Старое здание скрывает страшную тайну. Оно надёжно скрыто за бетонным забором и зарослями бурьяна, а в его глубоких подвалах затаилось зло. И когда крик о помощи врывается в жизнь Олега, то только он сможет принять решение остаться ли ему в стороне или вступить в схватку с беспощадным чудовищем. Неизвестный вызов.
Добавить в моё избранное
45 мин, 15 сек 11977
Горловой звук резко прокатился по стенам и затих в вышине.
Олег осторожно двинулся к главному входу, на ходу, исподлобья разглядывая мрачное здание. Институт имел в длину около ста метров и четыре этажа. Почти все стекла в окнах были разбиты или покрыты паутинами длинных трещин. Площадка перед зданием была выложена огромными бетонными плитами, покрытыми сверху слоем серого, потрескавшегося от времени асфальта. Из щелей, между плит, пробивались пучки жесткой травы.
Чем ближе Олег подходил к главному входу, тем сильнее его сотрясала дрожь. Это был не озноб, это был настоящий страх…
И эта неестественная тишина…
Он поднялся по ступеням под широкий, загнутый вверх, навес и замер напротив, зияющего черной пустотой, входа. Когда-то здесь были стеклянные двери и огромные витринные окна. Сейчас же, грязные осколки толстого стекла валялись вперемешку с прелой листвой, а внутри огромного холла гулял лишь холодный ветер.
Справа от входа, на шершавой стене густой красной краской, наискосок была выведена надпись «ВНИМАНИЕ! КРАБЛ!», а немного ниже грубыми мазками был нарисован большой глаз.
Из здания пахнуло чем-то тяжелым, и послышались завывания ветра.
Олег оглянулся через плечо: еще было достаточно светло, но заходить внутрь не хотелось.
Ну, давай же… Это займет всего каких-то пятнадцать минут, подбадривал он себя, а, если бегом, то еще быстрее…
Нет, бегать там внутри он не собирается… Он пойдет медленно, неслышно, словно мышь, и установит камеру, а потом… потом, можно и бегом.
Олег шумно выдохнул и зашел внутрь. Тишина стала невыносимой — отсутствие звуков давило на психику еще сильнее, чем громкие звуки… особенно в таком месте.
Внутри располагался просторный холл, потолок которого подпирали несколько круглых колонн. Здесь было светлее, чем показалось Олегу сначала, когда он стоял перед входом — свет едва проникал через разбитые окна и густой сумрак окутывал все вокруг. Слева от него виднелась лестница, ведущая вверх. Олег медленно двинулся в ее сторону, тщательно обходя осколки плитки и разный хлам, валявшийся на полу.
Снова, где-то вверху раздались протяжные завывания ветра…
Наконец, он подошел к лестнице и остановился у первой ступеньки, всматриваясь во тьму перед собой.
Сердце гулко отсчитывало секунды.
Он достал из куртки телефон и включил фонарик. Стал виден верх лестницы, которая упиралась в стену, а потом снова зигзагом уходила еще выше на второй этаж.
Олег облизал пересохшие губы и пошел вверх.
Секунды понеслись с бешеной скоростью, кровь гулко стучала в висках. Олег помнил только, как он быстро переставлял ноги по стертым ступеням, лихорадочно водил тусклой подсветкой из стороны в сторону, дико озираясь вокруг. Пот залил всю его спину, струился по лбу и щекам…
В себя он пришел уже на третьем этаже, стоя у разбитого окна. Отсюда он видел свой дом и свою комнату. Сердце постепенно успокаивалось. Ему нужно было четвертое окно дальше по коридору — оттуда начинался уже новый коридор, уходящий вглубь здания и, именно, это окно, как он понял по фотографиям, и было ему нужно — в нем он видел ту ужасную комнату и там он и хотел установить свою камеру.
Олег двинулся дальше, под ногами пронзительно захрустели осколки битого стекла. Эти звуки эхом прокатились по пустому коридору.
За окном уже начали сгущаться первые сумерки, но рядом с окнами еще было достаточно светло. Он быстро подошел к нужному окну, достал из кармана камеру и крепление. С щелчком закрепил камеру на крепеж и зафиксировал на гладкой бетонной стене.
Еще минуту, прошептал он сам себе.
Включил камеру.
Запустил приложение.
На экране телефона появилась темная картинка.
Он нажал на кнопку ИК-подсветки и картинка приобрела зеленый оттенок. Медленно проступили очертания коридора, уходящего вдаль, и его, осунувшееся от страха лицо.
Все. Пора.
Олег поглубже запихнул телефон в карман куртки и, как сумасшедший, понесся к выходу… Урбаны.
Он чуть не упал, когда выбежал на бетонную площадку перед зданием и резко остановился. Воздуха не хватало. Олег согнулся пополам и уперся ладонями в колени.
Сделал… я это сделал…
В глазах еще плясали яркие точки, в боку покалывало.
— Ты что там забыл? — раздался справа голос, не злой, скорее заинтересованный.
Олег медленно выпрямился, все еще пытаясь отдышаться, и обернулся. Недалеко от него стоял парень, лет восемнадцати, и с интересом разглядывал его. На нем, несмотря на моросящий дождь, был темно-синий бомбер, потертые джинсы и черные «найки». За спиной парня болтался серый рюкзак.
