Столкновение

—  Красным отмечены места, где были найдены характерные трупы, — пояснил Владимир, когда Трофим был готов к разговору. — Всего восемьдесят шесть человек.

Владимир был одет в серый в вертикальную полоску костюм и светло-голубую рубаху. Трофим же явился в синих джинсах, красной футболке и в джинсовой жилетке с множеством карманов, которые были забиты всякой всячиной.

—  Значит гнездо где-то здесь, — сделал очевидный вывод Трофим. — Это что Можайский район?

—  Да, Док. Мы уже вчера начали проверку всего и вся, бросили туда почти всех наших защищенных оперативников. Поймали одного, но это пока ничего нам не дало. Но, Док, я не для этого попросил вас сюда приехать. Физическую работу и дознание, мы оставим нашим парням, а от вас бы я хотел, как от специалиста имевшего дело с этими зомби, объяснить их суть. Если хотите, психологический портрет. Может быть это поможет нам понять их способы охоты, распространения и предугадывать шаги. Вы сможете сделать это?

—  Я попробую, — ответил Трофим.

Хозяин помещения указал ему на один из экранов.

—  Здесь запись процедуры дознания одного из пораженных. Я бы не хотел показывать вам ее сейчас, но позже, после того как вы составите их портрет и описание. Итак, вы начните, я буду уточнять по мере поступления информации. Наш разговор разумеется записывается и будет прослушан специалистами практически в онлайн режиме, но, — успокаивающе предупредил Владимир, — вы можете говорить все что угодно, материться, плеваться, посылать всех к чертям, все что угодно если это поможет нам лучше понять с чем мы имеем дело. Давайте присядем, если хотите, я приготовлю чай.

—  Нет, чаю не надо, — сказал ученый усаживаясь на стул под старину.

—  Начинайте. Что вы о них думаете? — спросил «продавец», а если действительно, то специальный сотрудник, садясь напротив, сложа руки вместе и положив их на колени, одновременно слегка наклонившись в сторону некробиолога.

—  Вы о Псарасе, или о тех что называют себя Братством и захватили Киев?

—  Пока о Псарасе. На наше счастье Братство двигает на Запад, а не на Восток. Мы помогаем в той стороне чем можем, но прежде всего защищаем свои границы. Мы стянули огромные силы к границам, выжгли пояса безопасности — огромные пространства, в десятки километров, на которых еще не скоро объявится что-то живое. Работы продолжаются. То же самое мы делаем и на границе с Китаем. Сейчас вообще все страны жгут и травят свои территории, только в Европе на такое все еще не решились. Они считают что… в общем Бог его знает в действительности что они считают, но принимаемые ими меры явно не достаточны. У них много своих сложностей, плотность населения, протесты, мало свободного места, особенно под обеспечение мертвой полосы, недостаточно решительное управление. Наше положение было бы значительно лучше, если бы не своя угроза в сердце страны, — «продавец» вздохнул, и это получилось довольно искренне.

Трофим покрутил головой, ожидая увидеть глазки камер, но, как и следовало ожидать ничего подобного не увидел.

—  Лука Псарас, наверное, уникальный носитель, — начал он. — Я думаю, что он смог в какой-то мере выбраться из-под воздействия вируса. Ночью я изучил все материалы и записи сделанные при его транспортировке, которые вы мне выслали, и должен сказать, что изменения объекта поразительны. Он владеет своим сознанием и отличает его от потребностей зараженного организма. Можно сказать, что психологически он вернулся к нормальному человеческому мышлению. Он способен справляться с приступами голода, способен адекватно разговаривать с людьми на отвлеченные темы, но пищеварительная система очевидно утеряна навсегда, так же как и внешний облик. Его клетки, насколько я понял, в силу продолжительного нахождения на грани голодной смерти полностью захвачены вирусом, клеток самого носителя, которые могли бы служить накопителями энергии утеряны и теперь он, наверное, на девяносто процентов скопированная версия прежнего Луки Псараса, — Трофим наклонился вперед к внимательно слушающему его «продавцу», непроизвольно повторив его позу. — Я склонен считать, что не только его воздействие на жизненные формы сильнее чем у обычного зараженного, но и человеческие, волевые, эмоциональные критерии и установки в разы прочнее чем у остальных, и даже наверняка сильнее чем у нас с вами, чистых людей, не зараженных никаким вирусом, — Трофим вдруг вспомнил о чем-то и осекся, что конечно, не ускользнуло от Владимира, но он не подал виду что заметил это. — У нас, у чистых людей, — задумчиво повторил некробиолог.

—  И в связи с этим, считаете ли вы что он представляет большую угрозу, или мы можем не ожидать такой беспрецедентной агрессии со стороны зомби? — спросил Владимир.

—  Наверняка он представляет не меньшую угрозу, в силу того, что он владеет своим сознанием и не склонен совершать ошибки.