В свое время — т.е. в середине 6-го столетия нашей эры — выдающийся мыслитель своего времени и философ Козьма Индикоплов, доказывая физическую невозможность существования шарообразной Земли, назвал умозрительных обитателей противоположной нам стороны «антиподами».
Добавить в моё избранное
131 мин, 30 сек 17090
Скорее всего, дом в Элбертоне, в котором жили трансвеститы, тоже подвергся обыску и этот обыск тоже оказался безрезультатным.
Не менее интересным оказалось и другое совпадение, связанное со взаимным расположением объектов, значимых для расследования убийства Ричарда Кельвина. Дело заключалось в том, что в зимние месяцы 1983 г. (т. е. июнь-август) Пру Фирман со своими дружками снимал дом на Шипстерс-роад (Shipsters Rd) на северо-востоке Аделаиды и дом этот оказался странным образом равноудалён как от дома фон Эйнема, так и от места обнаружения трупа Ричарда Кельвина. Эти 3 точки — дома Фирмана, фон Эйнема и место «сброса» трупа — образовывали равносторонний треугольник со сторонами 6,5-7 км. Но тут автор считает необходимым сразу же подчеркнуть, что само по себе подобное совпадение не может рассматриваться как улика и ничего не доказывает. С одной стороны, равноудаленность объектов может свидетельсвовать об удобстве проезда к ним преступника и определенная логика в таком допущении есть. Но, с другой стороны, это может быть всего лишь совпадением и делать далеко идущие выводы на основании подобных открытий всё же нельзя. Скажем так — это всего лишь ориентирующий признак, обнаружив который, следствию надлежало озаботиться поиском улик, подкрепляющих высказанную догадку.
В общем, в 2010 г. Пруденс Фирман умер и, возможно, он унёс в могилу важные секреты. Но возможно и прямо обратное — никаких секретов вообще не осталось — Фирман давным-давно рассказал правоохранительным органам всё, что знал, чем и купил индульгенцию себе самому и своим друзьям. Сообщения этого информатора остаются секретны и по сей день, что понятно — многие люди, названные им, всё ещё живы…
Совсем недавно — 30 июня 2015 г. — стало известно о смерти ещё одного друга Бивана фон Эйнема. В тот день в доме престарелых в местечке Чесснок (Cessnock) оставил этот лучший из миров 80-летний Питер Лесли Миллхаус (Peter Leslie Millhouse). Поскольку фамилия эта ничего не скажет читателям очерка, поясним, что речь идёт об упоминавшемся выше докторе Гамбьере (Gambier), лечившем Нейла Мьюира незадолго до похищения последнего. После того, как в середине 1980-х гг. на Гамбьера пали подозрения в причастности к похищениям и убийствам подростков, тот почёл за благо сменить фамилию. Тем не менее, из поля зрения правоохранительных органов он не исчезал, его периодически вызывали на «беседы» в полицию и проверяли с учётом вновь открывавшихся обстоятельств. В 2008 г. у Миллхауза был официально, по постановлению прокурора, проведен забор биоматериалов для сопоставления с ДНК-маркерами, извлеченными к тому времени из улик по убийствам, описанным в настоящем очерке (это, кстати, хороший знак, судя по всему, в начале 2000-х гг. изучение улик современными методиками позволило обнаружить некий генетический материал, происходящий предположительно от убийцы или убийц). Совпадений обнаружено не было и после 2008 г. Питера Миллхауза правоохранители оставили в покое.
На протяжении многих лет сотрудники правоохранительных органов жаловались на постоянно возникавшие во время расследования бюрократические препоны. Каждое следственное действие удавалось «пробивать» с огромным трудом, судебные власти ставили под сомнение любые, даже самые невинные, процедурные решения. Судьи отводили улики, добытые полицией, отклоняли ходатайства о проведении оперативных мероприятий (как«недостаточно мотивированные») и т. п. В настоящем очерке упомянуто чрезвычайное заседание руководства Аделаиды и шата Южная Австралия, имевшее место 25 июля 1983 г., необходимость которого была вызвана многочисленными жалобами руководящих чинов полиции и прокуратуры на саботаж со стороны судейского корпуса. Тогда полиция получила карт-бланш на активные мероприятия, в результате чего фон Эйнем был изобличён. Но вопрос о том, почему на протяжении ряда лет представители судебной власти тормозили расследование? ответа тогда не получил.
Сами судьи всерьёз доказывали, что их принципиальность обусловлена защитой гражданских прав населения. И формально это было, вроде бы, так. Однако в 1999 г. закрутилась весьма занимательная интрига, позволившая увидеть эту проблему с совершенно неожиданного ракурса.
11 июня 1999 г. детективы SAPOL надели наручники на Питера Майкла Лидди (Peter Michael Liddy), старейшего судью штата, вышедшего на заслуженный отдых годом ранее. Судья был обвинен в педофилии — полиции было известно об изнасилованиях по крайней мере 7 мальчиков в возрасте от 8 до 11 лет, совершенных судьёй в период с 1983 по 1986 гг. включительно. Более 10 лет правоохранительные органы ничего с этой информацией поделать не могли, не имея ни малейших шансов привлечь к ответу действующего судью. Прокуратуре пришлось дождаться, пока Лидди уйдет на пенсию и только после этого возобновлять старые расследования. К этому времени двое из потерпевших умерли по причинам, не связанным с изнасилованием, однако прокуратура поддерживала обвинение и от имени умерших.
