Многие сложные уголовные расследования начинаются буднично и почти незаметно — случайно появляется какая-то информация, не очень достоверная и надёжная, проводится проверка, порой даже без особого рвения и надежды на успех, а потом словно прорывается плотина и с разных сторон начинают приходить всё более шокирующие новости. К такому развитию событий подготовиться нельзя — это всегда неожиданность.
Добавить в моё избранное
157 мин, 7 сек 11551
правоохранительным органам Южной Австралии ничего не было известно. Тела (точнее, торсы тел) Гардинера и Лэйна были помещены в одну бочку, при этом нога Гардинера, очевидно, препятствовавшая закрытию крышки, была грубо отделена с использованием бензопилы. Именно эту бочку констебль Дрейд и открыл первой… Поскольку Гардинер и Лэйн исчезли раньше остальных, следователи посчитали, что именно с августа 1997 г. Бантин и его компаньоны стали использовать пластиковые бочки для сокрытия останков убитых ими людей. Таким образом, соответствующее утверждение Джеймса Влассакиса было признано достоверным.
Список идентифицированных жертв подталкивал к определённым выводам, не очень-то утешительным. Во-первых, обращало на себя внимание присутствие в нём людей, которые не считались пропавшими без вести и не разыскивались правоохранительными органами Австралии. А во-вторых, самые ранние из найденных жертв, исчезли во второй половине 1997 г., между тем, с действиями Бантина и его дружков связывались гораздо более ранние исчезновения людей. Где же искать недостающие тела? Сам собой вставал и третий вопрос, требовавший неотложного ответа: а чьи же это останки полицейские выкопали во дворе дома №203 по Ватерлоо-корнер-роад в Сэйлисбари-Норт?
С июня 1999 г. началось кропотливое, растянувшееся на годы, исследование преступного пути Джона Бантина и его группы добровольных помощников. Исследование это привело к любопытным и в высшей степени неожиданным открытиям, заставив всех, причастных к расследованию, не раз поразиться невероятным хитросплетениям судьбы. После того, как Влассакис стал давать изобличающие подельников показания, Вагнер и Хэйдон сообразили, что их линия солидарной защиты сокрушена и они в любом случае будут осуждены, а потому главная задача их последующих действий сводится к тому, чтобы выторговать у правосудия? Другими словами, доказывать собственную невиновность более не имело смысла, основная проблема заключалась в том, насколько успешным окажется торг с правоохранительной системой. Бантин же, как наиболее виновный из всех, довольно опрометчиво выбрал путь полного отрицания всех улик, фактов и логических доводов. Как увидим из дальнейшего, это упорство, достойное куда лучшего применения, мало ему помогло.
Итак, Вагнер и Хэйдон начали понемногу говорить, сначала фрагментарно, уклончиво, сообщая лишь те кусочки информации, что могли выставить их в положительном свете. В дальнейшем их показания становились всё более полными и развёрнутыми, подельники стали опровергать и поправлять друг друга. Но главным источником информации о преступлениях остался, всё-таки, Спайридон Влассакис и чтобы дать представление о том, сколько же он «наговорил», можно привести такую деталь: в период с 24 июля 2001 г. по 28 сентября 2001 г. он дал официальные показания, предназначенные для использования обвинением в предстоящих судебных процессах. Общий объём текста составил более 2 тыс. страниц, почти 4 млн. знаков! А ведь помимо Влассакиса показания давали и его подельники…
Из этих кусочков постепенно стала складываться всё более полная картина той фантасмагорической реальности, в которой несколько лет существовала эта необычная банда серийных убийц.
Первой установленной жертвой Джона Бантина явился Клинтон Дуглас Тризайс (Clinton Trezise), убитый в августе 1992 г. Точную дату совершения преступления установить не удалось. После того, как об аресте «группы Бантина» стало известно всей Австралии, со следственной группой связалось довольно много людей, лично знакомых с обвиняемыми. Среди таких свидетелей оказалась и Раэлин Браун (Raelene Brown), познакомившаяся с Бантиным в августе или сентябре 1993 г. Раэлин утверждала, что ко времени их знакомства Джон Бантин уже был одержим«борьбой с гомосексуалистами и педофилами» и мог разглагольствовать на эту тему часами. Фамилия Тризайс упоминалась Бантиным тогда постоянно. Джон рассказывал Раэлин, будто Тризайс был гомосексуалистом, хотя и признавался, что не знает точно, совершал ли Тризайс сексуальные преступления в отношении детей. Помимо гомосексуальности, Тризайс имел ещё один грех, который Бантин не мог ему простить. Клинтон имел задержку в развитии, попросту говоря, был дебилом. Он ходил по улицам в широких штанах«на лямках» или с подтяжками и вид этих широких штанов лишал Бантина последних остатков спокойствия. Он презрительно называл Тризайса«Счастливые штаны» («Happy Pants»), намекая на его клоунский вид. Широкие штаны на помочах, слабоумие и гомосексуальность являлись достаточными основаниями для того, чтобы Бантин заявлял всем своим приятелям и подругам, что Тризайс не имеет права жить.
