Erratum

— У братьев, — уклончиво ответил ангел.

— У которого из? — Спросил Аба.

— Какое это имеет значение? — В искреннем недоумении спросил Рамуэль.

— Мне кажется, — совсем тихо произнес Аба, — я видел его у девушки.

— У девушки? — Удивился Рамаэль. — Той самой, на которую меня обменяли? Она здесь? — Его голос задрожал.

— Нет, это было всего лишь видение.

— Тогда забудь о нем. — Ответил ангел. — Я передал его Танатаэлю.

— Хорошо. — С облегчением произнес Аба.

Рамаэль заинтригованно смотрел на него, не в состоянии понять, что вызвало его вопросы на самом деле, что за видения преследовали главу демонов, бесов и прочей нечисти, одно лишь утверждение о неправдивости которых успокоило его. И что такое в них было, что могло его всерьез потревожить?

— Калеб ждет, — разрезал туман догадок голос Абы.

— Да, — рассеянно произнес Рамуэль, и, не сказав больше ни слова, последовал за хмурившимся малышом.

Аба поднялся и сделал несколько кругов по комнате.

— Зачем ты снишься мне? — Прошептал он, мучительно растирая виски, словно пытаясь этим жестом избавиться от чужих воспоминаний, засевших в его голове. — Не хотел бы я в таком состоянии оказаться на дне. — Криво усмехнулся он. — Совсем ни к черту, совсем. Откуда у меня эти проклятые сны? У меня не может быть снов. — Он снова бессильно рухнул в кресло и закрыл глаза. — Лили… Может, они оба здесь: Лили и Танатаэль? — Ник простонал и покачал головой. Безумие.

Глава 17

Степь слегка сменила свой ровный бег, и время от времени стали встречаться холмы, а затем они с василиском увидели большой кратер, словно земля в этом месте взорвалась и выплеснулась наружу. Над кратером летали какие-то птицы. Присмотревшись повнимательнее, Лили поняла, что у этих птиц есть руки и ноги, или, по крайне мере, что-то похожее на них. Она ахнула, чуть попятившись к василиску.

— Это демоны, — прошептала она, глядя в его желтые глаза-блюдца.

Василиск издал в ответ тонкий свист.

— Думаешь, стоит пойти посмотреть? — Спросила Лили.

На этот раз змей ничего не ответил, а двинулся вперед, извиваясь по земле в направлении кратера.

— Подожди меня! — Прокричала Лили, переходя на бег и догоняя его.

За долгие дни, часы или сколько там времени прошло, их путешествия Лили предпочитала не задаваться вопросом, почему животное преданно следует за ней. Вечерами, когда она упражнялась с мечом, она все больше понимала, что не выучивает что-то новое, а лишь повторяет хорошо забытое старое, возвращает свои утраченные навыки. С огромной железкой в руке она уже не выглядела неуклюжей, и двигалась мягче, точнее, изящнее. Василиск иногда одобрительно шипел, глядя на нее, пляшущую с оружием. Лили улыбалась ему в ответ и продолжала дальше.

Ночью ей снились сны о ее жизни, и она все больше узнавала себя. Никаких грандиозных открытий не ждало ее по ту сторону памяти, но все-таки она больше не была человеком с условным обозначением Лили. Из слоев она не помнила почти ничего, но подозревала, что, когда все части ее жизни сложатся, наконец, воедино, продолжение будет уже из ада. И нельзя было сказать, чтобы она так уж сильно стремилась его увидеть. Здравый смысл подсказывал, что в этой части воспоминаний хорошего должно быть мало. Пусть она и не знает великой тайны, как ей удавалось открывать путь свету, чего от нее безуспешно пытались добиться ангелы, но ей с ползучим приятелем и так жилось неплохо.

Лишь однажды она стонала во сне, беспокойно крутясь и потревожив своей возней василиска. Когда Лили, наконец, очнулась, встретив желтый немигающий взгляд, поняла, что ей снился Он, с его разноцветными глазами и невероятной силой. Аба притягивал ее, как солнце притягивает планеты, в этом видении она стремилась к нему, как мотылек на свет. Хотя, как она могла сравнивать его со светом, когда он был средоточием тьмы. Так говорили ангелы: одни ненавидели и боялись, другие уважали его — это все, что она успела понять. Что чувствовала она? Лили не знала, но ей было интересно. Она хотела протянуть к нему руку во сне, чтобы дотронуться и проверить, настоящий ли он, ощутит ли она его прикосновение. И боялась, отчаянно боялась, что, коснувшись, уже не сбежит никогда, окажется навеки в его ловушке.

Демоны парили над ними на приличном расстоянии, но ниже не спускались. Когда они забрались наверх и заглянули за край, увидели лишь дорогу, спиралью спускающуюся по стенам кратера вниз.

— Какая-то нелепая конструкция, — пробормотала Лили, но василиск снова ее обогнал и поскользил вниз, так что ей ничего не оставалось, как вновь последовать за ним.

— Как думаешь, это спуск в само подземное царство? — Болтала сама с собой Лили. — А почему демоны не напали на нас? Или здесь тот же принцип, что и у врат: входят все, не выходит никто? Тогда мне, вероятно, следует начать переживать…