Морган, преследователь и недруг Гарри Дрездена, появляется на его пороге со смертельными ранениями. Моргана обвиняют в убийстве одного из чародеев Совета! Есть только одно наказание за такое преступление — смерть. Гарри, а также его ученица Молли становятся предателями Белого Совета. У Дрездена и его друзей — есть только один выход — найти настоящего преступника за 48 часов, пока на след Моргана не вышли другие Стражи!
578 мин, 2 сек 20962
Она посмотрела на меня своими васильково-синими глазами на мгновение, и ее приоткрытый рот стал медленно расплываться в улыбке, так как мои штаны стали мне малы примерно на три размера за несколько секунд.
— Кузен Томас, — она промурлыкала. — Все еще благородный и голодный, как я понимаю.
— Мадлен, — Томас ответил и немного улыбнулся, показывая белые, ровные зубы. — Все такая же недисциплинированная и вульгарная, как я понимаю.
Губы и глаза Мадлен Рейт отреагировали на замечание моего сводного брата по-разному. Ее красивая широкая улыбка застыла в притворном выражении, но глаза сузились и стали полностью белыми. Она переводила взгляд с Томаса на Жюстину.
— Маленькая комнатная собачка Лары, — сказала Мадлен. — Я удивилась, узнав, что ты прибежала к ней. Сейчас я узнаю, что ты встречаешься со старым возлюбленным и… — она перевела взгляд на меня, — … врагом.
— Не будь смешной, — ответила Жюстина. Несмотря на то, что ее голос был спокойным, щеки все еще отливали румянцем, а зрачки были расширены. — Я пришла, чтобы пробежаться по отчетам, как я обычно и делаю каждую неделю.
— Но на этот раз от тебя веет духами, — проговорила Мадлен, — лучшим провокационным ароматом, а не тем, что ты используешь на работе, дорогая. Я нахожу это, — ее язычок коснулся губ, — интересным.
— Мадлен, — сказал Томас с преувеличенным спокойствием, — пожалуйста, уйди.
— Я имею полное право быть здесь, — прошептала она.
Казалось неправильным, что она была в состоянии держать свой голос настолько невыносимо мягким и чувственным по отношению к пульсирующей клубной музыке. Она повернулась ко мне и сделала несколько шагов, полностью обратив внимание на меня.
Внезапно я почувствовал себя как подросток — слегка испуганным, сильно взволнованным и переполненным гормонами, требующих непонятного. Некоторое время я не мог сосредоточиться на том, что вижу.
Она остановилась на расстоянии вытянутой руки от меня.
— Не обращай внимания на ужасные манеры моего кузена. Печально известный Гарри Дрезден как всегда не нуждается в представлении. — Она осмотрела меня с головы до ног, накручивая черный локон на палец. — Как могла я приезжать в Чикаго столько раз и ни разу не встретиться с тобой?
— Тем не менее я тебя видел, — сказал я.
Мой голос прозвучал грубо, но это работало.
— Оуу… — протянула она, сексуально улыбнувшись. — Ты из тех, кто любит смотреть, Гарри?
— Готов поспорить, — сказал я. — Ты про то время, когда я смотрел «Кто подставил кролика Роджера»?
Ее улыбка слегка потускнела.
— Ты Джессика Раббит, верно? — спросил я. — Вся в обтяжку, раздутая и недалекая.
Улыбка исчезла.
— Потому что я вас где-то видел и, блин, будет жаль, если вы принцесса-злодейка из Бака Роджерса.
— Что? — произнесла она. — Из какого бака?
Я одарил ее моей лучшей натянутой улыбкой.
— Эй, не пойми меня неправильно. Ты делаешь все хорошо. Но стараешься слишком сильно. — Я наклонился к ней через перила чуть ближе и прошептал. — Лара произвела больший эффект на меня просто сидя на стуле, чем ты всем своим этим выходом.
Мадлен Райт стала неподвижной и холодной как статуя разгневанной богини, и температура воздуха вокруг нас упала на несколько градусов.
Я внезапно почувствовал присутствие Томаса и обнаружил брата, который стоял рядом, опершись локтями на перила. Он был чуть ближе к Мадлен, чем я.
— Мадлен, — сказал он тем же тоном, что и минуту назад, — пошла вон, пока я не забил тебя голыми руками до смерти.
Мадлен отдернула голову, будто Томас ее ударил.
— Что?
— Ты меня слышала, — сказал он спокойно. — Сейчас в клане не совсем спокойно, я знаю, но я устал, мне плевать, что ты или кто-либо еще из Дома думает обо мне, и не уважаю тебя настолько, чтобы играть с тобой в игры, даже если бы я был в настроении.
— Как ты посмел? — зарычала Мадлен. — Как ты посмел угрожать мне? Лара заживо сдерет с тебя кожу за это.
— О? — Томас выдал ей холодную улыбку — После того, как ты наехала на чародея, он получил право сжечь тебя до твоих переоцененных туфель.
— Я никогда…
— И несмотря на доведенный до тебя приказ Короля, — сказал Томас, кивая, — Лара устала прибираться за тобой, Мад. Она, возможно, купит мне новый набор мясных ножей, если я найду способ сделать ее жизнь чуть менее трудной.
Мадлен засмеялась. Звук был как от разбитого стекла.
