Гремели выстрелы! Тела, перемазанные бутафорской кровью, оседали на танцпол Центра искусств местечка Кэпитол-Холл — предместье Сиэтла, США и извивались в предсмертных судорогах. Приятели павших «живых мертвецов», наглотавшиеся наркотиков, радостно ржали, принимая все это за некий финальный аккорд рейв — вечеринки.
Добавить в моё избранное
11 мин, 23 сек 12071
Конечно, перебить всех рейверов он все же не сумеет, но вот что характерно: когда дотошные полицейские начнут подсчитывать, сколько патронов прихватил с собой на убойную вечеринку стрелок, то выяснится, что таковых — ровно 353. По штуке на каждого «живого мертвеца». Зная этот факт, уже не воспринимаешь все, что орал Хафф: «Патронов у меня столько, чтобы хватило на каждого!», как браваду. Умелый охотник, Эрон и впрямь надеялся перестрелять все местное рейверское поголовье!
В ночь с 24 на 25 марта к Центру искусств г. Кэпитол-Холл подкатил старый пикап, из салона которого вышел высокий, крепкого сложенный мужчина, одетый в зеленую трикотажную рубашку, синие джинсы и черные ботинки армейского образца. Войдя в помещение Центра, гигант испугал, было, пару первых же попавшихся ему на встречу рейверов, подумавших, что к ним нагрянула полиция — уж больно облик Хаффа не вписывался в здешнюю стилистику. Однако, признав в пришельце странного взрослого парня, о котором в среде сиэтлских рейверов уже давно шла молва, тусовщики успокоились и продолжили народное гулянье.
«Зомби-рейв», несшийся из мощных усилителей, рвал барабанные перепонки. Повсюду реками лилась бутафорская кровь: то посетители вечеринки, играли роль убийц, вонзая бутафорские ножи в тела тусовщиков, изображавших «живых мертвецов», и протыкая спрятанные у них под одеждой пакеты с красной жидкостью. Девицы, чьи лица были размалеваны «кровью», прямо у подиума отдавались таким же, как они, разрисованным парням. Кто-то тут же глотал «колеса». Кто-то курил «травку». Кто-то, ничуть не стесняясь, сливался в однополом танце. Хафф не хотел пропустить такого представления.
Он, по позднейшим воспоминаниям уцелевших в бойне, не отказал себе в желании потанцевать со своими будущими жертвами. Попить с ними «скотча». Покурить «травы». И только утром, когда вечеринка стала потихоньку сходить на убыль, приступил, наконец, к осуществлению своего убойного плана. Выйдя на улицу, Эрон устремился к своему пикапу. Недолго полюбовавшись на содержимое багажника, извлек из него полуавтоматическую винтовку «Бушмастер» и винчестер модели«1300-Дефендер». Отказавшись от использования зачем-то прихваченной с собой бейсбольной биты, весь — с ног до головы — увешался патронами. Затем прихватил из бардачка машины баллончик с нитрокраской. Гигант, теперь напоминал Терминатора, нежели скромного разносчика пиццы, не устремился, однако, сразу вслед за этим на вечеринку, а принялся расписывать все окрестные дома одной и той же надписью: «Теперь!». И только сочтя эту работу выполненной, вернулся на «Шоу». Согласно воспоминаниям очевидцев бойни, возращение убийцы было воспринято рейверами с восторгом — в полном соответствии со «сценарием» Хайффа. Ребята попросту сочли, что мужик тоже участвует в их представлении, в качестве актера. С еще большим восторгом тусовщики встретили первый выстрел Хаффа, сразивший на повал 15-летнюю Сюзен Торн. Когда из развороченной груди жертвы на джинсы Эрона хлынул поток«бутафорской» крови, а сам убийца проорал:«Умри, шлюха, умри!», зал взорвался одобрительными воплями.
Грубо оттолкнув пластиковый стаканчик с виски, протянутый каким-то поклонником его «актерского мастерства», Хафф устремился к 32-летнему Джейсону Треверсу. И вновь рейверы, в наркотическом мороке путающие кино с реальностью, рукоплещут искусству обоих. Судя по всему, ни до кого даже не доходит, что у смазливого молодого человека попросту не может быть запасной головы: когда Хафф добивает лежащего на полу Джейсона выстрелом в лоб и тем самым разваливает тому череп, рейверы продолжают поддерживать игру актера своими возгласами. Эрон улыбается. Эрон польщен. Он наклоняется к убитому Треверсу и, ненадолго отложив в сторону ружья, буквально умывается кровью жертвы. Вот теперь его и впрямь не отличить от местных «живых мертвецов», не понимающих, что от реальной смерти их, возможно, отделяют минуты. «Здорово, старикан!» — радостно приветствует убийцу Кристофер Уильямсон, на глазах которого только что убили двух его друзей. И тут же, под аплодисменты публики и под очередной вопль Эрона:«Умри, шлюха, умри!», падает на пол, сраженный пулей Хаффа.
Ну а затем настает очередь и Шварца, и Мартина, и Мур. И только когда рейвер по кличке Гомик замечает, что дыра в горле 14-летней Мелиссы буквально дымится от порохового ожога, кто-то вдруг истошно вопит: «Нас всех мочат!». Тогда все бросаются врассыпную.
Хафф укладывает выстрелом в спину первого же случайного беглеца, кто-то посреди всеобщей паники пытается набрать на мобильнике «911», вот только скольких еще умертвит убийца, пока до места бойни доберется полиция?
