Федю Стахова разбудил тигриный рык, такой чуждый среди заснеженной Москвы. Располосовал острыми когтями холст сна, на котором был отец. Улыбающийся, живой…
Добавить в моё избранное
19 мин, 35 сек 620
Карлики, будто очнувшись ото сна, протягивали им багры.
И хотя Федю не удерживали в балагане силой, всё, что он чувствовал сейчас — свободу, страшную, изнурительную, чрезмерную. Не ведая, как совладать с ней, Федя залез в клеть, свернулся клубочком и заплакал.
И то ли голова мальчика шла кругом, то ли Москва укачивала его с материнской нежностью.
И хотя Федю не удерживали в балагане силой, всё, что он чувствовал сейчас — свободу, страшную, изнурительную, чрезмерную. Не ведая, как совладать с ней, Федя залез в клеть, свернулся клубочком и заплакал.
И то ли голова мальчика шла кругом, то ли Москва укачивала его с материнской нежностью.
Страница 7 из 7
