— Как тебе новая работенка?
Добавить в моё избранное
85 мин, 15 сек 7738
— Нас.
— Ага. Ты смотришь вокруг, видишь детали, пока фокусируешь на них свой взгляд. Мы, люди, не держим в сознании все, что увидели и узнали. Миллионы лет эволюции ушли на то, чтобы научиться пренебрегать многим и извлекать смысл из ерунды.
Дайна Мэй кинула взгляд на юг, в дымку. Какое же все реальное: горячий сухой ветер; белая полоса на небе — след самолета, скользящего в небе к международному аэропорту Лос-Анджелеса; огромный Эмпайр-стейт-билдинг, возвышающийся над небоскребами делового центра города.
— Нас наверняка окружают десятки погрешностей и противоречий, но, если в какой-то миг они не бросятся нам в глаза, мы их проигнорируем.
— Как не заметили разницы во времени, — кивнула Дайна Мэй.
— Верно! Фактически наша главная задача — разобраться не в том, как обманули каждого из нас в отдельности, а как эта затея срабатывает в отношении многих контактирующих друг с другом индивидов. Это требует совершенно немыслимой аппаратной начинки, возможно, сотни литров одного только конденсата Бозе.
— Какой-нибудь крупный прорыв в квантовой компьютерной технике, — предположил Виктор.
У обеих Элен брови удивленно поползли вверх.
— А что, я все-таки журналист. И читаю научную колонку в «Медведе».
Ответ близнецов представлял собой нечто большее, чем монолог, но не дотягивал до диалога:
— Ну… ладно, очко в твою пользу.
Да, этой весной ходили слухи, что Джерри реализовал дерзкий план Гершенфельда о когерентности.
— О, так он получил пятьсот литров конденсата Бозе при комнатной температуре.
— Но все эти байки стали распространяться уже после того как он стал человеком новой эпохи Возрождения. Смысла они не имеют.
«Мы не первые, кого одурачили», — подумала Дайна Мэй.
— Может, — сказала она, — может, он начал с чего-нибудь попроще, с одного сверхбыстрого человека. Мог бы Джерри осуществить единичную загрузку с помощью современного квантового суперкомпьютера?
— Что ж, можно допустить. Значит, мы имеем дело с отдельным гением, воспользовавшимся плодами столетнего труда других гениев в области квантовой вычислительной техники. Выглядит как история о кубе смерти. После сотни лет такой мясорубки уж я бы приготовила Джерри сюрприз из ада.
— Ага, и чтобы вместо лекарства от рака он получил передающееся воздушно-капельным путем бешенство, нацеленное исключительно на престарелых ублюдков-профессоров.
Дайна Мэй не была такой кровожадной, как близнецы.
Они преодолели еще пару сотен ярдов. Газоны выродились в островки сухой дикой травы на голой пыльной земле. Порывы горячего ветра со свистом проносились вдоль горного хребта. Близнецы останавливались через каждые два-три шага, что бы рассмотреть повнимательнее то унылую растительность, то старый дорожный указатель у обочины. Они все время бормотали, сообщая друг дружке детали увиденного, словно пытаясь обнаружить несоответствия:
— … Очень, очень хорошо. Похоже, мы видим одно и то же.
— Возможно, Джерри сохраняет циклы, проводит нас в качестве подпроцессов, запускаемых другим процессом в адресном пространстве одного и того же запускающего процесса.
— Ха! Неудивительно, что мы до сих пор так синхронны.
«Бурчат и бурчат».
— Мы же действительно многое можем предположить…
— … Раз мы приняли безумные исходные условия всего этого.
Здания 0917 все еще не было видно, однако у тех домов, мимо которых они проходили, номера неуклонно понижались: 0933, 0921…
Впереди тропу пересекла шумная группа людей. Они пели. И выглядели как программисты.
— Главное — спокойствие, — мягко сказала Элен. — Эти гулянья имеют, прямое отношение к мотивационной программе найма «МегаТеха». Программисты устраивают здесь вечеринки, как только завершают очередной этап в работе.
— Тоже жертвы? — спросил Виктор. — Или искусственный интеллект?
— Может, и жертвы. Но, держу пари, все встреченные нами по дороге люди — всего лишь низкоуровневые декорации. Они — то Ничто в теориях Рейха, которое делает возможным реальный искусственный интеллект.
Дайна Мэй разглядывала спускающихся по склону певцов. Уже в третий раз они сталкивались на своем пути с кем-то вроде людей.
— Это не имеет смысла, Элен. Мы думаем, что мы просто…
— Смоделированные процессы.
— Да, смоделированные процессы внутри какого-то супер-пупер-компьютера. Но если это правда, тогда некто, стоящий за всем этим, способен контролировать нас лучше, чем любой Большой Брат в реальном мире. Нас могут поймать и перезагрузить в любую минуту, как только мы вызовем подозрение.
Обе Элен остановились и, отвечая, привычно перебивали друг друга.
— Слово тому, у кого спецзнак, — заявила одна, подкинув долларовую монету. — Дайна Мэй, хоть это и загадка, но не такая трудная, как может показаться.
