Последний месяц весны 1924 г. в городе Ганновере, столице Саксонии, ознаменовался мрачными открытиями: 17 мая двое детей вытащили из реки Ляйне возле замка «Херренхаузен» человеческий череп, а 29 мая еще один череп волны вынесли прямо к ногам сидевших у реки людей.
Добавить в моё избранное
30 мин, 17 сек 859
С этого момента «сладкая парочка» превратилась в смертельный дуэт: Гранс выходил на«дело» вместе с Хаартманном, выбирал жертву, которую последний под видом«полицейского в штатском» «арестовывал», после чего сопровождал «арестанта» до квартиры в доме N8 по Нейештарссе. Там происходила расправа над жертвой, которую Гранс перед убийством обычно насиловал. Надо сказать, что сам Ханс Гранс людей не убивал и Хаартманн никогда не утверждал, будто любовник каким-то образом участвовал в процессе умерщвления, но при этом Гранс с удовольствием«развлекался» с обреченными на смерть людьми.
Если для Хаартманна главным критерием выбора жертвы являлся ее добротный костюм (шедший после убийства на продажу), то Гранс подискивал жертвы по принципу их сексуальной привлекательности. Из-за несовпадения пристрастий подельники несколько раз ссорились; Хаартманн обижался на Гранса, заставлявшего его убивать людей, на которых, очевидно, нельзя было заработать. Основной пик активности убийц пришелся на последние пять месяцев, когда от рук преступников погибли не менее 15 человек. Возраст погибших колебался в пределах от 13 до 23 лет. Последней установленной жертвой Хаартманна явился Эрих Вриз, который был убит 14 июня 1924 г., т. е. в то время, когда уже весь Ганновер жил слухами о загадочном «Вампире». Даже всеобщая настороженность окружающих не мешала криминальному дуэту отыскивать новые жертвы.
Напомним, Хаартманн был задержан 23 июня 1924 г. Его интенсивные допросы длились до 30 июня, когда он дал первые признательные показания. В ходе проверки, сказанное убийцей нашло подтверждение и 8 июля был выписан ордер на его арест. Более месяца Хаартманн и Гранс оставались в тюрьме, рассказывая о своих преступлениях и участвуя в следственных экспериментах, а 16 августа для проведения психолого-психиатрической экспертизы их перевезли в Геттинген. Специалисты местного университета должны были обследовать преступников с целью проверки их вменяемости. Заключение подготовил и представил в суде доктор Эрнст Шульце.
Сам Хаартманн утверждал, что он психически здоровый человек и не пытался превратить психолого-психиатрическую экспертизу в инструмент спасения собственной жизни. И в клинике, и на суде он неоднократно повторял: «Верьте мне, я абсолютно нормален!»
Эксперты ему верили. Хаарманн действительно не был психически больным человеком, поскольку в полной мере контролировал свои психические и эмоциональные реакции. Он был безусловным девиантом (человеком с отклонениями), но его девиации касались поведенческих навыков и в значительной степени определялись дурным воспитанием. Фриц Хаарманн является классическим примером социопата; он презирал созидательный труд как источник заработка, был человеком циничным, безжалостным в отношении всех, находящихся в зависимом от него положении, но при этом доброжелательным и угодливым с теми, от кого зависел сам. В то время, когда доктор Шульце готовил свое заключение термина «социопат» еще не сущестовало, поэтому эксперт в своем заключении использовал выражение«патологическая индивидуальность», по смыслу весьма близкое современному социопату.
По мнению психиатра, Хаарманн полностью отдавал себе отчет в чудовищности собственных преступлений и в момент их совершения действовал осмысленно и очень четко. То, что он целую неделю выдерживал интенсивный допрос, с очевидностью доказывает наличие у него развитого чувства самоконтроля и недюжинное самообладание.
Хотя Хаарманн утверждал, что никогда не насиловал тех, кого убивал, он признался, что выбирал свои жертвы исходя из соображений их сексуальной привлекательности. Он оценивал одежду молодых людей, кожу, запах и если что-то его не устраивало он не совершал нападения. Хаарманн рассказал психиатру, что одна из его потенциальных жертв (некий Германн Вольф) осталась жива только потому, что убийца за секунду до нападения склонившийся к нему, почувствовал неприятный запах. Это моментально лишило предстоящее убийство в глазах Хаарманна всякой привлекательности и он отказался от нападения. Ничего не подозревавший молодой человек был накормлен убийцей и спокойно ушел из его дома так и не узнав, какой опасности подвергался.
Тот факт, что убийца при выборе однополой жертвы руководствовался ее привлекательностью, неоспоримо доказывает, что мотивом всех преступлений Хаарманна являлась именно его гомосексуальность, а отнюдь не меркантильные соображения (в чем преступник пытался убедить как следователей, так и психиатров).
