Сначала Ольга не поняла, что происходит, а поняв, вскочила и с испуганным вскриком отпрыгнула к выходу из комнаты. Увидела же она то, что лежавший на коврике волк вдруг стал увеличиваться размерах, лапы его начали вытягиваться, выпрямляться, голова — приобретать более округлую форму, шерсть, покрывавшая тело — исчезать, обнажая гладкую человеческую кожу. Окончательное превращение Ольга не застала. Выскочив, как ошпаренная из кабинета, она побежала в спальню и заперлась там, заблокировав и выход на террасу…
Добавить в моё избранное
374 мин, 29 сек 10299
Только встряска от переезда на новое место вывела Ольгу из этого состояния, будто сдёрнув пелену с её глаз, благодаря чему она, наконец, увидела, что Дэвид не только оборотень, но ещё и человек.
— Скажи, а чем ты обычно занимаешься ночью, — с порога спросила Ольга, войдя в гостиную.
Дэвид явно не ожидал подобного вопроса, он оторвался от чтения и, подняв на девушку удивлённый взгляд, произнёс:
— Ну, когда чем… Живя в лесу, по ночам я в основном занимался домашними делами, которые не мог выполнять в волчьем обличии, иногда читал, иногда гулял… В твоём доме я тоже порой кое-что делал по хозяйству, например, починил кран на кухне. Ты не замечала, что он одно время подтекал, а потом перестал? А так, в моём распоряжении было чтение, прогулки и, самое главное, возможность мыслить по-человечески. Превращаясь в волка, я не могу мыслить совсем как человек, и именно этого мне особенно недостаёт. А почему ты спросила?
— Просто я вдруг поняла, что почти ничего не знаю о человеческой части твоей повседневной жизни, — ответила Ольга и пожала плечами, — ведь она проходит ночью, когда я не могу видеть её. Наверное, тебе бывает одиноко?
— Я привык быть один, — просто сказал Дэвид, но отведя при этом взгляд в сторону. А потом он вдруг добавил. — Но теперь мне не нужна эта привычка, ты рядом со мной, даже когда спишь, и мне этого достаточно.
В этих словах не было ничего особенного, но отчего-то они заставили Ольгу смутиться, она опустила глаза и вдруг с ужасом подумала, что краснеет. Ей захотелось сейчас же спрятаться, чтобы только Дэвид не увидел её волнения, но, попытавшись уйти сейчас, она могла огорчить его. Оставалась одно — продолжать разговор, но о чём? Несколько секунд девушка отчаянно искала тему, взывая к своему воображению, но оно, как обычно случается в подобных ситуациях, молчало. И тут взгляд её упал на диван, и Ольга выпалила первое, что пришло ей в голову:
— Значит, ты по ночам не спишь?
— Предпочитаю делать это днём, чтобы не тратить зря свои человеческие часы, — ответил Дэвид ровным, ничего не выражавшим тоном.
— Хорошо, а то, я подумала, как тебе спать на этом старом диване, ведь здесь даже постельного белья нет, — с искусственным смешком сказала девушка.
— Мне доводилось ночевать в гораздо худших условиях, — сказал Дэвид, и на этот раз в его тоне Ольге померещился оттенок разочарования, словно вовсе не о постельном белье он хотел бы поговорить с ней.
Однако Ольга уже была не в состоянии дальше поддерживать беседу, её непонятно откуда взявшееся смущение перед Дэвидом продолжало расти и мешало ей соображать. И оно усугублялось ещё тем, что Дэвид не спускал с неё какого-то странного, пристального взгляда, словно чего-то ждал от неё. Из-за этого, чем дольше Ольга находилась в гостиной, тем сильнее ей хотелось убежать из неё, и, наконец, спустя несколько секунд неловкого молчания, она сказала:
— Ну, раз всё хорошо, я пойду, пожалуй. Спокойной ночи. — И она выскользнула из комнаты с такой скоростью, что даже не успела понять, что сказал ей на прощанье Дэвид.
Только оказавшись в спальне, Ольга смогла немного успокоиться, но сердце её по-прежнему колотилось очень быстро. Прислонившись к двери, девушка слушала его торопливые и короткие удары и мысленно отчитывала себя за своё поведение:
«Ну, и что это было? — думала она. — Бред какой-то! Разволновалась, как школьница из-за банальной, ничего не значившей фразы! Выставила себя полной дурой! И зачем я вообще завела этот разговор! Что, спросить было больше не о чем? Чем ты занимаешься по ночам? Чушь какая!».
Ольге потребовалось минут десять, чтобы окончательно прийти в себя, а когда ей это удалось, девушка, всё ещё немного раздосадованная своим поведением, переоделась в ночную рубашку и легла спать. Но, прежде чем она уснула, уже в полудрёме сознание то и дело рисовало ей образ Дэвида, одиноко бредущего в ночи по берегу неподвижного лесного озера, в котором, словно в зеркале, отражался молодой месяц.
