Столкновение

Остатки будут постоянно двигаться в ту сторону где еще есть жизнь. Ты хочешь чтобы здесь было также? — спросил он.

—  Нет…

—  Если мы позволим себе безумство, мы не протянем долго. Мы почти бессмертны, но голод — наша смерть. Нам нужны переговоры.

—  Как? С людьми?! — глаза Лилит удивленно расширились.

—  Да. Мы покажем свою силу этой ночью, чтобы они поняли, что мы можем захватить город если нам это понадобится, но не делаем этого потому что понимаем нечто, чего не понимают они. Надеюсь у них хватит ума понять, что это лишь наше послание. Они должны будут его понять. Но пока они не поймут его, они будут считать нас врагами.

—  А разве мы не враги?

—  Нет. То, что захватило мое тело тоже являлось моим врагом, но сейчас я считаю это подарком судьбы. Если бы мне пришлось пережить это заново, ты помнишь, я рассказывал тебе, хоть и совсем немногое. Я бы прошел этот путь вновь. И знаешь почему? — спросил Лука, взяв ее лицо за подбородок и повернув голову к ней.

—  Почему? — она жадно слушала его приоткрыв рот.

—  Из-за тебя…

Лилит выдохнула, обошла его и закрыв глаза припала к его груди.

—  Но, если мы будем разговаривать с ними, они подумают что мы слабы и уничтожат нас. Я не хочу… я не хочу умирать.

—  Мы не будем сейчас разговаривать с ними. Они сами попросят переговоров.

—  Но почему? Откуда ты знаешь? — негромко и робко спросила она, отсаживаясь на противоположенное сиденье.

—  Они не глупые люди и поймут, что демоны заинтересованы в людях также как и люди в демонах. Если они не будут договариваться с нами, то им придется встретиться с ордами Братства в одиночку, и те точно не будут договариваться. Те вырежут всех овец и разорвут пастухов, а мы… мы можем помочь пастухам сохранить жизни всем.

—  Ну зачем нам помогать людям? Мы можем просто не мешать им. Пусть они сами решают исход сражения с Братством, — сказала Лилит.

—  И ты знаешь, что Братство победит, а если победят люди, то тогда они тем более не будут заинтересованы в нас. Но у людей не так уж много шансов.

—  Понимаю, — согласилась Лилит.

—  После того как Братство уничтожит всех живых, как ты думаешь откуда они начнут черпать жизнь? — спросил Лука, останавливая запись на планшете, где показывался зомби, заснятый на камеру наружного наблюдения, среди белого дня нелепо прячущий парализованное и обездвиженное тело под скамейку.

—  Они примутся за нас, — тихо сказала Лилит.

—  Да. Именно так. Если мы хотим остаться в живых, мы должны сделать так, чтобы и люди остались в живых. Даже если мы размножимся и захватим все леса, реки и болота, мы все равно погибнем, если не от Братства, то от голода, а затем… ты останешься последней Лилит, — он грустно усмехнулся.

—  Нет… нет, нет, нет. Что нам нужно сделать? — с тревогой спросила Лилит.

—  Пока ничего, только ждать. У нас еще есть время… надеюсь, когда они поймут наш замысел, уже не будет слишком поздно.

Мягкая сентябрьская ночь, пахнущая асфальтной пылью, бензиновыми выхлопами и увядающими листьями, кралась по улицам Москвы, оттеняя желтый свет фонарей и беспокойный свет фар. Мечущиеся туда и сюда огни, звуки музыки и тени людей, казалось отпугивали ночь обратно в засвеченное городом небо, на котором не было звезд, и сон, выгнанный шумным городом прочь, не торопился вернуться в это место, а лишь заглядывал в детские постели, в кровати к старикам и некоторым трудягам, которые без сил валились спать после тяжелого трудового дня. Для остальных же, Москва предоставляла полный перечень услуг, чтобы провести все оставшееся до рассвета время незаметно, весело и с шиком.

Ворон — первый среди Первых Демонов отправил ничего не значащее сообщение остальным. Грим был нанесен несколько часов назад, линзы и прическа, несмотря на внутренний протест сделали из высокого молчаливого парня в кожаной броне с металлическими заклепками — обычного молодого человека в светлой джинсовой куртке и джинсовых штанах. Засунув руки в карманы, он шел по парку Победы, ожидая, когда же наступит возможность реализовать тот самый момент, когда месть демонов станет очевидной, но в то же время отыскать самого демона будет невозможно. Здесь всегда было людно. Подсвеченные фонтаны, скамейки, десятки туристов и сотни местных жителей, парочек и просто гуляющих групп делали селфи, снимали друг друга на видео, дурачились, взвизгивали или сидели, неброско попивая пивко и покуривая сигареты.

—  Молодой человек, — вдруг услышал он девичий голос. Он обернулся и увидел двух девушек, одна из которых спешила к нему с телефоном в руке. — Вы бы не могли сфотографировать нас с подругой?

Длинные, завитые крупные кольцами волосы перекатывались по плечам. Светлая шелковая блузка приятно оттеняло разгоряченное лицо. Ворон прокашлялся.

—  Да, пожалуйста.

—  Вот спасибо.