Самое древнее и самое сильное чувство человека — страх

Гамильтон очень выпукло описала мир-реплику современных Штатов, в котором вполне комфортно чувствуют себя оборотни, вампиры, зомби… Эти динамичные, захватывающие, иронические книги пришлись по душе очень многим читателям. Перед нами гибрид классического нуара в стиле Чандлера (сходство Аниты с Филом Марло налицо), детективного триллера ala «Молчание ягнят» Р. Харриса, любовно-психологического вампирятника под Райс и урбанистической фэнтези. Частный детектив в большом городе, один против всех — классика! Только вместо«Коза Ностры» или«медельинского картеля» Аните противостоят безумные богатеи-мистики, расчетливые вуду-колдуньи, бесприютные зомби или могущественные вампиры. Главное достоинство — достоверно прописанный готический мир. Здесь можно вызвать из могилы недавно умершего дядюшку, не успевшего оставить завещания, и с помощью аниматора узнать имя наследника. Вампиры живут тут вполне легально в особом гетто и находятся люди, ведущие борьбу за предоставление кровососам гражданских прав и свобод. Кстати, иронические и даже сатирические моменты в цикле очень сильны — временами Гамильтон откровенно издевается над политкорректной, ханжеской и, в то же самое время, порочной современной Америкой. Правда, в последних книгах цикла слишком много времени и места уделяется чувственной стороне быта героини, которая никак не может разобраться, кто ей милее — оборотень или вампир…

Гости Темной Страны

Из других бытоописателей жизни упырей можно назвать англичанина Тома Холланда («Вампир: История лорда Байрона», «Раб своей жажды»), чье главное достижение — точно выверенная стилизация прозы под классическую английскую готику в духе Уилки Коллинза или Булвера-Литтона. Еще одна «звезда» жанра — кинокритик Ким Ньюмен, сочинитель остроумного мира, где Дракула приходит к власти в викторианской Англии (цикл«Anno Dracula»). Сильная сторона книг Ньюмена — чисто киношное цитирование всех и вся: Киплинга, Флеминга, Хайсмит, По, Дойла и т. д. Уитли Стрибер своим рафинированным триллером «Голод» немало способствовал рождению готической субкультуры. Весьма популярны романы Нэнси Коллинз, хоть они и откровенно вторичны по отношению к творчеству Л. Гамильтон.

Время от времени в страну готического сумрака наведываются и случайные гости, прославившиеся произведениями других жанров. Великолепной атмосферой викторианской готики насыщен роман «Те, кто охотится в ночи»(1988) Барбары Хэмбли. Отец«Гипериона» Дэн Симмонс внес свой вклад в вампирскую тему«Детьми ночи»(1992). Тонкой стилизацией под британскую классику блещут Тим Пауэрс во«Вратах Анубиса» и Джеффри Барлоу («Дом в глухом лесу»). А Таня Хафф и Тэнит Ли одинаково плодотворно работают как в фэнтезийном, так и мистико-готическом жанре. На счету Хафф успешный цикл о паранормальном детективе Виктории Нельсон. А крайне разносторонняя Тэнит Ли является одним из ведущих мастеров мировой мистической фэнтези. И почти все ее романы в этом направлении можно хотя бы краешком отнести к готике — циклы «Замок Тьмы», «Кровавый Камень», «Тайные книги Парадиза», «Тайные книги Венеции», «Кровавая Опера».

Гнездо мрака

Большой популярностью у ценителей пользуются и романы из межавторской серии Ravenloft. Так именуется сеттинг для системы ролевых игр D&D, основанный на атмосфере классической готики. Мир Ravenloft управляется Владыками Тьмы — ужасными монстрами или мерзейшими людьми, и неизвестно, кто из них гаже (самый колоритный — вампир граф Страд фон Зарович). Первый роман из литературной поддержки игры вышел в 1991 г. (Кристи Голден «Вампир туманов») и понеслось… На сегодня в серии более десятка книг, среди авторов отметились Л. Гамильтон, Марк Энтони и Т. Хафф.

Русская готика

Родоначальником русской готики считается декабрист Александр Бестужев, который под псевдонимом Марлинский опубликовал несколько подражаний Байрону и Уолполу. Один из творцов Козьмы Пруткова, граф А. К.Толстой отметился двумя рассказами о вампирах — «Упырь»(1841) и«Семья вурдалака»(1884). И, конечно, гоголевский«Вий». Пусть там нет средневековых замков и викторианских усадеб, зато вполне готического ужаса в избытке: «Подымите мне веки!»…

В советские времена партия решила: «Народу ужасы не нужны!», но, как ни странно, главный шедевр нашей готики появился именно тогда — «Дикая охота короля Стаха» Владимира Короткевича. Это блестящая модернизированная стилизация под Анну Радклифф, где пробирающие до костей якобы мистические ужасы оказываются на самом деле порождением вполне человеческой подлости и злобы. Элементы готики присутствовали и в менее удачном романе Короткевича«Черный замок Ольшанский».

Ныне русская готика выглядит вяло. Появляются, конечно, романчики, в которых присутствуют готические элементы, но полноценных запоминающихся вещей, пожалуй, нет. Так, блеклые реплики западных образцов…