Не менее интересным оказалось и другое совпадение, связанное со взаимным расположением объектов, значимых для расследования убийства Ричарда Кельвина. Дело заключалось в том, что в зимние месяцы 1983 г. (т. е. июнь-август) Пру Фирман со своими дружками снимал дом на Шипстерс-роад (Shipsters Rd) на северо-востоке Аделаиды и дом этот оказался странным образом равноудалён как от дома фон Эйнема, так и от места обнаружения трупа Ричарда Кельвина. Эти 3 точки — дома Фирмана, фон Эйнема и место «сброса» трупа — образовывали равносторонний треугольник со сторонами 6,5-7 км. Но тут автор считает необходимым сразу же подчеркнуть, что само по себе подобное совпадение не может рассматриваться как улика и ничего не доказывает. С одной стороны, равноудаленность объектов может свидетельсвовать об удобстве проезда к ним преступника и определенная логика в таком допущении есть. Но, с другой стороны, это может быть всего лишь совпадением и делать далеко идущие выводы на основании подобных открытий всё же нельзя. Скажем так — это всего лишь ориентирующий признак, обнаружив который, следствию надлежало озаботиться поиском улик, подкрепляющих высказанную догадку.
В общем, в 2010 г. Пруденс Фирман умер и, возможно, он унёс в могилу важные секреты. Но возможно и прямо обратное — никаких секретов вообще не осталось — Фирман давным-давно рассказал правоохранительным органам всё, что знал, чем и купил индульгенцию себе самому и своим друзьям. Сообщения этого информатора остаются секретны и по сей день, что понятно — многие люди, названные им, всё ещё живы…
Совсем недавно — 30 июня 2015 г. — стало известно о смерти ещё одного друга Бивана фон Эйнема. В тот день в доме престарелых в местечке Чесснок (Cessnock) оставил этот лучший из миров 80-летний Питер Лесли Миллхаус (Peter Leslie Millhouse). Поскольку фамилия эта ничего не скажет читателям очерка, поясним, что речь идёт об упоминавшемся выше докторе Гамбьере (Gambier), лечившем Нейла Мьюира незадолго до похищения последнего. После того, как в середине 1980-х гг. на Гамбьера пали подозрения в причастности к похищениям и убийствам подростков, тот почёл за благо сменить фамилию. Тем не менее, из поля зрения правоохранительных органов он не исчезал, его периодически вызывали на «беседы» в полицию и проверяли с учётом вновь открывавшихся обстоятельств. В 2008 г. у Миллхауза был официально, по постановлению прокурора, проведен забор биоматериалов для сопоставления с ДНК-маркерами, извлеченными к тому времени из улик по убийствам, описанным в настоящем очерке (это, кстати, хороший знак, судя по всему, в начале 2000-х гг. изучение улик современными методиками позволило обнаружить некий генетический материал, происходящий предположительно от убийцы или убийц). Совпадений обнаружено не было и после 2008 г. Питера Миллхауза правоохранители оставили в покое.
На протяжении многих лет сотрудники правоохранительных органов жаловались на постоянно возникавшие во время расследования бюрократические препоны. Каждое следственное действие удавалось «пробивать» с огромным трудом, судебные власти ставили под сомнение любые, даже самые невинные, процедурные решения. Судьи отводили улики, добытые полицией, отклоняли ходатайства о проведении оперативных мероприятий (как«недостаточно мотивированные») и т. п. В настоящем очерке упомянуто чрезвычайное заседание руководства Аделаиды и шата Южная Австралия, имевшее место 25 июля 1983 г., необходимость которого была вызвана многочисленными жалобами руководящих чинов полиции и прокуратуры на саботаж со стороны судейского корпуса. Тогда полиция получила карт-бланш на активные мероприятия, в результате чего фон Эйнем был изобличён. Но вопрос о том, почему на протяжении ряда лет представители судебной власти тормозили расследование? ответа тогда не получил.
Сами судьи всерьёз доказывали, что их принципиальность обусловлена защитой гражданских прав населения. И формально это было, вроде бы, так. Однако в 1999 г. закрутилась весьма занимательная интрига, позволившая увидеть эту проблему с совершенно неожиданного ракурса.
11 июня 1999 г. детективы SAPOL надели наручники на Питера Майкла Лидди (Peter Michael Liddy), старейшего судью штата, вышедшего на заслуженный отдых годом ранее. Судья был обвинен в педофилии — полиции было известно об изнасилованиях по крайней мере 7 мальчиков в возрасте от 8 до 11 лет, совершенных судьёй в период с 1983 по 1986 гг. включительно. Более 10 лет правоохранительные органы ничего с этой информацией поделать не могли, не имея ни малейших шансов привлечь к ответу действующего судью. Прокуратуре пришлось дождаться, пока Лидди уйдет на пенсию и только после этого возобновлять старые расследования. К этому времени двое из потерпевших умерли по причинам, не связанным с изнасилованием, однако прокуратура поддерживала обвинение и от имени умерших.
Страница 35 из 38
