В подвале заброшенного склада в самой гуще леса разверзся Ад. Толстые мужчины в масках громко смеялись, кричали и в порыве животного похабства захлебывались слюной, с шумом втягивая ее обратно. Комната была наполнена запахом сырости, секса и соли.
Добавить в моё избранное
2 мин, 2 сек 6159
Девушка больше не могла сопротивляться, чувства оставили ее, и она лишь отдаленно слышала мерзкие шлепки и удары, а в голове крутилась лишь одна мысль: «За что Бог так обошелся со мной?» Эти мужчины настолько слабы, что даже не смогут убить ее, после того как они вдоволь удовлетворят свои животные потребности, она будет наспех одета в свою грязную разорванную одежду и выброшена где-нибудь на шоссе, дожидаясь пока хоть кто-нибудь остановится проверить бьется ли ее сердце.
Он все это видел уже не один раз, Он постоянно на это смотрит. Внизу ребенка убивают сверстники ради куска хлеба, накрывая его толстым одеялом и избивая ногами пока не почувствуют лишь мягкий кусок мяса. Не так далеко от него подростки угрожают ножом молодой женщине с коляской, в центре одного из самых больших городов происходит оргия гомосексуалистов, в одном из судов только что оправдали мошенника, укравшего последние деньги у многих пожилых людей. Все что происходит на свете — это все зеркало его души, и Он любуется тем, что сотворил. Он смеется, когда видит Библию, написанную рукой человека. Ад, Лимб, Рай, смертные грехи — это все детские сказки, которые со всей серьезностью изучают взрослые образованные люди. Его улыбка полна острых как бритва зубов, торчащих в разные стороны, пожелтевших, местами гнилых, а язык длинный и черный, скользкий как щупальце осьминог. Время от времени он облизывает им свои выпученные голубые глаза с маленькими зрачками. Его язык шлепается на лицо и извилисто ползет до самых глазных яблок, обильно смачивая их слюной, а он, не отрываясь, смотрит, как мозги пожилого мужчины медленно стекают по стене, а пальцы мертвой хваткой сжимают старенькое охотничье ружье. Он всегда рядом с нами. Его когтистая тонкая рука лежит на плечах возлюбленных, сердца которых вот-вот выпрыгнут из груди от всеобъемлющей страсти, когда они находятся ближе всех в мире друг к другу. Его змеиная шея словно перекидывает обезображенное лицо в момент человеческой смерти из-за спины, чтобы он видел стеклянные глаза мертвеца. Каждый видит Его, каждый чувствует его тяжелые руки на своих плечах, его прерывистое дыхание в темноте. Разорванная улыбка от уха до уха никогда не сходит с Его лица. Он сходит с ума от осознания того, что не имеет даже имени, от всемирного поклонения Ему одному, безумно радуется, когда люди убивают друг друга из-за религиозных споров.
Мы никогда не убьем Его, потому что при создании человечества Он не допустил ошибок. Он сделал так, что мы всегда будем убивать, насиловать и воровать. Именно поэтому Он и зовется бессмертным, потому что Его творения никогда не смогут прекратить его питать.
Он все это видел уже не один раз, Он постоянно на это смотрит. Внизу ребенка убивают сверстники ради куска хлеба, накрывая его толстым одеялом и избивая ногами пока не почувствуют лишь мягкий кусок мяса. Не так далеко от него подростки угрожают ножом молодой женщине с коляской, в центре одного из самых больших городов происходит оргия гомосексуалистов, в одном из судов только что оправдали мошенника, укравшего последние деньги у многих пожилых людей. Все что происходит на свете — это все зеркало его души, и Он любуется тем, что сотворил. Он смеется, когда видит Библию, написанную рукой человека. Ад, Лимб, Рай, смертные грехи — это все детские сказки, которые со всей серьезностью изучают взрослые образованные люди. Его улыбка полна острых как бритва зубов, торчащих в разные стороны, пожелтевших, местами гнилых, а язык длинный и черный, скользкий как щупальце осьминог. Время от времени он облизывает им свои выпученные голубые глаза с маленькими зрачками. Его язык шлепается на лицо и извилисто ползет до самых глазных яблок, обильно смачивая их слюной, а он, не отрываясь, смотрит, как мозги пожилого мужчины медленно стекают по стене, а пальцы мертвой хваткой сжимают старенькое охотничье ружье. Он всегда рядом с нами. Его когтистая тонкая рука лежит на плечах возлюбленных, сердца которых вот-вот выпрыгнут из груди от всеобъемлющей страсти, когда они находятся ближе всех в мире друг к другу. Его змеиная шея словно перекидывает обезображенное лицо в момент человеческой смерти из-за спины, чтобы он видел стеклянные глаза мертвеца. Каждый видит Его, каждый чувствует его тяжелые руки на своих плечах, его прерывистое дыхание в темноте. Разорванная улыбка от уха до уха никогда не сходит с Его лица. Он сходит с ума от осознания того, что не имеет даже имени, от всемирного поклонения Ему одному, безумно радуется, когда люди убивают друг друга из-за религиозных споров.
Мы никогда не убьем Его, потому что при создании человечества Он не допустил ошибок. Он сделал так, что мы всегда будем убивать, насиловать и воровать. Именно поэтому Он и зовется бессмертным, потому что Его творения никогда не смогут прекратить его питать.
