В полдень 28 июня 1924 года неподалеку от дома Тэннера остановился автомобиль с доктором Морхаузом за рулем и тремя пассажирами в салоне. Каменное здание, к которому, выйдя из машины, неторопливо направились доктор и его спутники, стояло почти у самой дороги и радовало глаз свежестью недавно отремонтированного фасада…
15 мин, 45 сек 3400
Некоторые опущения, обозначенные здесь звездочками, были сделаны исключительно в интересах читающей публики — мы не хотели подвергать суровым испытаниям сознание подавляющего большинства ее представителей, — в то время как другие подобные опущения вызваны всего лишь неразборчивостью оригинала в тех местах, где автор рукописи, с быстротою молнии выстукивавший вслепую потоки слов, сбивался на двусмысленные или же попросту невразумительные морфемные образования. Кроме того, в тех местах, где пропуски легко можно восполнить по контексту, были предприняты попытки восстановить утраченные предложения. Что же до изменения стиля в конце документа, то о нем лучше промолчать. Впрочем, исходя из содержания машинописного текста и его технического исполнения, мы можем предположить, что вконец измученный ум несчастного столкнулся в процессе печатания с неким непереносимым кошмаром, перед которым побледнело все то, с чем ему приходилось встречаться раньше. А в общем, никому не возбраняется делать на этот счет какие угодно догадки.
Итак, вот этот документ, составленный в стенах проклятого старинного дома человеком, чей мозг не мог воспринимать звуки и зрительные образы большого мира, и, пребывая в состоянии абсолютного одиночества, соприкоснулся с неведомыми силами, — добра ли? зла? — о которых не дано знать никому из тех, кого судьба не подвергла такому жуткому наказанию, как лишение зрения и слуха. Картина, что смутно вырисовывается из этих невероятных записей, совершенно не стыкуется с нашими знаниями о мире, почерпнутыми из физики, химии и биологии; холодный логический ум скорее сочтет ее результатом внезапного умопомешательства, которое непостижимым образом затронуло не только автора рукописи, но и его слугу, в ужасе покинувшего дом незадолго до смерти своего хозяина. Мы представляем этот документ на ваш беспристрастный (или же пристрастный) суд, тем более что доктор Арлоу Морхауз все так же продолжает хранить упорное молчание.
Итак, вот этот документ, составленный в стенах проклятого старинного дома человеком, чей мозг не мог воспринимать звуки и зрительные образы большого мира, и, пребывая в состоянии абсолютного одиночества, соприкоснулся с неведомыми силами, — добра ли? зла? — о которых не дано знать никому из тех, кого судьба не подвергла такому жуткому наказанию, как лишение зрения и слуха. Картина, что смутно вырисовывается из этих невероятных записей, совершенно не стыкуется с нашими знаниями о мире, почерпнутыми из физики, химии и биологии; холодный логический ум скорее сочтет ее результатом внезапного умопомешательства, которое непостижимым образом затронуло не только автора рукописи, но и его слугу, в ужасе покинувшего дом незадолго до смерти своего хозяина. Мы представляем этот документ на ваш беспристрастный (или же пристрастный) суд, тем более что доктор Арлоу Морхауз все так же продолжает хранить упорное молчание.
Страница 5 из 5