Оливер выхватил из рук брата пульт и переключил на другой канал. Багз Банни сменился мужчиной в устрашающей маске, закрывающей нижнюю часть лица.
Добавить в моё избранное
4 мин, 42 сек 15860
— Олли! — возмущенно взвыл Робби. — Отдай!
— Нет уж. Сегодня показывают все фильмы про Лектера, и я хочу посмотреть!
— Ты достал со своими ужастиками! — захныкал брат. — Я боюсь!
— Дурачок, тебе уже девять, а ты все еще боишься? — поддел Оливер. — Ну ты и девчонка.
— Сам такой, — мальчик надулся и отвернул голову от экрана.
Оливер искоса глянул на него, но решил не поддаваться. Мультики можно и потом посмотреть. Не ночью. А сейчас до жути хотелось пощекотать нервы.
— Ну и смотри свою хрень, — Робби демонстративно поднялся. — Я тогда в папин компьютер залезу и поиграю во что-нибудь.
— Он же запретил, — на автомате произнес Оливер, не отрывая взгляда от экрана.
— Ну он же не узнает. Они с мамой только завтра вернутся.
— Да делай, что хочешь, — отмахнулся брат.
Робби вздохнул и прошел в кабинет отца. Щелкнул кнопкой выключателя.
— Олли, лампочка перегорела!
— Угу, — отозвался тот.
— Я не знаю, где запасные!
— Поищи на кухне! — в голосе значительно прибавилось раздражения.
Робби втянул голову в плечи и пронесся мимо на кухню. Когда брат занят своими маньяками, к нему лучше не лезть — озвереет.
Парень замер в предвкушении. Вот, сейчас будет его любимая сцена… Еще чуть-чуть… Сцепленные руки даже вспотели от возбуждения. Ну… Ну?
— Олли! — очередной вскрик.
Ну сейчас он ему задаст. Оливер вскочил и, сжав кулаки, размашистым шагом прошел на кухню.
— Ты у меня таких пенделей получишь, мелкий…
Слова застряли в горле. Младший брат в ужасе смотрел на него, а у шеи блестело лезвие ножа.
— А вот и второй мальчик, — усмехнулся высокий светловолосый мужчина со сверкающими, как льдинки, голубыми глазами. — Без глупостей, или я убью его.
— Что… — Оливер прокашлялся. — Что вам нужно?
— Считай меня грабителем, — улыбнулся тот. — Так будет проще.
— Берите, что вам нужно, и уходите, — пролепетал парень. — Мы никому ничего…
Мужчина рассмеялся. Затем оттолкнул мальчика в сторону и подошел к Оливеру.
— Робби, беги! — крикнул брат, хватая кухонный нож. Но крепкая затрещина мгновенно вырубила его.
Темнота плыла перед глазами. Именно плыла — неторопливо, с достоинством протекала мимо, будто Оливер лежал на берегу черной реки. Красная вспышка прорезала ее, словно рыба плеснула хвостом, и парень застонал, приоткрыв глаза.
Кафель на потолке. Раковина там же, унитаз с правом верхнем углу, зеленый коврик держится немыслимым образом. Пошевелившись, Оливер обнаружил, что руки связаны за спиной. Дернул ногами, и резкая боль впилась в лодыжки. Черт. Его подвесили вниз головой в собственной ванной.
Оливер в ужасе уставился на черные пуговицы, возникшие перед ним. Каждая напоминала внимательный глаз, следящий за любым движением. Черная ткань мерно вздымалась, странный грабитель даже не запыхался, подвешивая его к потолку.
— Робби, — хрипло прошептал Оливер.
— Я з-здесь, — донесся до него дрожащий голос, и волна облегчения накрыла изрядно болящее тело. Брат жив, он жив, значит, есть шанс…
Резкая пощечина вернула его к реальности.
— Не спи, парень, — произнес мужчина. — Ты мне нужен в сознании.
— За… зачем?
— Хочу заглянуть в твою душу, — раздался тихий смешок. Робби начал плакать.
Оливер же безуспешно пытался заглянуть за торс незнакомца. Тот отошел, и взору наконец предстал Робби. Целый и невредимый, он сидел в углу, по щекам катились крупные слезы.
Послышалось металлическое звяканье, от которого душа ушла в пятки. Мужчина появился перед ним, сжимая в руке, затянутой в тонкую перчатку, блестящее лезвие. Оливер сразу же узнал его — отец был хирургом. Скальпель.
Маньяк аккуратно разрезал футболку парня.
— Не дрожи так, я ведь могу тебя и поранить раньше времени, — с улыбкой сказал он.
— Ч-чего тебе н-надо, больной ублюдок?
Холодный металл коснулся груди, и Оливер вздрогнул. К шее покатилась капля крови, неприятно щекоча.
— Дурак, — разочарованно сказал незнакомец. — Сказал же — не дергаться.
Он воткнул скальпель в живот парня, вспарывая его. Оливер заорал от боли, крик слился с испуганным воплем Робби.
— Братик! Не надо, пожалуйста, не трогай его! Брати-и-ик!
Лезвие было очень холодным. Оливер чувствовал, как оно движется от живота к груди, разрезая его, словно горячий нож масло. Кожу покрывало что-то липкое, щекотными дорожками стекая к лицу.
Острая ледяная молния пронзала снова и снова, заглушая все мысли, прогоняя чувства, не оставляя ничего, кроме боли. Сознание медленно гасло, и Оливер этому только порадовался. Однако крепкая пощечина снова привела его в чувство.