— Скажи, а чем ты обычно занимаешься ночью, — с порога спросила Ольга, войдя в гостиную.
Дэвид явно не ожидал подобного вопроса, он оторвался от чтения и, подняв на девушку удивлённый взгляд, произнёс:
— Ну, когда чем… Живя в лесу, по ночам я в основном занимался домашними делами, которые не мог выполнять в волчьем обличии, иногда читал, иногда гулял… В твоём доме я тоже порой кое-что делал по хозяйству, например, починил кран на кухне. Ты не замечала, что он одно время подтекал, а потом перестал? А так, в моём распоряжении было чтение, прогулки и, самое главное, возможность мыслить по-человечески. Превращаясь в волка, я не могу мыслить совсем как человек, и именно этого мне особенно недостаёт. А почему ты спросила?
— Просто я вдруг поняла, что почти ничего не знаю о человеческой части твоей повседневной жизни, — ответила Ольга и пожала плечами, — ведь она проходит ночью, когда я не могу видеть её. Наверное, тебе бывает одиноко?
— Я привык быть один, — просто сказал Дэвид, но отведя при этом взгляд в сторону. А потом он вдруг добавил. — Но теперь мне не нужна эта привычка, ты рядом со мной, даже когда спишь, и мне этого достаточно.
В этих словах не было ничего особенного, но отчего-то они заставили Ольгу смутиться, она опустила глаза и вдруг с ужасом подумала, что краснеет. Ей захотелось сейчас же спрятаться, чтобы только Дэвид не увидел её волнения, но, попытавшись уйти сейчас, она могла огорчить его. Оставалась одно — продолжать разговор, но о чём? Несколько секунд девушка отчаянно искала тему, взывая к своему воображению, но оно, как обычно случается в подобных ситуациях, молчало. И тут взгляд её упал на диван, и Ольга выпалила первое, что пришло ей в голову:
— Значит, ты по ночам не спишь?
— Предпочитаю делать это днём, чтобы не тратить зря свои человеческие часы, — ответил Дэвид ровным, ничего не выражавшим тоном.
— Хорошо, а то, я подумала, как тебе спать на этом старом диване, ведь здесь даже постельного белья нет, — с искусственным смешком сказала девушка.
— Мне доводилось ночевать в гораздо худших условиях, — сказал Дэвид, и на этот раз в его тоне Ольге померещился оттенок разочарования, словно вовсе не о постельном белье он хотел бы поговорить с ней.
Однако Ольга уже была не в состоянии дальше поддерживать беседу, её непонятно откуда взявшееся смущение перед Дэвидом продолжало расти и мешало ей соображать. И оно усугублялось ещё тем, что Дэвид не спускал с неё какого-то странного, пристального взгляда, словно чего-то ждал от неё. Из-за этого, чем дольше Ольга находилась в гостиной, тем сильнее ей хотелось убежать из неё, и, наконец, спустя несколько секунд неловкого молчания, она сказала:
— Ну, раз всё хорошо, я пойду, пожалуй. Спокойной ночи. — И она выскользнула из комнаты с такой скоростью, что даже не успела понять, что сказал ей на прощанье Дэвид.
Только оказавшись в спальне, Ольга смогла немного успокоиться, но сердце её по-прежнему колотилось очень быстро. Прислонившись к двери, девушка слушала его торопливые и короткие удары и мысленно отчитывала себя за своё поведение:
«Ну, и что это было? — думала она. — Бред какой-то! Разволновалась, как школьница из-за банальной, ничего не значившей фразы! Выставила себя полной дурой! И зачем я вообще завела этот разговор! Что, спросить было больше не о чем? Чем ты занимаешься по ночам? Чушь какая!».
Ольге потребовалось минут десять, чтобы окончательно прийти в себя, а когда ей это удалось, девушка, всё ещё немного раздосадованная своим поведением, переоделась в ночную рубашку и легла спать. Но, прежде чем она уснула, уже в полудрёме сознание то и дело рисовало ей образ Дэвида, одиноко бредущего в ночи по берегу неподвижного лесного озера, в котором, словно в зеркале, отражался молодой месяц.
Странная встреча
На третий день пребывания в Москве Ольга и Дэвид в облике волка отправились в ветеринарную клинику, удачно находившуюся лишь в паре километров от их дома. Туда они дошли пешком, двигаясь иногда дворами, иногда центральными улицами и несмотря на то, что эта часть города была Ольге почти не знакома, умудрились ни разу не заблудиться. Добравшись до места, они обнаружили симпатичное двухэтажное здание относительно недавней постройки, выкрашенное в салатовый и белый цвета. Ко входу в клинику вела широкая белая лестница, а над входной дверью красовалась эмблема заведения с символическим изображением кошки и собаки. В отличие от маленькой лечебницы, в которой когда-то оперировали Дэвида, приёмная здесь была очень просторной — метров сорок площадью — и уставленной по периметру стульями для хозяев животных, на один из которых присела и Ольга, чтобы подождать их с волком очереди на приём.
Страница 46 из 102