«Шоу живых мертвецов» могло окончиться и еще кровавей, если бы не два обстоятельства. Стреляй Хафф по всем рейверам без разбора и, как знать, не осуществились ли бы тогда его планы хоть наполовину? Убийца, однако, начал с главных обидчиков, некогда кинувших его с сексом. Действовал избирательно, а потому не столь скорострельно.
В ночь с 24 на 25 марта к Центру искусств г. Кэпитол-Холл подкатил старый пикап, из салона которого вышел высокий, крепкого сложенный мужчина, одетый в зеленую трикотажную рубашку, синие джинсы и черные ботинки армейского образца. Войдя в помещение Центра, гигант испугал, было, пару первых же попавшихся ему на встречу рейверов, подумавших, что к ним нагрянула полиция — уж больно облик Хаффа не вписывался в здешнюю стилистику. Однако, признав в пришельце странного взрослого парня, о котором в среде сиэтлских рейверов уже давно шла молва, тусовщики успокоились и продолжили народное гулянье.
«Зомби-рейв», несшийся из мощных усилителей, рвал барабанные перепонки. Повсюду реками лилась бутафорская кровь: то посетители вечеринки, играли роль убийц, вонзая бутафорские ножи в тела тусовщиков, изображавших «живых мертвецов», и протыкая спрятанные у них под одеждой пакеты с красной жидкостью. Девицы, чьи лица были размалеваны «кровью», прямо у подиума отдавались таким же, как они, разрисованным парням. Кто-то тут же глотал «колеса». Кто-то курил «травку». Кто-то, ничуть не стесняясь, сливался в однополом танце. Хафф не хотел пропустить такого представления.
Он, по позднейшим воспоминаниям уцелевших в бойне, не отказал себе в желании потанцевать со своими будущими жертвами. Попить с ними «скотча». Покурить «травы». И только утром, когда вечеринка стала потихоньку сходить на убыль, приступил, наконец, к осуществлению своего убойного плана. Выйдя на улицу, Эрон устремился к своему пикапу. Недолго полюбовавшись на содержимое багажника, извлек из него полуавтоматическую винтовку «Бушмастер» и винчестер модели«1300-Дефендер». Отказавшись от использования зачем-то прихваченной с собой бейсбольной биты, весь — с ног до головы — увешался патронами. Затем прихватил из бардачка машины баллончик с нитрокраской. Гигант, теперь напоминал Терминатора, нежели скромного разносчика пиццы, не устремился, однако, сразу вслед за этим на вечеринку, а принялся расписывать все окрестные дома одной и той же надписью: «Теперь!». И только сочтя эту работу выполненной, вернулся на «Шоу». Согласно воспоминаниям очевидцев бойни, возращение убийцы было воспринято рейверами с восторгом — в полном соответствии со «сценарием» Хайффа. Ребята попросту сочли, что мужик тоже участвует в их представлении, в качестве актера. С еще большим восторгом тусовщики встретили первый выстрел Хаффа, сразивший на повал 15-летнюю Сюзен Торн. Когда из развороченной груди жертвы на джинсы Эрона хлынул поток«бутафорской» крови, а сам убийца проорал:«Умри, шлюха, умри!», зал взорвался одобрительными воплями.
Грубо оттолкнув пластиковый стаканчик с виски, протянутый каким-то поклонником его «актерского мастерства», Хафф устремился к 32-летнему Джейсону Треверсу. И вновь рейверы, в наркотическом мороке путающие кино с реальностью, рукоплещут искусству обоих. Судя по всему, ни до кого даже не доходит, что у смазливого молодого человека попросту не может быть запасной головы: когда Хафф добивает лежащего на полу Джейсона выстрелом в лоб и тем самым разваливает тому череп, рейверы продолжают поддерживать игру актера своими возгласами. Эрон улыбается. Эрон польщен. Он наклоняется к убитому Треверсу и, ненадолго отложив в сторону ружья, буквально умывается кровью жертвы. Вот теперь его и впрямь не отличить от местных «живых мертвецов», не понимающих, что от реальной смерти их, возможно, отделяют минуты. «Здорово, старикан!» — радостно приветствует убийцу Кристофер Уильямсон, на глазах которого только что убили двух его друзей. И тут же, под аплодисменты публики и под очередной вопль Эрона:«Умри, шлюха, умри!», падает на пол, сраженный пулей Хаффа.
Ну а затем настает очередь и Шварца, и Мартина, и Мур. И только когда рейвер по кличке Гомик замечает, что дыра в горле 14-летней Мелиссы буквально дымится от порохового ожога, кто-то вдруг истошно вопит: «Нас всех мочат!». Тогда все бросаются врассыпную.
Хафф укладывает выстрелом в спину первого же случайного беглеца, кто-то посреди всеобщей паники пытается набрать на мобильнике «911», вот только скольких еще умертвит убийца, пока до места бойни доберется полиция?
«Шоу живых мертвецов» могло окончиться и еще кровавей, если бы не два обстоятельства. Стреляй Хафф по всем рейверам без разбора и, как знать, не осуществились ли бы тогда его планы хоть наполовину? Убийца, однако, начал с главных обидчиков, некогда кинувших его с сексом. Действовал избирательно, а потому не столь скорострельно.
Страница 3 из 4
