Есть замечательная русская пословица, выражающая в нескольких словах самую суть человеческих взаимоотношений: не имей сто рублей, а имей сто друзей. Существует и другая поговорка, восходящая корнями к воровским «понятиям», но не теряющая от этого своей мудрости: живи сам, давай жить другим. Оба выражения, несмотря на кажущуюся несхожесть, по большому счёту об одном и том же — умный человек ценит хорошее отношение к себе, признаёт и уважает чужой интерес, потому что без этого он обречён постоянно набивать себе шишки. И никакие деньги не спасут его от горьких плодов собственных ошибок.
Добавить в моё избранное
76 мин, 34 сек 13819
Ну, а пока он предлагал вьетнамцам инвестировать свободные деньги в паи некоего паевого фонда, в составе портфеля которого имеются акции той самой компании-владельца месторождения. В общем, всё это выглядело крайне мутно и недостоверно, однако, кое-какой гешефт предприимчивый вьетнамец получил. Покончив с «окучиванием» соплеменников в округе Ориндж, Тринх отправился в другой конец США — в штат Мичиган — где также принялся рассказывать тамошним вьетнамцам о месторождении Туран. В этом деле Хипу помогала его родная сестрёнка, дом которой был превращён в своеобразный офис таинственного«паевого фонда», от имени которого вёл свою агитацию Тринх. В доме сестры собирались потенциальные «инвесторы», разумеется, все из числа местных вьетнамцев, которым Хип велеречиво живописал достоинства инвестиций под его собственным чутким руководством и гарантировал скорый и неминучий «золотой дождь». Агитация и пропаганда сделали Тринха богаче на 867 тыс.$ — именно такую сумму доверчивые мичиганские вьетнамцы собрали и вручили ему с целью инвестирования в Туран. У всех, кто читал «12 стульев» рассказ про«Туранское месторождение» вызовёт прямую аналогию с бендеровским«Союзом меча и орала», но в Мичигане про такую книжку не слышали, а жаль! Любовь к книге помогла бы мичиганским вьетнамцам сохранить собственные сбережения… В конечном итоге, все эти сборы денег стоили Тринху 20 лет свободы, но сей печальный эпилог последовал спустя много позже описываемых событий.
А тогда, в конце 2005 г., Хип Тринх резво смылся из Мичигана и… куда вы думали направился? Правильно, он вернулся обратно в южную Калифорнию. Напрашивается явная аналогия с котом, который, сожрав однажды сметану на кухне, непременно вернётся туда, чтобы проверить, не появилось ли ещё сметанки? Так и Тринх вернулся обратно в Ньюпорт-бич, чтобы окучить доверчивых соплеменников по второму разу.
Надо сказать, что от этого замысла его отвлекла встреча с Дэнни Пэнгом. И хотя один был вьетнамцем, а другой китайцем, оба они были нахалами и мошенниками, а потому моментально нашли общий язык. Что тут скажешь, родственные души всегда поймут друг друга… Дэнни распознал удивительный талант Хипа продавать снег эскимосам и предложил вьетнамцу незамысловатую комбинацию: ты собираешь деньги для меня, а я крышую твой маленький бизнес. Одно дело, когда проворовавшийся брокер уговаривает мамочкиных друзей купить какой-то пай несуществующей казахской фирмы и совсем другое — быть официальным представителем компании с активами в полтора миллиарда долларов и обирать соплеменников так сказать официально.
Тринх подумал и… согласился. Он тут же был введён в состав Правления «Irvine capital holdings, LLC» и буквально через полгода эта крыша ему здорово помогла. Его мичиганские инвесторы заподозрили неладное и пригрозили сестрёнке Тринха, что обратятся в Министерство юстиции штата с просьбой провести расследование действий её братца. Тот моментально сел в самолёт Дэнни Пэнга, метнулся в Детройт, повстречался с недовольными прямо в аэропорту и сказал им буквально следующее:«Моим проектом в Туране заинтересовался сам Дэнни Пэнг, теперь мы компаньоны! Я стал членом Правления» Irvine group«, вы может проверить эту информацию, послав официальный запрос в Комиссию по ценным бумагам и фондовому рынку. Мне доверяет свои капиталы Фрэнк Карлуччи!» Сказанное прозвучало словно мантра. Совершенно обалдевшие«инвесторы», деньги которых Хип Тринх просто-напросто присвоил, смотрели на него, как на волшебника. Тринх пообещал скорое поступление бешенных дивидентов от инвестиций в «казахскую нефть», прыгнул в самолёт и был таков. А «инвесторы» остались ждать барышей и терпеливо прождали более трёх лет, пока не свели счёты с«финансовым консультатном» при довольно забавных обстоятельствах (о чём ещё будет сказано в своём месте)…
Итак, к началу 2007 г. у Дэнни Пэнга всё было хорошо. По всем направлениям и во всех смыслах… У него было всё — деньги, дома, самолёты, интересная деловая жизнь, интересная и разнообразная жизнь половая, масса планов на перспективу…
Одно было плохо: у Дэнни наметилось непонимание с Насаром Абубакаром. Если бы Дэнни Пэнг к тому времени не утратил связи с реальностью, он бы постарался избежать совершенно ненужного ему обострения отношений, но шальные деньги и удачливость в делах затмили, похоже, разум Великого Комбинатора. Тем более, что Абубакар действовал вовсе не против корпоративных интересов, а напротив — в их защиту. Он требовал увеличения страховых отчислений на случай невозможности осуществления плановых выплат, настаивал на снижении рискованности проводимой инвестиционной политики, наконец, он постоянно указывал Дэнни на то, что тратить корпоративные деньги на личные нужды недопустимо.
