Чертовски не люблю убираться у себя в комнате. Мало того, что она съёмная, что окна выходят на смердящие мусорные баки, которые по приказу кого-то решили поставить именно под моей квартиркой; что за окном круглые сутки пасмурно; что это первый этаж и постоянный лай собак и скребущихся бомжей в мусоре не отстаёт от меня ни на секунду, в довесок к этим прелестям я вынужден убирать волосы за своей любимой по всей квартире. Но поймите, это звучит не странно, если разобраться в деталях.
Добавить в моё избранное
68 мин, 42 сек 16909
Больница была для него городом, а все вокруг — жители этого города. Он видел то, что хотел видеть и слышал то, что хотел слышать. Все вокруг знали историю Павла Круглова, все вокруг жалели его, но ничего не могли сделать с этой планетой у него в голове.
И ещё этот дневник. После буйств или просто хождений и разговоров по больнице, Павел Круглов садился за стол и писал. Писал вот эту ужасную историю, которая теперь лежала на столе перед Молчановым. Сегодня он пришёл с закрытыми глазами и написал вот эти последние строчки…
Всё это вспомнилось врачу за секунду, а через некоторое время в кабинет постучалась санитарка и не дождавшись приглашения вошла.
— Круглов проснулся, Николай Петрович…
— Что… Что он делает? А, к чёрту, подготовьте хлорпромазин… Живее!
Он вскочил и побежал к палате, на ходу обгоняя молодую санитарку. Если он придёт в сознание, если вспомнит, — думал на бегу Молчанов, — он не переживёт. Не переживёт совсем. Правда, которая его ждёт тут, намного страшнее, той, что роится на его планете, у него в голове.
Молчанов влетел в палату, где застал Круглова сидящего на стуле.
— Товарищ капитан, где же Вы были… Мне… Мне такое привиделось, чуть не обделался во сне.
Молчанов тяжело выдохнул воздух. И улыбнулся Круглову.
— Говори, Паша…
А мысленно подумал: «Добро пожаловать на свою планету, Павел Алексеевич Круглов».
И ещё этот дневник. После буйств или просто хождений и разговоров по больнице, Павел Круглов садился за стол и писал. Писал вот эту ужасную историю, которая теперь лежала на столе перед Молчановым. Сегодня он пришёл с закрытыми глазами и написал вот эти последние строчки…
Всё это вспомнилось врачу за секунду, а через некоторое время в кабинет постучалась санитарка и не дождавшись приглашения вошла.
— Круглов проснулся, Николай Петрович…
— Что… Что он делает? А, к чёрту, подготовьте хлорпромазин… Живее!
Он вскочил и побежал к палате, на ходу обгоняя молодую санитарку. Если он придёт в сознание, если вспомнит, — думал на бегу Молчанов, — он не переживёт. Не переживёт совсем. Правда, которая его ждёт тут, намного страшнее, той, что роится на его планете, у него в голове.
Молчанов влетел в палату, где застал Круглова сидящего на стуле.
— Товарищ капитан, где же Вы были… Мне… Мне такое привиделось, чуть не обделался во сне.
Молчанов тяжело выдохнул воздух. И улыбнулся Круглову.
— Говори, Паша…
А мысленно подумал: «Добро пожаловать на свою планету, Павел Алексеевич Круглов».
Страница 19 из 19
