После смерти Пётра Первого, последовавшей в январе 1725 г., князья Долгорукие превратились в одну из наиболеё могущественных фамилий Российской Империи. Влияние членов этого многочисленного клана на политику определялось не только и не столько знатностью их рода и богатством, а гораздо в большей степени общей бедой всех монархий того времени — фаворитизмом.
Добавить в моё избранное
18 мин, 1 сек 9705
Глава рода — Василий Лукич Долгорукий — на многолетней своей дипломатической работе продемонстрировал незаурядные личные качества и по праву мог считаться одним из самых серьезных политиков того времени.
Достаточно сказать, что еще в 1688 г. он лично наблюдал в Лондоне события английской революции, затем в течение 13 лет возглавлял русское посольство при Людовике Четырнадцатом во Франции, после чего много работал в Варшаве. Благодаря его тайной дипломатии состоялся брак Анны Иоанновны, обеспечивший по сути, мирное присоединение к России герцогства Курляндского. В одной из дипломатических депеш того времени Василия Лукича назвали «самым учтивым и обходительным из русских». Именно этот «самый обходительный из русских» после воцарения Пётра Второго в 1727 г. уничтожил в одночасье могущество выскочки Меншикова, а самого«птенца Пётрова» отправил на вечное поселение в таежный Березов.
Но помимо мудрости Василия Лукича могущество рода Долгоруких имело и еще одну серьезную опору в лице самого молодого своего члена — Ивана Алексеёвича. Воспитывавшийся вместе с малолетним внуком Государя — Пётром Алексеёвичем (будущим Пётром Вторым), он пользовался безграничным доверием будущего Монарха и имел на него огромное влияние. Во многом влияние это было негативным: своей любовью к праздности, страстью к охоте, пьянством и распущенностью молодой Пётр был обязан в значительной степени именно Ивану Долгорукому.
Еще при Пётре Первом Долгорукие оказались втянуты в ряд отвратительных полууголовных историй, весьма наглядно продемонстрировавших как отсутствие личной порядочности у них самих, так и нравственно — этическую сторону всего тогдашнего государственного правления. Имеёт смысл остановиться на одной из таких историй, дабы пояснить сказанное.
При супруге Пётра Первого — Екатерине — в качестве камер — фрау состояла некая Анна Крамер. Как и сама Екатерина, она была жительницей Нарвы, которую увели русские в плен после взятия города. В плену она отчасти повторила путь супруги Государя: сначала Крамер стала любовницей Казанского губернатора, потом её подарили Пётру Первому, который приписал немку к свите своей любовницы Гамильтон, а уж после этого она перекочивала в штат Государыни. При дворе у Императрицы Крамер близко сошлась с другой пройдохой, некоей немкой Каро, проституткой из борделя в Гамбурге, привезенной в Петербург кем — то из дипломатов. После смерти родной сестры Государя Пётра Первого — Великой княжны Наталии — при осмотре фамильных драгоценностей была обнаружена огромная недостача бриллиантов, сапфиров, иных драгоценных камней, а также изделий из платины и золота. Воровать у сестры Государя — это то же самое, что воровать у самого Царя! Разгневанный Пётр Первый повелел провести тщательный розыск, который позволил выяснить обстоятельства пропажи драгоценностей.
Оказалось, что они были украдены у только что умершей Великой княжны… Анной Крамер и Каро! Разоблаченные воровки выдали всех тех, кто согласился купить у них драгоценности Дома Романовых. Одним из них оказался… Алексей Долгорукий, отец упомянутого выше Ивана. Алексей купил громадный золотой перстень с уникальным бриллиантом. Крамер и Каро отправились на каторгу и Алексей Григорьевич Долгорукий едва не повторил их путь, но дело в отношение его удалось замять. Долгорукий истово убеждал в том, что перстень был ему подарен Анной Крамер и о его происхождении он ничего не знал. Утверждение это весьма сомнительно, можно предположить, что не обошлось без взятки и заступничества Екатерины (известно множество случаев, когда супруга Пётра Первого вмешивалась в расследования тех или иных преступлений и прямо защищала разного рода негодяев. Делала она это не задаром — взятки Императрице достигали 30 тыс. рублей).
К клану Долгоруких, активно действовавшим в то время, принадлежали следующие две родовые ветви, связанные узами двоюродного родства: Алексей, Сергей и Иван Григорьевичи; Михаил и Василий Владимировичи. Упоминавшийся выше Василий Лукич и Алексей Григорьевич Долгорукие за помощь Пётру Второму в избавлении последнего от Александра Меншикова, были назначены в состав Верховного Совета. Этот, олигархический по сути своей орган государственного управления, сосредоточил в своих руках в конце 20 — х годов 18 — го столетия колоссальную власть.
Долгорукие упивались роскошью, превзойдя в тратах самого Государя. При помолвке Ивана Алексеёвича с Наталией Шереметьевой 14 декабря 1729 г. жених и невеста обменялись кольцами стоимостью в 12 тыс. и 6 тыс. рублей (Для сравнения: вся доходная часть годового бюджета России в те годы колебалась около величины 3,1-3,2 млн. рублей)! Своею спесью, высокомерием, мздоимством Долгорукие снискали ненависть как русских дворян, так и иностранцев, приехавших в Российскую Империю на службу.
