Всегда на страже

Да, пора кое-что открыть воякам, чтобы поддержать возникший между нами временный союз. А там кто знает, если удастся вбить в их головы, встать на нашу сторону, тогда, возможно, мы выполним то, зачем здесь появились. Так что, я утвердительно махнул головой, тем самым позволяя Роберту рассказать кое-что, но самое главное, пусть так и останется для других неведомым.

— Существа, с которыми мы здесь столкнулись, — начал говорить мой брат. — Мы их называем — ходунами. Любой укус, нанесенный темными тварями, приводит к заражению человека, после чего, тот впадает в кому, на короткий период времени, который реально похож на смерть. Отсутствует сердцебиение, нет явного дыхания. Кома длится примерно сутки — полтора, а затем укушенный становится монстром, жаждущим вашей плоти и крови. Помните об этом, если встретите воскресших своих братьев по оружию. Хотя надеюсь, так долго мы здесь не задержимся. Ходуны, не так проворны, так что с ними бороться не возникает проблем, если знаешь, что их уязвимое место — голова. А вот с обезьянами, мы столкнулись впервые, про них нам нечего сказать. Но не эти твари представляют для нас большую опасность. Гончие, вот с какими монстрами придется повозиться. Они проворны и действуют организовано, потому что их действия координирует поводырь. Им сейчас стал, как его там…

— Кевин Смит, — подсказала Луиза, догадавшись, о чем говорит мой брат.

— Верно, Кевин Смит, — вспомнил Роберт. — В первую очередь нужно устранить поводыря, тогда с гончими будет легче справиться.

— Откуда появились они? — спросил Игорь.

— Из найденного нами артефакта, — ответил Роберт. — А вот откуда идет тот проход, честно признаюсь — не знаю, возможно, из параллельного мира, а может быть из самой преисподней. Но не в этом суть. Главное, они агрессивно настроены против людей по непонятной причине, значит, являются угрозой, которую нужно устранить. В первую очередь нужно уничтожить сам артефакт, чтобы оттуда больше не одной твари не вылезло, а потом, всех монстров помножить на минус, взорвав к чертовой матери это змеиное гнездо. Как тебе такой расклад?

Игорь, молча, мерил помещение шагами. Остальные бойцы, так же не подавали звука, переваривая, полученную информацию. А нам ничего не оставалось, как только ждать решения командира.

— Значит — зомби, — я так и не понял, Игорь задал вопрос или просто констатировал факт.

— Ну что ты, как попугай заладил — зомби, зомби, — проворчал Роберт. — Джордж Ромеро придумал разную хрень, чтобы людей пугать, типа — «Ночь живых мертвецов», «Рассвет мертвецов», а вы как попки вторите ему, воздвигая само понятие зомби чуть ли не в культовое движение.

Ну, да, так оно и есть. После таких фильмов, привыкли люди ассоциировать ходячие трупы с понятием зомби, даже не задумываясь о бреде самой идеи оживления мертвеца. Интересно, как они вообще двигаются, если их мозги превратились в тухлый коктейль и как питаются? У них что, желудок по непонятной причине заработал? Я представляю; забегаловка — «Блуждающий Зомби», где подают гамбургер из человеческой свежатины под мрачную музыку Тарантино, а рядом стоит туалет с очередью ходячих мертвецов, которые переели мяса диабетика. Потом они строем идут в кинотеатр, где смотрят фильм «Тепло наших тел» и от умиления роняют склизкие гнойные слезы, во время романтических сцен. Короче, бред какой-то получается, особенно, если учесть происхождение самого понятия«зомби», потому что на языке банту, это означает — душа мертвеца. На другом западноафриканском диалекте — привидение, а некоторые племена черного континента считают, что словом зомби когда-то называли огромного черного змея, извечного врага солнца, света и радости.

— Тогда, кто они? — вопрос Игоря отвлек меня от размышлений. — По рассказу, дамочки, — командир мельком взглянул на Луизу, — некоторые из ее коллег получили раны несовместимые с жизнью, но в тоже время, они ведут весьма активный образ жизни, передвигаясь по коридорам объекта в поиске пищи. Как такое может быть?

— Я не знаю, как все это происходит, — признался Роберт, — может, во время укуса в их организм попадает какая-то дрянь, наподобие нано ботов, которые ускоренно заживляют раны, или заражаются вирусом меняющим метаболизм организма. Я не доктор и на данный вопрос точного ответа дать не могу, почему у ходунов даже значительные повреждения тела не могут привести к летальному исходу, а вот голова — их самое уязвимое место. Может, там какой-то процессор находится, который боится механических повреждений.

— Может этот портал — прямая дорога в преисподнюю? — на полном серьезе предположил Игорь. Он не был набожным человеком, но когда сталкиваешься с чем-то необъяснимым, то волей неволей поверишь в существование ада и в Сатану, правящего там.

— Нет, командир, преисподняя с Дьяволом здесь не причем, — заверил я его, припомнив одну странную историю.

Это было года два назад.