— Надпись не видел, что ли? — снова раздался его голос и в Олега уперся твердый взгляд.
— Какую надпись? — не понял Олег.
— Вон ту, красным.
— А, что это?
Олег осторожно двинулся к главному входу, на ходу, исподлобья разглядывая мрачное здание. Институт имел в длину около ста метров и четыре этажа. Почти все стекла в окнах были разбиты или покрыты паутинами длинных трещин. Площадка перед зданием была выложена огромными бетонными плитами, покрытыми сверху слоем серого, потрескавшегося от времени асфальта. Из щелей, между плит, пробивались пучки жесткой травы.
Чем ближе Олег подходил к главному входу, тем сильнее его сотрясала дрожь. Это был не озноб, это был настоящий страх…
И эта неестественная тишина…
Он поднялся по ступеням под широкий, загнутый вверх, навес и замер напротив, зияющего черной пустотой, входа. Когда-то здесь были стеклянные двери и огромные витринные окна. Сейчас же, грязные осколки толстого стекла валялись вперемешку с прелой листвой, а внутри огромного холла гулял лишь холодный ветер.
Справа от входа, на шершавой стене густой красной краской, наискосок была выведена надпись «ВНИМАНИЕ! КРАБЛ!», а немного ниже грубыми мазками был нарисован большой глаз.
Из здания пахнуло чем-то тяжелым, и послышались завывания ветра.
Олег оглянулся через плечо: еще было достаточно светло, но заходить внутрь не хотелось.
Ну, давай же… Это займет всего каких-то пятнадцать минут, подбадривал он себя, а, если бегом, то еще быстрее…
Нет, бегать там внутри он не собирается… Он пойдет медленно, неслышно, словно мышь, и установит камеру, а потом… потом, можно и бегом.
Олег шумно выдохнул и зашел внутрь. Тишина стала невыносимой — отсутствие звуков давило на психику еще сильнее, чем громкие звуки… особенно в таком месте.
Внутри располагался просторный холл, потолок которого подпирали несколько круглых колонн. Здесь было светлее, чем показалось Олегу сначала, когда он стоял перед входом — свет едва проникал через разбитые окна и густой сумрак окутывал все вокруг. Слева от него виднелась лестница, ведущая вверх. Олег медленно двинулся в ее сторону, тщательно обходя осколки плитки и разный хлам, валявшийся на полу.
Снова, где-то вверху раздались протяжные завывания ветра…
Наконец, он подошел к лестнице и остановился у первой ступеньки, всматриваясь во тьму перед собой.
Сердце гулко отсчитывало секунды.
Он достал из куртки телефон и включил фонарик. Стал виден верх лестницы, которая упиралась в стену, а потом снова зигзагом уходила еще выше на второй этаж.
Олег облизал пересохшие губы и пошел вверх.
Секунды понеслись с бешеной скоростью, кровь гулко стучала в висках. Олег помнил только, как он быстро переставлял ноги по стертым ступеням, лихорадочно водил тусклой подсветкой из стороны в сторону, дико озираясь вокруг. Пот залил всю его спину, струился по лбу и щекам…
В себя он пришел уже на третьем этаже, стоя у разбитого окна. Отсюда он видел свой дом и свою комнату. Сердце постепенно успокаивалось. Ему нужно было четвертое окно дальше по коридору — оттуда начинался уже новый коридор, уходящий вглубь здания и, именно, это окно, как он понял по фотографиям, и было ему нужно — в нем он видел ту ужасную комнату и там он и хотел установить свою камеру.
Олег двинулся дальше, под ногами пронзительно захрустели осколки битого стекла. Эти звуки эхом прокатились по пустому коридору.
За окном уже начали сгущаться первые сумерки, но рядом с окнами еще было достаточно светло. Он быстро подошел к нужному окну, достал из кармана камеру и крепление. С щелчком закрепил камеру на крепеж и зафиксировал на гладкой бетонной стене.
Еще минуту, прошептал он сам себе.
Включил камеру.
Запустил приложение.
На экране телефона появилась темная картинка.
Он нажал на кнопку ИК-подсветки и картинка приобрела зеленый оттенок. Медленно проступили очертания коридора, уходящего вдаль, и его, осунувшееся от страха лицо.
Все. Пора.
Олег поглубже запихнул телефон в карман куртки и, как сумасшедший, понесся к выходу… Урбаны.
Он чуть не упал, когда выбежал на бетонную площадку перед зданием и резко остановился. Воздуха не хватало. Олег согнулся пополам и уперся ладонями в колени.
Сделал… я это сделал…
В глазах еще плясали яркие точки, в боку покалывало.
— Ты что там забыл? — раздался справа голос, не злой, скорее заинтересованный.
Олег медленно выпрямился, все еще пытаясь отдышаться, и обернулся. Недалеко от него стоял парень, лет восемнадцати, и с интересом разглядывал его. На нем, несмотря на моросящий дождь, был темно-синий бомбер, потертые джинсы и черные «найки». За спиной парня болтался серый рюкзак.
— Надпись не видел, что ли? — снова раздался его голос и в Олега уперся твердый взгляд.
— Какую надпись? — не понял Олег.
— Вон ту, красным.
— А, что это?
Страница 7 из 14