В один далеко не прекрасный день Дэнни Пэнг лишил своего ближайшего сподвижника Абубакара права распоряжаться корпоративными финансами. Причём, проделал это тихо, без предупреждения.
А тогда, в конце 2005 г., Хип Тринх резво смылся из Мичигана и… куда вы думали направился? Правильно, он вернулся обратно в южную Калифорнию. Напрашивается явная аналогия с котом, который, сожрав однажды сметану на кухне, непременно вернётся туда, чтобы проверить, не появилось ли ещё сметанки? Так и Тринх вернулся обратно в Ньюпорт-бич, чтобы окучить доверчивых соплеменников по второму разу.
Надо сказать, что от этого замысла его отвлекла встреча с Дэнни Пэнгом. И хотя один был вьетнамцем, а другой китайцем, оба они были нахалами и мошенниками, а потому моментально нашли общий язык. Что тут скажешь, родственные души всегда поймут друг друга… Дэнни распознал удивительный талант Хипа продавать снег эскимосам и предложил вьетнамцу незамысловатую комбинацию: ты собираешь деньги для меня, а я крышую твой маленький бизнес. Одно дело, когда проворовавшийся брокер уговаривает мамочкиных друзей купить какой-то пай несуществующей казахской фирмы и совсем другое — быть официальным представителем компании с активами в полтора миллиарда долларов и обирать соплеменников так сказать официально.
Тринх подумал и… согласился. Он тут же был введён в состав Правления «Irvine capital holdings, LLC» и буквально через полгода эта крыша ему здорово помогла. Его мичиганские инвесторы заподозрили неладное и пригрозили сестрёнке Тринха, что обратятся в Министерство юстиции штата с просьбой провести расследование действий её братца. Тот моментально сел в самолёт Дэнни Пэнга, метнулся в Детройт, повстречался с недовольными прямо в аэропорту и сказал им буквально следующее:«Моим проектом в Туране заинтересовался сам Дэнни Пэнг, теперь мы компаньоны! Я стал членом Правления» Irvine group«, вы может проверить эту информацию, послав официальный запрос в Комиссию по ценным бумагам и фондовому рынку. Мне доверяет свои капиталы Фрэнк Карлуччи!» Сказанное прозвучало словно мантра. Совершенно обалдевшие«инвесторы», деньги которых Хип Тринх просто-напросто присвоил, смотрели на него, как на волшебника. Тринх пообещал скорое поступление бешенных дивидентов от инвестиций в «казахскую нефть», прыгнул в самолёт и был таков. А «инвесторы» остались ждать барышей и терпеливо прождали более трёх лет, пока не свели счёты с«финансовым консультатном» при довольно забавных обстоятельствах (о чём ещё будет сказано в своём месте)…
Итак, к началу 2007 г. у Дэнни Пэнга всё было хорошо. По всем направлениям и во всех смыслах… У него было всё — деньги, дома, самолёты, интересная деловая жизнь, интересная и разнообразная жизнь половая, масса планов на перспективу…
Одно было плохо: у Дэнни наметилось непонимание с Насаром Абубакаром. Если бы Дэнни Пэнг к тому времени не утратил связи с реальностью, он бы постарался избежать совершенно ненужного ему обострения отношений, но шальные деньги и удачливость в делах затмили, похоже, разум Великого Комбинатора. Тем более, что Абубакар действовал вовсе не против корпоративных интересов, а напротив — в их защиту. Он требовал увеличения страховых отчислений на случай невозможности осуществления плановых выплат, настаивал на снижении рискованности проводимой инвестиционной политики, наконец, он постоянно указывал Дэнни на то, что тратить корпоративные деньги на личные нужды недопустимо.
В один далеко не прекрасный день Дэнни Пэнг лишил своего ближайшего сподвижника Абубакара права распоряжаться корпоративными финансами. Причём, проделал это тихо, без предупреждения.
Страница 15 из 22
