После досконального изучения истории одной из пациенток я осознал, насколько широк спектр странных и необъяснимых заболеваний в нашей клинике… Честно говоря, до этого я даже не думал о пациентах как о людях. Ярлык «сумасшествие» сразу отрезает человека от любых проявлений сочувствия и понимания со стороны окружающих, медленно лишая его остатков человечности.
Добавить в моё избранное
7 мин, 24 сек 3789
С тонкими конечностями она выглядела смертоносной, но на удивление красивой, как будто вырезанная из слоновой кости статуэтка диковинного насекомого. Кто-то должен был о ней хоть что-то знать.
На этот раз были приказы. Она заставила меня исполнять свои прихоти.
Все началось с мелких преступлений. Она хотела, чтобы все было исполнено особым образом, чтобы остались определенные фальшивые улики, почему — я даже не пытался спрашивать. По ее приказу мне приходилось ошиваться в местах с дурной репутацией, хотя преступники меня уже не слишком волновали. Другой ее раб дал мне длинную кость, по виду — животного происхождения, обработанную той самой специальной кровью, с которой и начался весь этот кошмар. Она часто заставляла меня таскаться с этой костью по сомнительным местам.
Она вылезала из нее, чтобы с кем-то поговорить — с кем-то, кто знал, что она такое, возможно, он знал, как от нее защититься? Ей нужно было о чем-то с ним договориться? Он никогда не показывался мне. И даже если бы я нашел его, он что, помог бы мне? Сомневаюсь.
Множество ночей, безуспешно проведенных за поиском ответов или помощи, убили во мне остатки надежды. Я избивал и пытал незнакомых людей. Ограбил магазин, угрожая продавцу ножом. Однажды она даже заставила меня сделать так, чтобы проклятая кровь попала на ногти какого-то парня. Мне пришлось наблюдать за тем, как его медленно разрезали на кусочки изнутри… как отвалились руки… как из его колен выстрелили вертящиеся вокруг своей оси лезвия, разрубая его… как он кричал, умолял о пощаде… она пытала его, потому что он знал что-то, что именно — не имею понятия. Потом она заставила меня собрать… его останки… и избавиться от них… о Господи…
В свободное от исполнения прихотей костяной твари время я искал… способы отвлечься от черного колодца, медленно наполняющегося отчаянием внутри меня.
Спустя пару месяцев меня на улице нашел брат. Я помню каждую деталь и этого разговора.
— Ты должен вернуться домой, — настаивал он. — Мы поможем тебе слезть с наркоты, папа найдет тебе работу.
Помню, как прокричал в ответ:
— Дело совсем не в наркотиках! Я только благодаря им с ума не схожу. Все из-за этой… костяной твари…
В этот момент я почувствовал острую боль под левой лопаткой и прикосновения чего-то тонкого к правому легкому. Я понял, что она следит за мной. Стоило мне открыть рот, и меня тут же разрежут на кусочки.
— Проваливай отсюда! — прокричал я брату, медленно осознавая, что окончательно уподобился тому грязному бомжу, пролившему кровь на меня. — Ты не можешь мне ничем помочь! Уходи!
После этого я принялся за наркотики с тройным энтузиазмом. В конце концов, от старого меня ничего не осталось, и я решил, что больше не буду ей подчиняться — пускай убивает, мне было все равно. У меня была винтовка: по ее приказу я купил ее и научился ей пользоваться. Она хотела, чтобы я кого-то убил, какую-то важную шишку… Но я решил, что когда придет время, я откажусь.
Интересно, как она меня убьет? Может, вонзит одну из своих бритв внутрь черепа, чтобы я умер мгновенно? Или так же, как того бедного парня — медленно, методично разрезая каждую кость?
Я смотрел на винтовку и думал, не попытается ли она добраться до моей семьи? Был ли у меня выбор? Что, если она убьет брата? Родителей? Мне нужно подстроить все так, будто это не моя вина…
Я анонимно сообщил полиции о своих намерениях. Когда меня окружили, я чувствовал спокойствие и облегчение. Я сидел в камере и ждал ее — когда она придет, то увидит, что мою семью наказывать незачем, и просто убьет меня.
Но… она не пришла.
Теперь я знаю, почему, но… Я сломан, и в любом случае, я не могу просто выйти отсюда. И не могу отделаться от мыслей — вдруг она не одна? Вдруг однажды за мной придут, просто потому, что я знаю об их существовании?
Без предупреждения… в любой момент я могу почувствовать острую боль — и буду мертв.
Любопытно, что есть связь между этим делом и делом другого пациента, который недавно погиб. Он был истерзан невероятным образом — как будто его лицо разрезали изнутри. Его история попала в новости. Полиция связала его с серией убийств, произошедших по похожему сценарию, и объявила о его виновности в них.
Этот пациент считает, что перед смертью тот сумел убить существо.
Полагаю, что он каким-то образом прочитал его дело, и у него сформировалась мания.
