Отчаяние

Хотя — должны же где-то быть скафандры. Программа полета не предусматривала наш выход из корабля, но на аварийный случай…

— Я не удивлюсь, если в нашем нынешнем состоянии мы можем выжить даже в вакууме, — мрачно изрек Виктор. — Но в любом случае это позволит нам разве что постучать кулаком в стенку ракеты. И даже если бы мы взорвали ее там — ущерба звездолету это не нанесет. В вакууме нет взрывной волны. Поэтому ракетные ступени и вынесены наружу… Может быть, в прошлые разы мы забыли как раз об этом! Но если нам удастся протаранить ракетой корабль, особенно в районе биосинтезатора… может, и получится.

— Как мы сможем управлять ракетой?

— Напрямую — никак. Только запрограммировать компьютер спускаемого аппарата.

Линда подошла к ближайшему посадочному модулю и проскребла ногтями по его гладкой поверности. Тонкие, как волос, щели обрисовывали очертания нескольких лючков, но они, конечно, и не подумали открыться.

— И как мы доберемся до компьютера?

— Без инструментов внутрь не влезть, — мотнул головой Виктор. — Но это необязательно. Помимо рубки, есть еще резервный пост дистанционного управления, прямо в этом отсеке, — он замолчал на несколько секунд, вспоминая, а затем решительно повернулся и указал на дверь в дальнем углу: — Вон там.

— Если он тоже не разбит… — пробормотала Линда, шагая вслед за Адамсоном.

Ее подозрения оправдались. Громоздкий пульт был взломан, а из стены справа от него торчал оборванный провод.

— Не думала, что у нас тут есть такие старинные кабели, — сказала Линда; эта часть ее памяти тоже еще оставалась во тьме. — Вроде же сейчас везде используют проводящие наноканалы прямо в стенах?

— Это же резервная система, — пояснил Виктор. — Здесь все специально сделано на примитивной, зато надежной элементной базе. Сломать труднее, починить легче…

— Думаешь, мы еще сможем это починить?

— Попробую. Я, кажется, уже вспомнил достаточно.

Он с усилием снял погнутую крышку пульта и полез в электрические внутренности. Линда ходила взад-вперед по тесному помещению поста, не в силах оставаться на одном месте. Ей казалось, что она физически чувствует, как отчаяние, подобно черному яду, расползается по ее телу, разъедает ее изнутри…

— Кажется, шанс есть, — произнес вдруг Виктор. — Не помню, кто из нас ломал этот пульт, но он справился с задачей не слишком хорошо — возможно, из-за нехватки инструментов. В общем, учитывая повышенную прочность и неоднократное резервирование… контакты, конечно, получаются на соплях, но… хотя бы несколько минут, думаю, проработает, — он еще некоторое время ковырялся внутри, затем развернулся к Линде: — Есть только одна проблема. Выдран слишком большой кусок кабеля. Может, ты помнишь, куда мы его дели?

— Нет, — покачала головой она.

— Тогда… Здесь нет ничего проводящего подходящей длины. Чтобы подать напряжение, нам нужен проводник длиной минимум в полметра…

— Я поняла. Я сделаю это. Возьмусь за концы провода.

— Вообще я хотел предложить жребий…

— К черту жребий! Я биоинженер. Я тоже проходила пилотскую подготовку, но первый пилот — ты. Борткомпьютеры — твоя епархия.

— Ладно. Но там высокое напряжение, я не гарантирую, что ты выдержишь…

— Виктор, это смешно. Ну сдохну в очередной раз, какая разница? Цепь останется замкнутой. Давай скорее, я не могу больше это выносить!

— Хорошо. Тогда берись здесь и здесь.

Она встала на колени возле пульта; отодрав изоляцию, обмотала оборванный конец провода вокруг пальца правой руки и стиснула ее в кулак, а левую руку сунула внутрь пульта; Адамсон помог ей всунуть палец в разъем. Затем кое-как приладил крышку пульта — полностью она, конечно, на место не встала, но подключить экраны и клавиатуру удалось. Здесь даже клавиши были настоящие, как в старину, а не изображаемые на сенсорной поверхности экрана…

— Включаю, — предупредил Виктор и соединил ранее разомкнутые перемычки.

Тело Линды выгнулось дугой, и она попыталась закричать, но острая судорога, скрутившая все ее мышцы, не позволила ей открыть рот. Она могла лишь мычать через округлившиеся ноздри. С сухим треском зашевелились уцелевшие клочки волос на ее голове. Отвратительно запахло паленым.

Но Адамсон не мог отвлекаться на это, не мог даже позволить себе думать о ее страданиях. Экраны осветились, побежали надписи самодиагностики. Виктор торопливо прервал тест и отключил все предупреждения. Он и сам знал, что в таком режиме пульт проработает в лучшем случае несколько минут, пока не перегорит первый соединенный встык контакт или не загнется от нарушения номиналов еще какой-нибудь элемент. Человеческое тело — все же плохая замена сертифицированному кабелю…

Виктор попытался активировать компьютер первого зонда. «Связь не установлена», — зажглось на экране. Где проблема — в пульте, в самом зонде, где-то между ними?