Всё для Долгоруких пошло прахом, когда в ночь на 19 января 1730 г. умер от оспы так благоволивший им Пётр Второй.
Достаточно сказать, что еще в 1688 г. он лично наблюдал в Лондоне события английской революции, затем в течение 13 лет возглавлял русское посольство при Людовике Четырнадцатом во Франции, после чего много работал в Варшаве. Благодаря его тайной дипломатии состоялся брак Анны Иоанновны, обеспечивший по сути, мирное присоединение к России герцогства Курляндского. В одной из дипломатических депеш того времени Василия Лукича назвали «самым учтивым и обходительным из русских». Именно этот «самый обходительный из русских» после воцарения Пётра Второго в 1727 г. уничтожил в одночасье могущество выскочки Меншикова, а самого«птенца Пётрова» отправил на вечное поселение в таежный Березов.
Но помимо мудрости Василия Лукича могущество рода Долгоруких имело и еще одну серьезную опору в лице самого молодого своего члена — Ивана Алексеёвича. Воспитывавшийся вместе с малолетним внуком Государя — Пётром Алексеёвичем (будущим Пётром Вторым), он пользовался безграничным доверием будущего Монарха и имел на него огромное влияние. Во многом влияние это было негативным: своей любовью к праздности, страстью к охоте, пьянством и распущенностью молодой Пётр был обязан в значительной степени именно Ивану Долгорукому.
Еще при Пётре Первом Долгорукие оказались втянуты в ряд отвратительных полууголовных историй, весьма наглядно продемонстрировавших как отсутствие личной порядочности у них самих, так и нравственно — этическую сторону всего тогдашнего государственного правления. Имеёт смысл остановиться на одной из таких историй, дабы пояснить сказанное.
При супруге Пётра Первого — Екатерине — в качестве камер — фрау состояла некая Анна Крамер. Как и сама Екатерина, она была жительницей Нарвы, которую увели русские в плен после взятия города. В плену она отчасти повторила путь супруги Государя: сначала Крамер стала любовницей Казанского губернатора, потом её подарили Пётру Первому, который приписал немку к свите своей любовницы Гамильтон, а уж после этого она перекочивала в штат Государыни. При дворе у Императрицы Крамер близко сошлась с другой пройдохой, некоей немкой Каро, проституткой из борделя в Гамбурге, привезенной в Петербург кем — то из дипломатов. После смерти родной сестры Государя Пётра Первого — Великой княжны Наталии — при осмотре фамильных драгоценностей была обнаружена огромная недостача бриллиантов, сапфиров, иных драгоценных камней, а также изделий из платины и золота. Воровать у сестры Государя — это то же самое, что воровать у самого Царя! Разгневанный Пётр Первый повелел провести тщательный розыск, который позволил выяснить обстоятельства пропажи драгоценностей.
Оказалось, что они были украдены у только что умершей Великой княжны… Анной Крамер и Каро! Разоблаченные воровки выдали всех тех, кто согласился купить у них драгоценности Дома Романовых. Одним из них оказался… Алексей Долгорукий, отец упомянутого выше Ивана. Алексей купил громадный золотой перстень с уникальным бриллиантом. Крамер и Каро отправились на каторгу и Алексей Григорьевич Долгорукий едва не повторил их путь, но дело в отношение его удалось замять. Долгорукий истово убеждал в том, что перстень был ему подарен Анной Крамер и о его происхождении он ничего не знал. Утверждение это весьма сомнительно, можно предположить, что не обошлось без взятки и заступничества Екатерины (известно множество случаев, когда супруга Пётра Первого вмешивалась в расследования тех или иных преступлений и прямо защищала разного рода негодяев. Делала она это не задаром — взятки Императрице достигали 30 тыс. рублей).
К клану Долгоруких, активно действовавшим в то время, принадлежали следующие две родовые ветви, связанные узами двоюродного родства: Алексей, Сергей и Иван Григорьевичи; Михаил и Василий Владимировичи. Упоминавшийся выше Василий Лукич и Алексей Григорьевич Долгорукие за помощь Пётру Второму в избавлении последнего от Александра Меншикова, были назначены в состав Верховного Совета. Этот, олигархический по сути своей орган государственного управления, сосредоточил в своих руках в конце 20 — х годов 18 — го столетия колоссальную власть.
Долгорукие упивались роскошью, превзойдя в тратах самого Государя. При помолвке Ивана Алексеёвича с Наталией Шереметьевой 14 декабря 1729 г. жених и невеста обменялись кольцами стоимостью в 12 тыс. и 6 тыс. рублей (Для сравнения: вся доходная часть годового бюджета России в те годы колебалась около величины 3,1-3,2 млн. рублей)! Своею спесью, высокомерием, мздоимством Долгорукие снискали ненависть как русских дворян, так и иностранцев, приехавших в Российскую Империю на службу.
Всё для Долгоруких пошло прахом, когда в ночь на 19 января 1730 г. умер от оспы так благоволивший им Пётр Второй.
Страница 1 из 6
