После сегодняшних событий я начал сомневаться в том, стоит ли продолжать эти детективные игры.
Добавить в моё избранное
14 мин, 55 сек 7648
Одна из ее подруг пыталась со мной флиртовать, но я хотел только ее. Позже они собирались идти на вечеринку и пригласили меня. Я согласился, взволнованно перебирая в голове возможности.
На вечеринке я умудрился вежливо избавиться от приставучей подруги и отправился искать ее. Она разговаривала с каким-то парнем. Неважно — просто какой-то мудак, я знал, что даже если она решит уехать с ним, в итоге я выиграю. Пытаясь ввязаться в их разговор, понял, что в этом уголке я был лишним.
— Принеси мне чего-нибудь выпить, — неловко смеясь, попросила она.
— Конечно, сейчас, — немедленно согласился я.
Лавируя сквозь толпу, я добрался до кега, наполнил стакан и быстро вернулся к ней.
— Спасибо, — улыбаясь, поблагодарила она.
Потом я был… не в своей тарелке. Поиски взаимности оказались напрасными и неоправданными, и я не знал, куда себя девать…
… пока не обнаружил ее одиноко сидящей на диване, когда все уже начали расходиться. Я выслушал ее жалобы на парней-козлов, мудаков, которые хотели от нее только одного. Парень, с которым она разговаривала, бросил ее одну и укатил с какой-то мымрой. Я кивал, втайне ликуя от того, что оказался прав насчет него… И вот она сидела передо мной и открывала мне душу…
Следующую ее фразу я буду помнить всю жизнь.
— Ты такой хороший. Не хочешь… сходить куда-нибудь завтра?
Все, что я мог выдавить из себя, это «да».
На следующий день мы встретились в торговом центре. Мы ходили по магазинам одежды; она примеряла все подряд и показывалась мне. Я даже согласился купить ей пару вещей, шутливо добавляя «да, дорогая»… Она улыбалась и не пыталась возражать.
Я был на седьмом небе от счастья.
После этого мы почти каждый день проводили вместе. Признаюсь, иногда казалось, что я не выдержу. Я так хотел ее, но она не подавала никаких признаков того, что чувства взаимны… новые парни появлялись и пропадали, некоторые — благодаря мне.
Ладно, большинство из них уходили благодаря мне.
Никаких угрызений совести я не чувствую. Я сражался за ее сердце, а на войне все средства хороши.
О, нет, вы меня неправильно поняли. Никакой уголовщины. Просто едкое замечание время от времени, ложь о ней за ее спиной, ложь о нем — за его.
Пока моя жизнь сокращалась до клетки боли и негатива, постоянной войны за то, чтобы не выпускать ее из своих рук, она сама начала сворачивать с проторенного пути. Начала употреблять наркотики, как бы я не пытался ее отговорить. «Я твой лучший друг, я волнуюсь за тебя, не делай этого». Казалось, будто мои слова только подталкивали ее употреблять еще больше.
По крайней мере, от всего тяжелого она держалась подальше. Только то, что не повлияет на ее внешность или социальный статус.
В конце концов, я решил, что больше не выдержу. Я пришел к ней домой и признался в бесконечной любви, вылил все, что кипело во мне.
— Я сделаю для тебя все, что ты захочешь, — сказал я, чувствуя, как с плеч слезает гора.
Ей это явно не понравилось. Она даже разозлилась… Но спустя пару минут вернулась в комнату и спросила:
— Все, что угодно?
Она сказала, что мне нужно лишь доказать, что я готов на все ради нее, и, возможно, она полюбит меня.
Я пообещал, что сделаю все, о чем бы она ни попросила.
Следующие несколько месяцев я исполнял ее прихоти, покупал ей все, о чем она просила. Нашел вторую работу, чтобы давать ей больше денег. Она постоянно обещала, что ответит мне взаимностью. Тем временем она куда-то поступила, вроде как в аспирантуру, на вопросы о ней она всегда отвечала уклончиво. Я давал ей столько денег на учебу, сколько мог себе позволить.
Ее эмоциональное состояние ухудшалось, с каждым днем она была все мрачнее и вспыльчивее. Часто была под чем-нибудь, когда я к ней заходил, и когда я пытался что-то сказать, как-то возразить, она… била меня. Ладно, думал я, я же мужик, не сломаюсь, все нормально.
Однажды, после того, как я сообщил ей, что я на мели и не могу себе позволить выплатить очередную огромную сумму за обучение, она… ударила меня ножом.
После этого мы на время разошлись. Мой мир как будто рухнул. В приступе гнева она кричала, что почти полюбила меня. Мы были так близки…
Я вернулся к ней с букетом роз и чеком. Чтобы оплатить для нее учебу, мне пришлось взять огромный кредит.
Она приняла меня с распростертыми объятьями, и даже поцеловала меня в губы, чего никогда до этого не делала.
— Все, что угодно, — приказала она. — Все, что угодно!
Я был согласен. Я был готов сделать все, что она хотела. Без нее я был никем. Я мог быть счастлив только с ней.