Убийца убеждал — и эксперты в этом с ним согласились — что никогда не ел мясо своих жертв и не пил их крови. Хаарманн категорически настаивал на том, что прозвище «вампир» присвоено ему незаслуженно. Каннибализм является указанием на наличие у человека глубокой психической болезни; каннибализм можно по праву назвать самой редкой девиацией современного человека, до такой степени жесткое табу нынешняя цивилизация наложила на поедание себе подобных.
Если для Хаартманна главным критерием выбора жертвы являлся ее добротный костюм (шедший после убийства на продажу), то Гранс подискивал жертвы по принципу их сексуальной привлекательности. Из-за несовпадения пристрастий подельники несколько раз ссорились; Хаартманн обижался на Гранса, заставлявшего его убивать людей, на которых, очевидно, нельзя было заработать. Основной пик активности убийц пришелся на последние пять месяцев, когда от рук преступников погибли не менее 15 человек. Возраст погибших колебался в пределах от 13 до 23 лет. Последней установленной жертвой Хаартманна явился Эрих Вриз, который был убит 14 июня 1924 г., т. е. в то время, когда уже весь Ганновер жил слухами о загадочном «Вампире». Даже всеобщая настороженность окружающих не мешала криминальному дуэту отыскивать новые жертвы.
Напомним, Хаартманн был задержан 23 июня 1924 г. Его интенсивные допросы длились до 30 июня, когда он дал первые признательные показания. В ходе проверки, сказанное убийцей нашло подтверждение и 8 июля был выписан ордер на его арест. Более месяца Хаартманн и Гранс оставались в тюрьме, рассказывая о своих преступлениях и участвуя в следственных экспериментах, а 16 августа для проведения психолого-психиатрической экспертизы их перевезли в Геттинген. Специалисты местного университета должны были обследовать преступников с целью проверки их вменяемости. Заключение подготовил и представил в суде доктор Эрнст Шульце.
Сам Хаартманн утверждал, что он психически здоровый человек и не пытался превратить психолого-психиатрическую экспертизу в инструмент спасения собственной жизни. И в клинике, и на суде он неоднократно повторял: «Верьте мне, я абсолютно нормален!»
Эксперты ему верили. Хаарманн действительно не был психически больным человеком, поскольку в полной мере контролировал свои психические и эмоциональные реакции. Он был безусловным девиантом (человеком с отклонениями), но его девиации касались поведенческих навыков и в значительной степени определялись дурным воспитанием. Фриц Хаарманн является классическим примером социопата; он презирал созидательный труд как источник заработка, был человеком циничным, безжалостным в отношении всех, находящихся в зависимом от него положении, но при этом доброжелательным и угодливым с теми, от кого зависел сам. В то время, когда доктор Шульце готовил свое заключение термина «социопат» еще не сущестовало, поэтому эксперт в своем заключении использовал выражение«патологическая индивидуальность», по смыслу весьма близкое современному социопату.
По мнению психиатра, Хаарманн полностью отдавал себе отчет в чудовищности собственных преступлений и в момент их совершения действовал осмысленно и очень четко. То, что он целую неделю выдерживал интенсивный допрос, с очевидностью доказывает наличие у него развитого чувства самоконтроля и недюжинное самообладание.
Хотя Хаарманн утверждал, что никогда не насиловал тех, кого убивал, он признался, что выбирал свои жертвы исходя из соображений их сексуальной привлекательности. Он оценивал одежду молодых людей, кожу, запах и если что-то его не устраивало он не совершал нападения. Хаарманн рассказал психиатру, что одна из его потенциальных жертв (некий Германн Вольф) осталась жива только потому, что убийца за секунду до нападения склонившийся к нему, почувствовал неприятный запах. Это моментально лишило предстоящее убийство в глазах Хаарманна всякой привлекательности и он отказался от нападения. Ничего не подозревавший молодой человек был накормлен убийцей и спокойно ушел из его дома так и не узнав, какой опасности подвергался.
Тот факт, что убийца при выборе однополой жертвы руководствовался ее привлекательностью, неоспоримо доказывает, что мотивом всех преступлений Хаарманна являлась именно его гомосексуальность, а отнюдь не меркантильные соображения (в чем преступник пытался убедить как следователей, так и психиатров).
Убийца убеждал — и эксперты в этом с ним согласились — что никогда не ел мясо своих жертв и не пил их крови. Хаарманн категорически настаивал на том, что прозвище «вампир» присвоено ему незаслуженно. Каннибализм является указанием на наличие у человека глубокой психической болезни; каннибализм можно по праву назвать самой редкой девиацией современного человека, до такой степени жесткое табу нынешняя цивилизация наложила на поедание себе подобных.
Страница 6 из 9
