Одна из самых мрачных в истории Лос-Анджелеса серия убийств началась незадолго до полуночи 17 марта 1985 г. в небогатом районе Монтерей, когда 20-летняя Мария Хернандес (Maria Hernandez) возвратилась домой и, поставив автомобиль в гараж, вышла из него наружу. Из-за угла дома неожиданно выскочил мужчина с направленным на неё пистолетом. Он не пытался угрожать и ничего не требовал, точнее говоря он вообще не произнёс ни слова. Выстрелив в женщину в упор, с расстояния не более двух метров, он перешагнул через упавшую Марию и побежал внутрь дома. Оттуда через несколько секунд раздался второй выстрел.
Добавить в моё избранное
57 мин, 45 сек 6554
В три часа ночи 1 сентября 1985 г. колонна полицейского спецназа на 12 автомашинах, врезавшись в толпу митингующих, проложила коридор, через который из полицейского участка задержанный тут же был вывезен тюрьму штата.
Ричард Рамирес был потрясён как самим фактом своего задержания, так и той реакцией горожан, с которой столкнулся. Находясь в камере полицейского участка, он имел возможность слышать рёв толпы, и прощался с жизнью; Рамирес был уверен, что полиция не сможет обеспечить его безопасность и в конце-концов полицейские отдадут его на расправу негодующему народу. Находясь под впечатлением пережитого, он на первом же допросе без всякого запирательства начал свой покаянный рассказ.
Ричард Рамирес родился 28 февраля 1960 г. в городке Эль-Пасо, в штате Техас, в семье мексиканских эмигрантов. Он был младшим из семи детей.
По его собственному признанию, уже в возрасте восьми лет он стал курить, в годом позже — нюхать клей для резины — и вовсе не потому, что его кто-то этому научил, а потому, что одурманивающее действие химиката он сам обнаружил путём экспериментов. Что и говорить — интересный ход мыслей для девятилетнего мальчика!
Огромное значение на формирование мировоззрения юноши оказал его дядя Майкл, вернувшийся в 1972 г. из Вьетнама. Морской пехотинец, награждённый четырьмя медалями за воинскую доблесть, он учил Ричарда драться и постоянно рассказывал о похождениях на войне. В качестве иллюстраций и наглядных пособий использовалась толстая пачка полароидных снимков, на которой доблестный дядя позировал с отрезанными головами и нанизанными на телефонный шнур ушами «партизан». Таковыми почему-то являлись по преимуществу старики, женщины и дети. Дядя приучил племянника пить виски, курить марихуану и безмерно презирать окружающих. Жена дядюшки резко негативно относилась к тому, как тот вёл себя с Ричардом, считая, что Майкл растлевает юношу. По этому поводу супруги постоянно ругались, наконец, в один прекрасный день 1975 г. дядя Майкл, уставший от воплей жены, вытащил свой пистолет и выстрелом в лицо убил её. Случилось это на глазах Ричарда, который увиденную сцену расправы считал самым ярким впечатлением своей молодости. Дядюшка, кстати, после этого пошёл в полицию и сдался; судить его не стали, а отправили в психиатрическую лечебницу. Содеянное списали на т. н. «вьетнамский синдром».
В 15 лет Ричард Рамирес уже сделался законченным негодяем. Он стал членом уличной шайки подростков, проводившей время в наркотическом угаре и погружённую в постоянные конфликты с другими бандами таких же юнцов. Впервые Рамирес подвергся аресту в декабре 1977 г.; полицейские нашли при нём большой пакет с марихуаной, лыжную маску и пластиковый пистолет, в точности имитировавший настоящий. В последующие 5 лет по подозрению в уличных грабежах его арестовывали ещё трижды, но всякий раз обвинение не удавалось доказать.
Наконец, в 1982 г. он получил первый судебный приговор — 50 дней тюремного заключения с отстрочкой исполнения на 3 года и штраф в 115 $. По нашим, отечественным меркам, приговор этот выглядит очень странным, но преступление Ричарда Рамиреса даже по американским представлениям было предельно тупым и мелким — он отнял у женщины сумочку, в которой находились 57 $, и скрылся. Подобный мелкий уличный грабёж во многих районах США сделался до такой степени обыденным явлением, что уже почти легализован. Сами полицейские рекомендуют: если отправляетесь в опасный район, держите наготове 20 $ и если к вам подскочит наркоман с пистолетом или ножом — немедленно отдайте… и не пытайтесь потом жаловаться в полицию, мы такими заявлениями не занимаемся.
К 22 годам Ричард Рамирес находился на самом дне криминального американского сообщества — он не имел никакой преступной специализации, не принадлежал к серьёзной мафиозной структуре, не заработал уважаемую бандитскую репутацию. Он представлял из себя тот человеческий мусор, который никому не интересен и никем не уважается. Разумеется, нищий наркоман с ножом в дырявом кармане, пребывающий вечно в поисках денег, не мог рассчитывать на интерес к своей персоне даже со стороны самых дешёвых проституток.