— Не спать, — голос незнакомца лязгнул, как медицинские инструменты.
— Нет уж. Сегодня показывают все фильмы про Лектера, и я хочу посмотреть!
— Ты достал со своими ужастиками! — захныкал брат. — Я боюсь!
— Дурачок, тебе уже девять, а ты все еще боишься? — поддел Оливер. — Ну ты и девчонка.
— Сам такой, — мальчик надулся и отвернул голову от экрана.
Оливер искоса глянул на него, но решил не поддаваться. Мультики можно и потом посмотреть. Не ночью. А сейчас до жути хотелось пощекотать нервы.
— Ну и смотри свою хрень, — Робби демонстративно поднялся. — Я тогда в папин компьютер залезу и поиграю во что-нибудь.
— Он же запретил, — на автомате произнес Оливер, не отрывая взгляда от экрана.
— Ну он же не узнает. Они с мамой только завтра вернутся.
— Да делай, что хочешь, — отмахнулся брат.
Робби вздохнул и прошел в кабинет отца. Щелкнул кнопкой выключателя.
— Олли, лампочка перегорела!
— Угу, — отозвался тот.
— Я не знаю, где запасные!
— Поищи на кухне! — в голосе значительно прибавилось раздражения.
Робби втянул голову в плечи и пронесся мимо на кухню. Когда брат занят своими маньяками, к нему лучше не лезть — озвереет.
Парень замер в предвкушении. Вот, сейчас будет его любимая сцена… Еще чуть-чуть… Сцепленные руки даже вспотели от возбуждения. Ну… Ну?
— Олли! — очередной вскрик.
Ну сейчас он ему задаст. Оливер вскочил и, сжав кулаки, размашистым шагом прошел на кухню.
— Ты у меня таких пенделей получишь, мелкий…
Слова застряли в горле. Младший брат в ужасе смотрел на него, а у шеи блестело лезвие ножа.
— А вот и второй мальчик, — усмехнулся высокий светловолосый мужчина со сверкающими, как льдинки, голубыми глазами. — Без глупостей, или я убью его.
— Что… — Оливер прокашлялся. — Что вам нужно?
— Считай меня грабителем, — улыбнулся тот. — Так будет проще.
— Берите, что вам нужно, и уходите, — пролепетал парень. — Мы никому ничего…
Мужчина рассмеялся. Затем оттолкнул мальчика в сторону и подошел к Оливеру.
— Робби, беги! — крикнул брат, хватая кухонный нож. Но крепкая затрещина мгновенно вырубила его.
Темнота плыла перед глазами. Именно плыла — неторопливо, с достоинством протекала мимо, будто Оливер лежал на берегу черной реки. Красная вспышка прорезала ее, словно рыба плеснула хвостом, и парень застонал, приоткрыв глаза.
Кафель на потолке. Раковина там же, унитаз с правом верхнем углу, зеленый коврик держится немыслимым образом. Пошевелившись, Оливер обнаружил, что руки связаны за спиной. Дернул ногами, и резкая боль впилась в лодыжки. Черт. Его подвесили вниз головой в собственной ванной.
Оливер в ужасе уставился на черные пуговицы, возникшие перед ним. Каждая напоминала внимательный глаз, следящий за любым движением. Черная ткань мерно вздымалась, странный грабитель даже не запыхался, подвешивая его к потолку.
— Робби, — хрипло прошептал Оливер.
— Я з-здесь, — донесся до него дрожащий голос, и волна облегчения накрыла изрядно болящее тело. Брат жив, он жив, значит, есть шанс…
Резкая пощечина вернула его к реальности.
— Не спи, парень, — произнес мужчина. — Ты мне нужен в сознании.
— За… зачем?
— Хочу заглянуть в твою душу, — раздался тихий смешок. Робби начал плакать.
Оливер же безуспешно пытался заглянуть за торс незнакомца. Тот отошел, и взору наконец предстал Робби. Целый и невредимый, он сидел в углу, по щекам катились крупные слезы.
Послышалось металлическое звяканье, от которого душа ушла в пятки. Мужчина появился перед ним, сжимая в руке, затянутой в тонкую перчатку, блестящее лезвие. Оливер сразу же узнал его — отец был хирургом. Скальпель.
Маньяк аккуратно разрезал футболку парня.
— Не дрожи так, я ведь могу тебя и поранить раньше времени, — с улыбкой сказал он.
— Ч-чего тебе н-надо, больной ублюдок?
Холодный металл коснулся груди, и Оливер вздрогнул. К шее покатилась капля крови, неприятно щекоча.
— Дурак, — разочарованно сказал незнакомец. — Сказал же — не дергаться.
Он воткнул скальпель в живот парня, вспарывая его. Оливер заорал от боли, крик слился с испуганным воплем Робби.
— Братик! Не надо, пожалуйста, не трогай его! Брати-и-ик!
Лезвие было очень холодным. Оливер чувствовал, как оно движется от живота к груди, разрезая его, словно горячий нож масло. Кожу покрывало что-то липкое, щекотными дорожками стекая к лицу.
Острая ледяная молния пронзала снова и снова, заглушая все мысли, прогоняя чувства, не оставляя ничего, кроме боли. Сознание медленно гасло, и Оливер этому только порадовался. Однако крепкая пощечина снова привела его в чувство.
— Не спать, — голос незнакомца лязгнул, как медицинские инструменты.
Страница 1 из 2