— И ты думаешь, моя кузина любит тебя больше? Ты порвал с Домом на совете Коллегии, и тратил свое время среди скота, причесывая их и позоря свою семью. И наконец говоришь мне, что собираешься приобрести скот на каком-то виде аукциона.
— Ты не способна понять, почему я делаю то, что делаю, — сказал Томас.
— Да и кто захочет? — парировала она.
— Кузен Томас, — она промурлыкала. — Все еще благородный и голодный, как я понимаю.
— Мадлен, — Томас ответил и немного улыбнулся, показывая белые, ровные зубы. — Все такая же недисциплинированная и вульгарная, как я понимаю.
Губы и глаза Мадлен Рейт отреагировали на замечание моего сводного брата по-разному. Ее красивая широкая улыбка застыла в притворном выражении, но глаза сузились и стали полностью белыми. Она переводила взгляд с Томаса на Жюстину.
— Маленькая комнатная собачка Лары, — сказала Мадлен. — Я удивилась, узнав, что ты прибежала к ней. Сейчас я узнаю, что ты встречаешься со старым возлюбленным и… — она перевела взгляд на меня, — … врагом.
— Не будь смешной, — ответила Жюстина. Несмотря на то, что ее голос был спокойным, щеки все еще отливали румянцем, а зрачки были расширены. — Я пришла, чтобы пробежаться по отчетам, как я обычно и делаю каждую неделю.
— Но на этот раз от тебя веет духами, — проговорила Мадлен, — лучшим провокационным ароматом, а не тем, что ты используешь на работе, дорогая. Я нахожу это, — ее язычок коснулся губ, — интересным.
— Мадлен, — сказал Томас с преувеличенным спокойствием, — пожалуйста, уйди.
— Я имею полное право быть здесь, — прошептала она.
Казалось неправильным, что она была в состоянии держать свой голос настолько невыносимо мягким и чувственным по отношению к пульсирующей клубной музыке. Она повернулась ко мне и сделала несколько шагов, полностью обратив внимание на меня.
Внезапно я почувствовал себя как подросток — слегка испуганным, сильно взволнованным и переполненным гормонами, требующих непонятного. Некоторое время я не мог сосредоточиться на том, что вижу.
Она остановилась на расстоянии вытянутой руки от меня.
— Не обращай внимания на ужасные манеры моего кузена. Печально известный Гарри Дрезден как всегда не нуждается в представлении. — Она осмотрела меня с головы до ног, накручивая черный локон на палец. — Как могла я приезжать в Чикаго столько раз и ни разу не встретиться с тобой?
— Тем не менее я тебя видел, — сказал я.
Мой голос прозвучал грубо, но это работало.
— Оуу… — протянула она, сексуально улыбнувшись. — Ты из тех, кто любит смотреть, Гарри?
— Готов поспорить, — сказал я. — Ты про то время, когда я смотрел «Кто подставил кролика Роджера»?
Ее улыбка слегка потускнела.
— Ты Джессика Раббит, верно? — спросил я. — Вся в обтяжку, раздутая и недалекая.
Улыбка исчезла.
— Потому что я вас где-то видел и, блин, будет жаль, если вы принцесса-злодейка из Бака Роджерса.
— Что? — произнесла она. — Из какого бака?
Я одарил ее моей лучшей натянутой улыбкой.
— Эй, не пойми меня неправильно. Ты делаешь все хорошо. Но стараешься слишком сильно. — Я наклонился к ней через перила чуть ближе и прошептал. — Лара произвела больший эффект на меня просто сидя на стуле, чем ты всем своим этим выходом.
Мадлен Райт стала неподвижной и холодной как статуя разгневанной богини, и температура воздуха вокруг нас упала на несколько градусов.
Я внезапно почувствовал присутствие Томаса и обнаружил брата, который стоял рядом, опершись локтями на перила. Он был чуть ближе к Мадлен, чем я.
— Мадлен, — сказал он тем же тоном, что и минуту назад, — пошла вон, пока я не забил тебя голыми руками до смерти.
Мадлен отдернула голову, будто Томас ее ударил.
— Что?
— Ты меня слышала, — сказал он спокойно. — Сейчас в клане не совсем спокойно, я знаю, но я устал, мне плевать, что ты или кто-либо еще из Дома думает обо мне, и не уважаю тебя настолько, чтобы играть с тобой в игры, даже если бы я был в настроении.
— Как ты посмел? — зарычала Мадлен. — Как ты посмел угрожать мне? Лара заживо сдерет с тебя кожу за это.
— О? — Томас выдал ей холодную улыбку — После того, как ты наехала на чародея, он получил право сжечь тебя до твоих переоцененных туфель.
— Я никогда…
— И несмотря на доведенный до тебя приказ Короля, — сказал Томас, кивая, — Лара устала прибираться за тобой, Мад. Она, возможно, купит мне новый набор мясных ножей, если я найду способ сделать ее жизнь чуть менее трудной.
Мадлен засмеялась. Звук был как от разбитого стекла.
— И ты думаешь, моя кузина любит тебя больше? Ты порвал с Домом на совете Коллегии, и тратил свое время среди скота, причесывая их и позоря свою семью. И наконец говоришь мне, что собираешься приобрести скот на каком-то виде аукциона.
— Ты не способна понять, почему я делаю то, что делаю, — сказал Томас.
— Да и кто захочет? — парировала она.
Страница 23 из 165