне вечером дядюшка с супругой не явились на ужин к матери Джеймса и теперь последнему предстояло убедиться, что с ними всё в порядке.
3-я Леонард-стрит находится на территории 53 округа Торонто — это вполне безопасный район, который населяют люди с достатоком выше среднего. Район застроен богатыми коттеджами с бассейнами и гаражами на несколько автомашин. Уголовные преступления там очень редки, в основном это кражи из незапертых домов или автомашин, а уж уголовщина с применением или угрозой применения насилия там вообще редкость. Если дядюшка Йен не явился давеча на ужин и не ответил на телефонные звонки, значит он либо приболел, либо уехал на несколько дней из города, что же ещё это может означать, в самом деле?— примерно так рассуждал племянник, заехавший к дяде после окончания работы.
Джеймс Осборн, открыв своим ключом входную дверь неосвещённого дома, бегло осмотрел комнаты. Было очевидно, что в здании никого нет и это, конечно, было необычно. Но в комнатах царил порядок, все вещи стояли на своих местах, так что поначалу Осборн не испытал особой тревоги. Однако через некоторое время Джеймс обнаружил в конфетнице на тумбочке в холле связку ключей от автомашины Нэнси Блэкбёрн, жены дяди. Это было очень странно, поскольку Нэнси никогда с ключами не расставалась и трудно было представить, чтобы женщина умышленно оставила их дома. Если ключи находятся здесь, значит где-то неподалёку должна находиться и их владелица — так рассудил Осборн и ещё раз обошёл дом. Лишь во время повторного осмотра молодой человек обратил внимание на автомашину Нэнси Блэкбёрн, стоявшую на неосвещённой подъездной дорожке у ворот гаража. Это открытие лишь усилило ощущение странности происходившего, поскольку казалось невероятным, чтобы хозяйка бросила машину на ночь, не загнав её в гараж.
Осбор вышел на улицу и осмотрел автомашину. Ни снаружи, ни внутри он не заметил ничего подозрительного. На всякий случай Джеймс решил заглянуть в багажник; впоследствии он не мог объяснить, что же именно побудило его так поступить, поскольку он вовсе не рассчитывал найти там нечто необычное. Однако, подняв крышку, он увидел два трупа — один одетый, другой без одежды. Осборну понадобилось несколько секунд на то, чтобы узнать в скрюченных телах своего дядю Йена и его супругу Нэнси. Труп Йена Блэкбёрна был одет, Нэнси — полностью обнажён.
Полиция прибыла по телефонному вызову к дому Блэкбёрнов в 23:10. На расследование двойного убийства сразу были брошены большие силы полиции и криминалистов, все криминалистические исследования в его рамках проводились в приоритетном порядке и это позволило быстро получить и проанализировать большой массив значимой информации. Однако совокупность этих данных не только не прояснила обстоятельства гибели четы Блэкбёрн, но напротив, дезориентировало следствие.
На первый взгляд наличие трупов в багажнике, а ключей от автомашины в доме указывало на то, что преступление совершено в доме и тела убитых подготовлены к вывозу. Такое предположение выглядело вполне логичным — организованная преступная группа вполне могла действовать по такой схеме, чтобы замаскировать как сам факт убийства, так и обстоятельства его совершения. Однако осмотр дома показал, что следов совершения преступления в его помещениях нет. Не было ни крови — явных отпечатков, либо замытых — ни пулевых отверстий, ни следов борьбы или взлома. Также отсутствовали следы тщательной уборки, которые могли бы косвенно указывать на попытку сокрытия следов преступления. Криминалисты без труда отыскали большое число отпечатков пальцев, принадлежность которых установили в последующие три дня. Все они были оставлены либо погибшим, либо их родным и знакомым. Помимо этого, в большой комнате на видном месте лежала значительная сумма денег и казалось невероятным, чтобы ею пренебрёг преступник (либо преступники), если только он на самом деле орудовал в доме.
В том, что дом не был местом совершения преступления, детективы окончательно убедились после того, как нашли в платяном шкафу внушительных размеров шкатулку, наполненную драгоценностями. Украшения не были раритетами и технически их было совсем несложно сбыть с рук. При этом ценность они имели весьма значительную — куда более 100 тыс. канадских долларов. Мимо такой добычи не прошёл бы ни один грабитель.