Интересно… сумасшествие может быть заразным… причем в наши дни — чаще, чем когда-либо. Я начинаю задумываться, не является ли предназначением клиники содержание пациентов в карантине вместо их лечения.
Теперь я убежден, что происходит что-то необъяснимое.
На этот раз были приказы. Она заставила меня исполнять свои прихоти.
Все началось с мелких преступлений. Она хотела, чтобы все было исполнено особым образом, чтобы остались определенные фальшивые улики, почему — я даже не пытался спрашивать. По ее приказу мне приходилось ошиваться в местах с дурной репутацией, хотя преступники меня уже не слишком волновали. Другой ее раб дал мне длинную кость, по виду — животного происхождения, обработанную той самой специальной кровью, с которой и начался весь этот кошмар. Она часто заставляла меня таскаться с этой костью по сомнительным местам.
Она вылезала из нее, чтобы с кем-то поговорить — с кем-то, кто знал, что она такое, возможно, он знал, как от нее защититься? Ей нужно было о чем-то с ним договориться? Он никогда не показывался мне. И даже если бы я нашел его, он что, помог бы мне? Сомневаюсь.
Множество ночей, безуспешно проведенных за поиском ответов или помощи, убили во мне остатки надежды. Я избивал и пытал незнакомых людей. Ограбил магазин, угрожая продавцу ножом. Однажды она даже заставила меня сделать так, чтобы проклятая кровь попала на ногти какого-то парня. Мне пришлось наблюдать за тем, как его медленно разрезали на кусочки изнутри… как отвалились руки… как из его колен выстрелили вертящиеся вокруг своей оси лезвия, разрубая его… как он кричал, умолял о пощаде… она пытала его, потому что он знал что-то, что именно — не имею понятия. Потом она заставила меня собрать… его останки… и избавиться от них… о Господи…
В свободное от исполнения прихотей костяной твари время я искал… способы отвлечься от черного колодца, медленно наполняющегося отчаянием внутри меня.
Спустя пару месяцев меня на улице нашел брат. Я помню каждую деталь и этого разговора.
— Ты должен вернуться домой, — настаивал он. — Мы поможем тебе слезть с наркоты, папа найдет тебе работу.
Помню, как прокричал в ответ:
— Дело совсем не в наркотиках! Я только благодаря им с ума не схожу. Все из-за этой… костяной твари…
В этот момент я почувствовал острую боль под левой лопаткой и прикосновения чего-то тонкого к правому легкому. Я понял, что она следит за мной. Стоило мне открыть рот, и меня тут же разрежут на кусочки.
— Проваливай отсюда! — прокричал я брату, медленно осознавая, что окончательно уподобился тому грязному бомжу, пролившему кровь на меня. — Ты не можешь мне ничем помочь! Уходи!
После этого я принялся за наркотики с тройным энтузиазмом. В конце концов, от старого меня ничего не осталось, и я решил, что больше не буду ей подчиняться — пускай убивает, мне было все равно. У меня была винтовка: по ее приказу я купил ее и научился ей пользоваться. Она хотела, чтобы я кого-то убил, какую-то важную шишку… Но я решил, что когда придет время, я откажусь.
Интересно, как она меня убьет? Может, вонзит одну из своих бритв внутрь черепа, чтобы я умер мгновенно? Или так же, как того бедного парня — медленно, методично разрезая каждую кость?
Я смотрел на винтовку и думал, не попытается ли она добраться до моей семьи? Был ли у меня выбор? Что, если она убьет брата? Родителей? Мне нужно подстроить все так, будто это не моя вина…
Я анонимно сообщил полиции о своих намерениях. Когда меня окружили, я чувствовал спокойствие и облегчение. Я сидел в камере и ждал ее — когда она придет, то увидит, что мою семью наказывать незачем, и просто убьет меня.
Но… она не пришла.
Теперь я знаю, почему, но… Я сломан, и в любом случае, я не могу просто выйти отсюда. И не могу отделаться от мыслей — вдруг она не одна? Вдруг однажды за мной придут, просто потому, что я знаю об их существовании?
Без предупреждения… в любой момент я могу почувствовать острую боль — и буду мертв.
Любопытно, что есть связь между этим делом и делом другого пациента, который недавно погиб. Он был истерзан невероятным образом — как будто его лицо разрезали изнутри. Его история попала в новости. Полиция связала его с серией убийств, произошедших по похожему сценарию, и объявила о его виновности в них.
Этот пациент считает, что перед смертью тот сумел убить существо.
Полагаю, что он каким-то образом прочитал его дело, и у него сформировалась мания.
Интересно… сумасшествие может быть заразным… причем в наши дни — чаще, чем когда-либо. Я начинаю задумываться, не является ли предназначением клиники содержание пациентов в карантине вместо их лечения.
Теперь я убежден, что происходит что-то необъяснимое.
Страница 2 из 2
