Kольцо

Он не знал, что делать — гордиться ли тем, что поиски дали конкретные результаты, или наоборот, досадовать, что раньше не удалось обнаружить это имя — Садако Ямамура. Что ни говори, а главной зацепкой оказались мгновенные затемнения экрана — те самые «моргания». Изображение не было заснято на видеокамеру, но непосредственно зафиксировалось органами чувств человека и спроецировалось на видеопленку только лишь потому, что видеодека в курортном коттедже Б4 в тот момент была включена на запись — а это означает, что передавший его телепат обладает прямотаки неизмеримыми экстрасенсорными способностями. Его экстраординарность была точно подмечена Рюдзи, который благодаря этому сумел разыскать нужное имя. Конечно, пока еще не ясно, является ли Садако Ямамура истинным виновником случившегося. Она только находится под подозрением. Чтобы подкрепить свои подозрения, они и направились прямиком в Осима.

Волны не утихали, судно продолжало раскачиваться. Асакаве все это чрезвычайно не нравилось. Какого черта они вдвоем поперлись в Осима? А если буря запрет их на острове, кто спасет жену и дочь? Роковой день неумолимо приближается. Послезавтра, в 10:04 вечера, минута в минуту… Он почувствовал, как подкашиваются ноги. — Я до сих пор не могу поверить, что человек может такое… Просто в голове не укладывается. — Укладывается, не укладывается — не наше дело! — ответил Рюдзи, продолжая изучать карту Осима, — Ничего не попишешь, факт остается фактом. Ты ж понимаешь, что мы видим только фрагмент цепочки меняющихся явлений.

Рюдзи разложил карту на коленях.

— Ты про Большой Взрыв слышал? Считается, что двести миллионов лет назад произошел страшенный взрыв, из которого и родилась Вселенная. Ее вид от рождения до сегодняшнего дня я тебе могу в цифрах выразить, дифференциальным уравнением… Соображаешь, это такая штука, что можно выразить практически все явления, какие только есть во вселенной! Тогда будет понятно, как выглядела Вселенная сто миллионов, десять миллиардов лет назад или, скажем, через секунду или даже через одну десятую секунду после взрыва. Но вот в чем загвоздка! Как бы мы ни пытались вернуться во времени и вычислить «точку зеро», то бишь сам момент взрыва — все равно ничего не поймем. Точно также непонятно и то, что произойдет в самый последний миг Вселенной… Короче, ухватывать мы способны только промежуточные фрагменты. Вот такие дела — прямо как в жизни нашей, правда? — Рюдзи легонько ткнул Асакаву в локоть.

— Да, пожалуй. По старым фотографиям до некоторой степени можно представить себя трехлетнего, новорожденного даже…

— Тото и оно. А вот что было до рождения, или будет после смерти — тут человек бессилен чтолибо понять.

— Ну, после смерти…, там понятно — ничего не будет, всё, конец.

— Тебе умиратьто приходилось?

— Неа…  — неожиданно серьезно помотал головой Асакава.

— Тогда откуда тебе знать, что там будет, в загробномто мире!

— Это ты о бессмертной душе?

— Я о том, что не понятно ни фига, вот о чем! Только кажется мне, что когда думаешь о зарождении жизни, идею существования чегото такого стоит принять как данность — с ней все както ровнее выстраивается. В той галиматье, которую несут светочи современной молекулярной биологии, почемуто не ощущается вкуса реальности. Ты бы только слышал, что они говорят! Мол, наполняем бутылку несколькими сотнями аминокислот двадцати с лишним видов, помещаем в электрическое поле, хорошенько взбалтываем — и вот вам, пожалуйста, белок, основа жизни. Представляешь? Муть же беспробудная! Тут скорей поверишь, что и ГосподьБог все создал. А вообще, сам я думаю, что в рождении жизни замешана энергия совсем иного типа, даже скорее своего рода воля.

Рюдзи в упор посмотрел на Асакаву, но тут же отдернулся и сменил тему.

— Кстати, ты в музее так увлеченно работы сэнсэя читал. Чтонибудь интересное нашел?

Да, он и сам заметил, что время от времени зачитывался профессорскими, как бы их назвать… концепциями.

Мысль обладает энергией, которая…

— Ну, что мысль есть энергия и все в таком духе, насколько я помню…

— А дальше?

— Так ведь не было времени на чтение!

— Эх, там же дальше самая соль! Он же там такие удивительные вещи приводит, от которых у обычного человека просто крыша едет. Знаешь, к чему этот мужик клонит? Что мысль — это обладающая энергией форма жизни!

— Ха! Это что же, получается, что мысли в голове превращаются в самостоятельные формы жизни?

— Выходит так…

— Ну знаешь, это уже крайность!

— Крайность, конечно, но похожие взгляды еще до нашей эры высказывались. Я бы даже сказал, что это еще одна форма энтелехии.

Тут Рюдзи совсем потерял интерес к разговору и снова принялся изучать карту Осима.

Что он имел в виду, понять было нетрудно, но в голове Асакавы все равно оставались вопросы без ответов.