Начало трагическим событиям, о которых пойдёт рассказ, положил в общем-то тривиальный и малозначительный повод. Поздним вечером 13 апреля 1992 г., в понедельник, 33-летний Джеймс Осборн приехал к частному дому своего дяди Йена Блэкбёрна на 3-й Леонард-стрит в Торонто, Канада. Накануне вечером дядюшка с супругой не явились на ужин к матери Джеймса и теперь последнему предстояло убедиться, что с ними всё в порядке.
3-я Леонард-стрит находится на территории 53 округа Торонто — это вполне безопасный район, который населяют люди с достатоком выше среднего. Район застроен богатыми коттеджами с бассейнами и гаражами на несколько автомашин. Уголовные преступления там очень редки, в основном это кражи из незапертых домов или автомашин, а уж уголовщина с применением или угрозой применения насилия там вообще редкость. Если дядюшка Йен не явился давеча на ужин и не ответил на телефонные звонки, значит он либо приболел, либо уехал на несколько дней из города, что же ещё это может означать, в самом деле?— примерно так рассуждал племянник, заехавший к дяде после окончания работы.
Джеймс Осборн, открыв своим ключом входную дверь неосвещённого дома, бегло осмотрел комнаты. Было очевидно, что в здании никого нет и это, конечно, было необычно. Но в комнатах царил порядок, все вещи стояли на своих местах, так что поначалу Осборн не испытал особой тревоги. Однако через некоторое время Джеймс обнаружил в конфетнице на тумбочке в холле связку ключей от автомашины Нэнси Блэкбёрн, жены дяди. Это было очень странно, поскольку Нэнси никогда с ключами не расставалась и трудно было представить, чтобы женщина умышленно оставила их дома. Если ключи находятся здесь, значит где-то неподалёку должна находиться и их владелица — так рассудил Осборн и ещё раз обошёл дом. Лишь во время повторного осмотра молодой человек обратил внимание на автомашину Нэнси Блэкбёрн, стоявшую на неосвещённой подъездной дорожке у ворот гаража. Это открытие лишь усилило ощущение странности происходившего, поскольку казалось невероятным, чтобы хозяйка бросила машину на ночь, не загнав её в гараж.
Осбор вышел на улицу и осмотрел автомашину. Ни снаружи, ни внутри он не заметил ничего подозрительного. На всякий случай Джеймс решил заглянуть в багажник; впоследствии он не мог объяснить, что же именно побудило его так поступить, поскольку он вовсе не рассчитывал найти там нечто необычное. Однако, подняв крышку, он увидел два трупа — один одетый, другой без одежды. Осборну понадобилось несколько секунд на то, чтобы узнать в скрюченных телах своего дядю Йена и его супругу Нэнси. Труп Йена Блэкбёрна был одет, Нэнси — полностью обнажён.
Полиция прибыла по телефонному вызову к дому Блэкбёрнов в 23:10. На расследование двойного убийства сразу были брошены большие силы полиции и криминалистов, все криминалистические исследования в его рамках проводились в приоритетном порядке и это позволило быстро получить и проанализировать большой массив значимой информации. Однако совокупность этих данных не только не прояснила обстоятельства гибели четы Блэкбёрн, но напротив, дезориентировало следствие.
На первый взгляд наличие трупов в багажнике, а ключей от автомашины в доме указывало на то, что преступление совершено в доме и тела убитых подготовлены к вывозу. Такое предположение выглядело вполне логичным — организованная преступная группа вполне могла действовать по такой схеме, чтобы замаскировать как сам факт убийства, так и обстоятельства его совершения. Однако осмотр дома показал, что следов совершения преступления в его помещениях нет. Не было ни крови — явных отпечатков, либо замытых — ни пулевых отверстий, ни следов борьбы или взлома. Также отсутствовали следы тщательной уборки, которые могли бы косвенно указывать на попытку сокрытия следов преступления. Криминалисты без труда отыскали большое число отпечатков пальцев, принадлежность которых установили в последующие три дня. Все они были оставлены либо погибшим, либо их родным и знакомым. Помимо этого, в большой комнате на видном месте лежала значительная сумма денег и казалось невероятным, чтобы ею пренебрёг преступник (либо преступники), если только он на самом деле орудовал в доме.
В том, что дом не был местом совершения преступления, детективы окончательно убедились после того, как нашли в платяном шкафу внушительных размеров шкатулку, наполненную драгоценностями. Украшения не были раритетами и технически их было совсем несложно сбыть с рук. При этом ценность они имели весьма значительную — куда более 100 тыс. канадских долларов. Мимо такой добычи не прошёл бы ни один грабитель.
Страница 1 из 13