— Ага. Ты смотришь вокруг, видишь детали, пока фокусируешь на них свой взгляд. Мы, люди, не держим в сознании все, что увидели и узнали. Миллионы лет эволюции ушли на то, чтобы научиться пренебрегать многим и извлекать смысл из ерунды.
Дайна Мэй кинула взгляд на юг, в дымку. Какое же все реальное: горячий сухой ветер; белая полоса на небе — след самолета, скользящего в небе к международному аэропорту Лос-Анджелеса; огромный Эмпайр-стейт-билдинг, возвышающийся над небоскребами делового центра города.
— Нас наверняка окружают десятки погрешностей и противоречий, но, если в какой-то миг они не бросятся нам в глаза, мы их проигнорируем.
— Как не заметили разницы во времени, — кивнула Дайна Мэй.
— Верно! Фактически наша главная задача — разобраться не в том, как обманули каждого из нас в отдельности, а как эта затея срабатывает в отношении многих контактирующих друг с другом индивидов. Это требует совершенно немыслимой аппаратной начинки, возможно, сотни литров одного только конденсата Бозе.
— Какой-нибудь крупный прорыв в квантовой компьютерной технике, — предположил Виктор.
У обеих Элен брови удивленно поползли вверх.
— А что, я все-таки журналист. И читаю научную колонку в «Медведе».
Ответ близнецов представлял собой нечто большее, чем монолог, но не дотягивал до диалога:
— Ну… ладно, очко в твою пользу.
Да, этой весной ходили слухи, что Джерри реализовал дерзкий план Гершенфельда о когерентности.
— О, так он получил пятьсот литров конденсата Бозе при комнатной температуре.
— Но все эти байки стали распространяться уже после того как он стал человеком новой эпохи Возрождения. Смысла они не имеют.
«Мы не первые, кого одурачили», — подумала Дайна Мэй.
— Может, — сказала она, — может, он начал с чего-нибудь попроще, с одного сверхбыстрого человека. Мог бы Джерри осуществить единичную загрузку с помощью современного квантового суперкомпьютера?
— Что ж, можно допустить. Значит, мы имеем дело с отдельным гением, воспользовавшимся плодами столетнего труда других гениев в области квантовой вычислительной техники. Выглядит как история о кубе смерти. После сотни лет такой мясорубки уж я бы приготовила Джерри сюрприз из ада.
— Ага, и чтобы вместо лекарства от рака он получил передающееся воздушно-капельным путем бешенство, нацеленное исключительно на престарелых ублюдков-профессоров.
Дайна Мэй не была такой кровожадной, как близнецы.
Они преодолели еще пару сотен ярдов. Газоны выродились в островки сухой дикой травы на голой пыльной земле. Порывы горячего ветра со свистом проносились вдоль горного хребта. Близнецы останавливались через каждые два-три шага, что бы рассмотреть повнимательнее то унылую растительность, то старый дорожный указатель у обочины. Они все время бормотали, сообщая друг дружке детали увиденного, словно пытаясь обнаружить несоответствия:
— … Очень, очень хорошо. Похоже, мы видим одно и то же.
— Возможно, Джерри сохраняет циклы, проводит нас в качестве подпроцессов, запускаемых другим процессом в адресном пространстве одного и того же запускающего процесса.
— Ха! Неудивительно, что мы до сих пор так синхронны.
«Бурчат и бурчат».
— Мы же действительно многое можем предположить…
— … Раз мы приняли безумные исходные условия всего этого.
Здания 0917 все еще не было видно, однако у тех домов, мимо которых они проходили, номера неуклонно понижались: 0933, 0921…
Впереди тропу пересекла шумная группа людей. Они пели. И выглядели как программисты.
— Главное — спокойствие, — мягко сказала Элен. — Эти гулянья имеют, прямое отношение к мотивационной программе найма «МегаТеха». Программисты устраивают здесь вечеринки, как только завершают очередной этап в работе.
— Тоже жертвы? — спросил Виктор. — Или искусственный интеллект?
— Может, и жертвы. Но, держу пари, все встреченные нами по дороге люди — всего лишь низкоуровневые декорации. Они — то Ничто в теориях Рейха, которое делает возможным реальный искусственный интеллект.
Дайна Мэй разглядывала спускающихся по склону певцов. Уже в третий раз они сталкивались на своем пути с кем-то вроде людей.
— Это не имеет смысла, Элен. Мы думаем, что мы просто…
— Смоделированные процессы.
— Да, смоделированные процессы внутри какого-то супер-пупер-компьютера. Но если это правда, тогда некто, стоящий за всем этим, способен контролировать нас лучше, чем любой Большой Брат в реальном мире. Нас могут поймать и перезагрузить в любую минуту, как только мы вызовем подозрение.
Обе Элен остановились и, отвечая, привычно перебивали друг друга.
— Слово тому, у кого спецзнак, — заявила одна, подкинув долларовую монету. — Дайна Мэй, хоть это и загадка, но не такая трудная, как может показаться.
Страница 16 из 25