Ее злоба и насилие надо мной не прекратились… Мне даже начало казаться, что ей это нравится. Где-то раздобыла скальпель, часто резала меня. Плечо, ногу, всего чуть-чуть… Но с каждым разом все больше.
На вечеринке я умудрился вежливо избавиться от приставучей подруги и отправился искать ее. Она разговаривала с каким-то парнем. Неважно — просто какой-то мудак, я знал, что даже если она решит уехать с ним, в итоге я выиграю. Пытаясь ввязаться в их разговор, понял, что в этом уголке я был лишним.
— Принеси мне чего-нибудь выпить, — неловко смеясь, попросила она.
— Конечно, сейчас, — немедленно согласился я.
Лавируя сквозь толпу, я добрался до кега, наполнил стакан и быстро вернулся к ней.
— Спасибо, — улыбаясь, поблагодарила она.
Потом я был… не в своей тарелке. Поиски взаимности оказались напрасными и неоправданными, и я не знал, куда себя девать…
… пока не обнаружил ее одиноко сидящей на диване, когда все уже начали расходиться. Я выслушал ее жалобы на парней-козлов, мудаков, которые хотели от нее только одного. Парень, с которым она разговаривала, бросил ее одну и укатил с какой-то мымрой. Я кивал, втайне ликуя от того, что оказался прав насчет него… И вот она сидела передо мной и открывала мне душу…
Следующую ее фразу я буду помнить всю жизнь.
— Ты такой хороший. Не хочешь… сходить куда-нибудь завтра?
Все, что я мог выдавить из себя, это «да».
На следующий день мы встретились в торговом центре. Мы ходили по магазинам одежды; она примеряла все подряд и показывалась мне. Я даже согласился купить ей пару вещей, шутливо добавляя «да, дорогая»… Она улыбалась и не пыталась возражать.
Я был на седьмом небе от счастья.
После этого мы почти каждый день проводили вместе. Признаюсь, иногда казалось, что я не выдержу. Я так хотел ее, но она не подавала никаких признаков того, что чувства взаимны… новые парни появлялись и пропадали, некоторые — благодаря мне.
Ладно, большинство из них уходили благодаря мне.
Никаких угрызений совести я не чувствую. Я сражался за ее сердце, а на войне все средства хороши.
О, нет, вы меня неправильно поняли. Никакой уголовщины. Просто едкое замечание время от времени, ложь о ней за ее спиной, ложь о нем — за его.
Пока моя жизнь сокращалась до клетки боли и негатива, постоянной войны за то, чтобы не выпускать ее из своих рук, она сама начала сворачивать с проторенного пути. Начала употреблять наркотики, как бы я не пытался ее отговорить. «Я твой лучший друг, я волнуюсь за тебя, не делай этого». Казалось, будто мои слова только подталкивали ее употреблять еще больше.
По крайней мере, от всего тяжелого она держалась подальше. Только то, что не повлияет на ее внешность или социальный статус.
В конце концов, я решил, что больше не выдержу. Я пришел к ней домой и признался в бесконечной любви, вылил все, что кипело во мне.
— Я сделаю для тебя все, что ты захочешь, — сказал я, чувствуя, как с плеч слезает гора.
Ей это явно не понравилось. Она даже разозлилась… Но спустя пару минут вернулась в комнату и спросила:
— Все, что угодно?
Она сказала, что мне нужно лишь доказать, что я готов на все ради нее, и, возможно, она полюбит меня.
Я пообещал, что сделаю все, о чем бы она ни попросила.
Следующие несколько месяцев я исполнял ее прихоти, покупал ей все, о чем она просила. Нашел вторую работу, чтобы давать ей больше денег. Она постоянно обещала, что ответит мне взаимностью. Тем временем она куда-то поступила, вроде как в аспирантуру, на вопросы о ней она всегда отвечала уклончиво. Я давал ей столько денег на учебу, сколько мог себе позволить.
Ее эмоциональное состояние ухудшалось, с каждым днем она была все мрачнее и вспыльчивее. Часто была под чем-нибудь, когда я к ней заходил, и когда я пытался что-то сказать, как-то возразить, она… била меня. Ладно, думал я, я же мужик, не сломаюсь, все нормально.
Однажды, после того, как я сообщил ей, что я на мели и не могу себе позволить выплатить очередную огромную сумму за обучение, она… ударила меня ножом.
После этого мы на время разошлись. Мой мир как будто рухнул. В приступе гнева она кричала, что почти полюбила меня. Мы были так близки…
Я вернулся к ней с букетом роз и чеком. Чтобы оплатить для нее учебу, мне пришлось взять огромный кредит.
Она приняла меня с распростертыми объятьями, и даже поцеловала меня в губы, чего никогда до этого не делала.
— Все, что угодно, — приказала она. — Все, что угодно!
Я был согласен. Я был готов сделать все, что она хотела. Без нее я был никем. Я мог быть счастлив только с ней.
Ее злоба и насилие надо мной не прекратились… Мне даже начало казаться, что ей это нравится. Где-то раздобыла скальпель, часто резала меня. Плечо, ногу, всего чуть-чуть… Но с каждым разом все больше.
Страница 2 из 5
