Всадник ехал по дороге, было поздно, выли псы, волчье солнце — месяц строгий лил сиянье на овсы…
Добавить в моё избранное
0 мин, 35 сек 18777
И внезапно за деревней
Белый камень возле пня
Испугал усмешкой древней
Задрожавшего коня.
Тот метнулся. Темным бредом
Вдруг ворвался в душу сам
Древний ужас, тот, что ведом
В мире только лошадям.
Дальний гул землетрясений,
Пестрых тигров хищный вой
И победы привидений
Над живыми в час ночной.
Очи круглы и кровавы,
Ноздри пеною полны,
Конь, как будто топчет травы,
Разрывает грудью льны.
Он то стелется по шири,
То слетает с черных круч
И не знает, где он — в мире
Или среди черных туч.
Утро. Камень у дороги
Робко спрятал свой оскал,
Волчье солнце — месяц строгий
Освещать его устал.
На селе собаки выли,
Люди хмуро в церковь шли,
Конь один пришел весь в мыле, -
Господина не нашли.
Белый камень возле пня
Испугал усмешкой древней
Задрожавшего коня.
Тот метнулся. Темным бредом
Вдруг ворвался в душу сам
Древний ужас, тот, что ведом
В мире только лошадям.
Дальний гул землетрясений,
Пестрых тигров хищный вой
И победы привидений
Над живыми в час ночной.
Очи круглы и кровавы,
Ноздри пеною полны,
Конь, как будто топчет травы,
Разрывает грудью льны.
Он то стелется по шири,
То слетает с черных круч
И не знает, где он — в мире
Или среди черных туч.
Утро. Камень у дороги
Робко спрятал свой оскал,
Волчье солнце — месяц строгий
Освещать его устал.
На селе собаки выли,
Люди хмуро в церковь шли,
Конь один пришел весь в мыле, -
Господина не нашли.