Раэлин Браун утверждала, что никаких подробностей этого убийства она от Бантина не слышала и вообще из слов последнего невозможно было понять убит ли Тризайс на самом деле, или он всего лишь заслуживает смерти (теоретически так сказать). О судьбе молодого человека — а на момент исчезновения в августе 1992 г.
Список идентифицированных жертв подталкивал к определённым выводам, не очень-то утешительным. Во-первых, обращало на себя внимание присутствие в нём людей, которые не считались пропавшими без вести и не разыскивались правоохранительными органами Австралии. А во-вторых, самые ранние из найденных жертв, исчезли во второй половине 1997 г., между тем, с действиями Бантина и его дружков связывались гораздо более ранние исчезновения людей. Где же искать недостающие тела? Сам собой вставал и третий вопрос, требовавший неотложного ответа: а чьи же это останки полицейские выкопали во дворе дома №203 по Ватерлоо-корнер-роад в Сэйлисбари-Норт?
С июня 1999 г. началось кропотливое, растянувшееся на годы, исследование преступного пути Джона Бантина и его группы добровольных помощников. Исследование это привело к любопытным и в высшей степени неожиданным открытиям, заставив всех, причастных к расследованию, не раз поразиться невероятным хитросплетениям судьбы. После того, как Влассакис стал давать изобличающие подельников показания, Вагнер и Хэйдон сообразили, что их линия солидарной защиты сокрушена и они в любом случае будут осуждены, а потому главная задача их последующих действий сводится к тому, чтобы выторговать у правосудия? Другими словами, доказывать собственную невиновность более не имело смысла, основная проблема заключалась в том, насколько успешным окажется торг с правоохранительной системой. Бантин же, как наиболее виновный из всех, довольно опрометчиво выбрал путь полного отрицания всех улик, фактов и логических доводов. Как увидим из дальнейшего, это упорство, достойное куда лучшего применения, мало ему помогло.
Итак, Вагнер и Хэйдон начали понемногу говорить, сначала фрагментарно, уклончиво, сообщая лишь те кусочки информации, что могли выставить их в положительном свете. В дальнейшем их показания становились всё более полными и развёрнутыми, подельники стали опровергать и поправлять друг друга. Но главным источником информации о преступлениях остался, всё-таки, Спайридон Влассакис и чтобы дать представление о том, сколько же он «наговорил», можно привести такую деталь: в период с 24 июля 2001 г. по 28 сентября 2001 г. он дал официальные показания, предназначенные для использования обвинением в предстоящих судебных процессах. Общий объём текста составил более 2 тыс. страниц, почти 4 млн. знаков! А ведь помимо Влассакиса показания давали и его подельники…
Из этих кусочков постепенно стала складываться всё более полная картина той фантасмагорической реальности, в которой несколько лет существовала эта необычная банда серийных убийц.
Первой установленной жертвой Джона Бантина явился Клинтон Дуглас Тризайс (Clinton Trezise), убитый в августе 1992 г. Точную дату совершения преступления установить не удалось. После того, как об аресте «группы Бантина» стало известно всей Австралии, со следственной группой связалось довольно много людей, лично знакомых с обвиняемыми. Среди таких свидетелей оказалась и Раэлин Браун (Raelene Brown), познакомившаяся с Бантиным в августе или сентябре 1993 г. Раэлин утверждала, что ко времени их знакомства Джон Бантин уже был одержим«борьбой с гомосексуалистами и педофилами» и мог разглагольствовать на эту тему часами. Фамилия Тризайс упоминалась Бантиным тогда постоянно. Джон рассказывал Раэлин, будто Тризайс был гомосексуалистом, хотя и признавался, что не знает точно, совершал ли Тризайс сексуальные преступления в отношении детей. Помимо гомосексуальности, Тризайс имел ещё один грех, который Бантин не мог ему простить. Клинтон имел задержку в развитии, попросту говоря, был дебилом. Он ходил по улицам в широких штанах«на лямках» или с подтяжками и вид этих широких штанов лишал Бантина последних остатков спокойствия. Он презрительно называл Тризайса«Счастливые штаны» («Happy Pants»), намекая на его клоунский вид. Широкие штаны на помочах, слабоумие и гомосексуальность являлись достаточными основаниями для того, чтобы Бантин заявлял всем своим приятелям и подругам, что Тризайс не имеет права жить.
Раэлин Браун утверждала, что никаких подробностей этого убийства она от Бантина не слышала и вообще из слов последнего невозможно было понять убит ли Тризайс на самом деле, или он всего лишь заслуживает смерти (теоретически так сказать). О судьбе молодого человека — а на момент исчезновения в августе 1992 г.
Страница 16 из 45
