За годы работы в сфере журналистики занятных историй у меня накопилось столько, что можно было бы этакий сериал снять о корреспонденте, который постоянно попадает в передряги.
Добавить в моё избранное
4 мин, 35 сек 19193
Один из них эту рацию отобрал, похлопал по плечу и «Давай, успокойся».
Очнулся Михаил в госпитале. Как только открыл глаза, стал возмущаться, зачем его — здорового мужика без единой царапины сюда приволокли? Как оказалось, посчитали, что у него крыша немного съехала.
Объяснили, что в рассказы Михаила о чудесном спасении поверить трудно. С неким сержантом Кузнецовым он связываться не мог. И не только потому, что в тех местах не было связи, а ещё и по причине, что у Михаила не было никакой рации. Ребятам он демонстрировал простреленный магазин от «калаша» с торчащей пулей и при этом рассказывал, как ему повезло с подсказчиком.
Михаил по натуре скептик. В чудеса никогда не верил, но мириться с тем, что его спас собственный бред, не хотелось. Уже после службы он допытливо изучал списки, но, увы, ответа не нашел. Сержантов Кузнецовых хватало и среди живых, и среди мертвых.
Может быть, в тех местах действительно когда-то погиб молодой сержант. Кто знает?
Но сам Михаил считает, что это его собственное подсознание вступило с ним в контакт и выручило из беды.
К слову, этот самый простреленный магазин сейчас хранится в музее Софринской бригады. Однажды я сам вызвался туда поехать, чтобы посмотреть на него. Только вот истории экспоната экскурсовод не знал. Представил просто как трофей из Чечни.
Очнулся Михаил в госпитале. Как только открыл глаза, стал возмущаться, зачем его — здорового мужика без единой царапины сюда приволокли? Как оказалось, посчитали, что у него крыша немного съехала.
Объяснили, что в рассказы Михаила о чудесном спасении поверить трудно. С неким сержантом Кузнецовым он связываться не мог. И не только потому, что в тех местах не было связи, а ещё и по причине, что у Михаила не было никакой рации. Ребятам он демонстрировал простреленный магазин от «калаша» с торчащей пулей и при этом рассказывал, как ему повезло с подсказчиком.
Михаил по натуре скептик. В чудеса никогда не верил, но мириться с тем, что его спас собственный бред, не хотелось. Уже после службы он допытливо изучал списки, но, увы, ответа не нашел. Сержантов Кузнецовых хватало и среди живых, и среди мертвых.
Может быть, в тех местах действительно когда-то погиб молодой сержант. Кто знает?
Но сам Михаил считает, что это его собственное подсознание вступило с ним в контакт и выручило из беды.
К слову, этот самый простреленный магазин сейчас хранится в музее Софринской бригады. Однажды я сам вызвался туда поехать, чтобы посмотреть на него. Только вот истории экспоната экскурсовод не знал. Представил просто как трофей из Чечни.
Страница 2 из 2