У Ричарда Рамиреса имелись определённые проблемы с женщинами, которые с возрастом не исчезали, а напротив, только усугублялись. Его представления о женщинах ограничивались знакомыми проститутками, он элементарно не знал, о чём можно поговорить с обычной девушкой. Впрочем, с последними он даже и не пытался общаться. Рамирес мечтал о роли сутенёра, но в силу слабости характера не мог добиться уважения к себе (или хотя бы страха) со стороны проституток. Более-менее долговременные отношения у него установились только с некоей Донной Майерс, прожжённой шлюхой, старшей его на 18 лет. Их объединила любовь к тяжёлому року (оба любили «АС/DС»), а также непритязательность Донны; когда у Рамиреса появлялись деньги, она пускала его к себе пожить на пару-тройку дней и соглашалась даже всё это время терпеть вонь его гнилых зубов.
Ричард Рамирес был потрясён как самим фактом своего задержания, так и той реакцией горожан, с которой столкнулся. Находясь в камере полицейского участка, он имел возможность слышать рёв толпы, и прощался с жизнью; Рамирес был уверен, что полиция не сможет обеспечить его безопасность и в конце-концов полицейские отдадут его на расправу негодующему народу. Находясь под впечатлением пережитого, он на первом же допросе без всякого запирательства начал свой покаянный рассказ.
Ричард Рамирес родился 28 февраля 1960 г. в городке Эль-Пасо, в штате Техас, в семье мексиканских эмигрантов. Он был младшим из семи детей.
По его собственному признанию, уже в возрасте восьми лет он стал курить, в годом позже — нюхать клей для резины — и вовсе не потому, что его кто-то этому научил, а потому, что одурманивающее действие химиката он сам обнаружил путём экспериментов. Что и говорить — интересный ход мыслей для девятилетнего мальчика!
Огромное значение на формирование мировоззрения юноши оказал его дядя Майкл, вернувшийся в 1972 г. из Вьетнама. Морской пехотинец, награждённый четырьмя медалями за воинскую доблесть, он учил Ричарда драться и постоянно рассказывал о похождениях на войне. В качестве иллюстраций и наглядных пособий использовалась толстая пачка полароидных снимков, на которой доблестный дядя позировал с отрезанными головами и нанизанными на телефонный шнур ушами «партизан». Таковыми почему-то являлись по преимуществу старики, женщины и дети. Дядя приучил племянника пить виски, курить марихуану и безмерно презирать окружающих. Жена дядюшки резко негативно относилась к тому, как тот вёл себя с Ричардом, считая, что Майкл растлевает юношу. По этому поводу супруги постоянно ругались, наконец, в один прекрасный день 1975 г. дядя Майкл, уставший от воплей жены, вытащил свой пистолет и выстрелом в лицо убил её. Случилось это на глазах Ричарда, который увиденную сцену расправы считал самым ярким впечатлением своей молодости. Дядюшка, кстати, после этого пошёл в полицию и сдался; судить его не стали, а отправили в психиатрическую лечебницу. Содеянное списали на т. н. «вьетнамский синдром».
В 15 лет Ричард Рамирес уже сделался законченным негодяем. Он стал членом уличной шайки подростков, проводившей время в наркотическом угаре и погружённую в постоянные конфликты с другими бандами таких же юнцов. Впервые Рамирес подвергся аресту в декабре 1977 г.; полицейские нашли при нём большой пакет с марихуаной, лыжную маску и пластиковый пистолет, в точности имитировавший настоящий. В последующие 5 лет по подозрению в уличных грабежах его арестовывали ещё трижды, но всякий раз обвинение не удавалось доказать.
Наконец, в 1982 г. он получил первый судебный приговор — 50 дней тюремного заключения с отстрочкой исполнения на 3 года и штраф в 115 $. По нашим, отечественным меркам, приговор этот выглядит очень странным, но преступление Ричарда Рамиреса даже по американским представлениям было предельно тупым и мелким — он отнял у женщины сумочку, в которой находились 57 $, и скрылся. Подобный мелкий уличный грабёж во многих районах США сделался до такой степени обыденным явлением, что уже почти легализован. Сами полицейские рекомендуют: если отправляетесь в опасный район, держите наготове 20 $ и если к вам подскочит наркоман с пистолетом или ножом — немедленно отдайте… и не пытайтесь потом жаловаться в полицию, мы такими заявлениями не занимаемся.
К 22 годам Ричард Рамирес находился на самом дне криминального американского сообщества — он не имел никакой преступной специализации, не принадлежал к серьёзной мафиозной структуре, не заработал уважаемую бандитскую репутацию. Он представлял из себя тот человеческий мусор, который никому не интересен и никем не уважается. Разумеется, нищий наркоман с ножом в дырявом кармане, пребывающий вечно в поисках денег, не мог рассчитывать на интерес к своей персоне даже со стороны самых дешёвых проституток.
У Ричарда Рамиреса имелись определённые проблемы с женщинами, которые с возрастом не исчезали, а напротив, только усугублялись. Его представления о женщинах ограничивались знакомыми проститутками, он элементарно не знал, о чём можно поговорить с обычной девушкой. Впрочем, с последними он даже и не пытался общаться. Рамирес мечтал о роли сутенёра, но в силу слабости характера не мог добиться уважения к себе (или хотя бы страха) со стороны проституток. Более-менее долговременные отношения у него установились только с некоей Донной Майерс, прожжённой шлюхой, старшей его на 18 лет. Их объединила любовь к тяжёлому року (оба любили «АС/DС»), а также непритязательность Донны; когда у Рамиреса появлялись деньги, она пускала его к себе пожить на пару-тройку дней и соглашалась даже всё это время терпеть вонь его гнилых зубов.
Страница 13 из 17
