Многие сложные уголовные расследования начинаются буднично и почти незаметно — случайно появляется какая-то информация, не очень достоверная и надёжная, проводится проверка, порой даже без особого рвения и надежды на успех, а потом словно прорывается плотина и с разных сторон начинают приходить всё более шокирующие новости. К такому развитию событий подготовиться нельзя — это всегда неожиданность.
Добавить в моё избранное
157 мин, 7 сек 11576
Получив необходимые ответы, Бантин включил ноутбук, который привёз с собой Джонсон, и потребовал, чтобы пленник повторил под запись несколько фраз, которые впоследствии преступники намеревались использовать для создания нужного им сообщения автоответчика в телефоне жертвы. Т.е. убийцы остались верны способу запутывания следов, выработанному в ходе прежних нападений. Джонсон повторил те фразы, что проговаривал Бантин — все они были записаны на жесткий диск ноутбука. Добившись желаемого, Бантин снял с ноги Джонсона носок, засунул ему в рот и заклеил губы клейкой лентой — этот приём он уже проделывал в ходе предыдущих нападений и в точности повторил теперь. Впоследствии кусок клейкой ленты с прилипшими волосами Дэвида Джонсона был найден криминалистами при обследовании помещения банка в Сноутауне.
После этого Вагнер и Влассакис с банковской картой Джонсона направились в небольшой город Порт-Уэйкфилд (Port Wakefield), где попытались снять со счёта жертвы деньги. Там их ожидал неприятный сюрприз — оказалось, что Джонсон сообщил неверный pin-код. Разъярённый Вагнер немедленно позвонил на сотовый телефон Бантина и сообщил об этом неприятном открытии. Бантин пообещал «решить проблему» и приказал подельникам возвращаться обратно. Оперативники SAPOL не подтверждали перехват такого разговора вечером 9 мая. Оно и понятно, ведь если признать такое, то бездействие полиции в последующие дни выглядит совсем уж возмутительно!
К тому моменту, когда Вагнер и Влассакис вернулись в Сноутаун, Дэвид Джонсон был уже мёртв. Спайридон признался, что видел труп с затянутой на шее петлёй, сделанной из брючного ремня Джонсона. Бантин рассказал вернувшимся, будто Дэвид сумел раскрыть наручники и схватился за острый строительный нож (с тонким и очень острым выдвижным лезвием) и Бантину пришлось его задушить, чтобы не погибнуть самому. Тем не менее, Бантин не без самодовольства заявил, что ему удалось-таки выбить из пленника правильный pin-код банковской карты (и это оказалось правдой — через 10 дней Влассакис «обнулил» счёт. Именно на эти деньги была куплена соляная кислота, использованная для растворения трупов…
Вагнер и Влассакис взяли на себя труд по избавлению от трупа. Они перенесли тело Джонсона в хранилище и там осуществлили его расчленение. Чтобы избежать попадания крови на одежду, они облачились в защитные костюмы и резиновые перчатки, заблаговременно приобретенные и доставленные в здание. Влассакис одел костюм из белого полиэтилена, а Вагнер — желтый комбинезон из грубой холстины, точно такой, каким пользуются пожарные.
Спайридон Влассакис впервые участвовал в расчленении человеческого тела и хотя он старался не подавать вида, ему вскоре стало дурно. Не в силах преодолеть слабость, он примерно в 22:30 вышел из помещения хранилища и к своему удивлению увидел в помещении банка Фримена, того самого фермера, которому Бантин звонил несколькими часами ранее. Фримен сидел перед включенным ноутбуком Джонсона, а рядом с ним расположился Бантин. Как оказалось, последний агитировал Фримена купить компьютер. Фримен пообещал подумать и вскоре уехал. Все трое убийц — Бантин, Вагнер и Влассакис — около полуночи приехали к нему в дом и приняли там душ. Влассакис управлял «ниссаном» Дэвида Джонсона, остальные сидели в машине Вагнера. Помимо ноутбука Бантин предложил Фримену и 9-летний«ниссан», попросив за машину всего 2 тыс. австралийских долларов. Фермеру автомобиль понравился, но денег он в тот момент не имел, так что сделка не состоялась. Все трое уехали из дома Фримена примерно в час ночи 10 мая. Фримен во время следствия и суда полностью подтвердил эту часть показаний обвиняемых.
В течение суток преступники подготовили аудиофайл, составленный из фраз и слов, произнесённых Джонсоном под диктовку Бантина, и решили проверить насколько достоверен полученный продукт. Для этого они позвонили с сотового телефона убитого молодого человека его знакомой Тони Фримен и едва та ответила на вызов, включили запись. В ней содержались высказывания, оскорбительные для Тони и Бантину было интересно понаблюдать, как женщина отреагирует на услышанное. Первый блин, однако, вышел комом — Тони не поняла, что слышит голос Джонсона и решила, что ей позвонил какой-то хулиган. Она попросту бросила трубку, не вступив в разговор. Тогда Бантин несколько изменил настройки воспроизведения и повторил попытку. Однако, и на этот раз свою задумку Бантин не смог реализовать так, как хотел. Тони буквально через минуту перезвонила на сотовый телефон Влассакиса, который находился рядом с Бантином, и взахлёб принялась рассказывать о том, что ей кто-то пытается по телефону прокрутить грубо смонтированную аудиозапись с голосом Дэвида Джонсона. Встревоженная женщина спрашивала у Спайридона, давно ли он встречался с Джонсоном и всё ли у него в порядке? Влассакис попытался успокоить Тони Фримен, но преступникам стало ясно, что затея с аудиозаписью не удалась, более того, они возбудили лишние подозрения сами того не желая.
После этого Вагнер и Влассакис с банковской картой Джонсона направились в небольшой город Порт-Уэйкфилд (Port Wakefield), где попытались снять со счёта жертвы деньги. Там их ожидал неприятный сюрприз — оказалось, что Джонсон сообщил неверный pin-код. Разъярённый Вагнер немедленно позвонил на сотовый телефон Бантина и сообщил об этом неприятном открытии. Бантин пообещал «решить проблему» и приказал подельникам возвращаться обратно. Оперативники SAPOL не подтверждали перехват такого разговора вечером 9 мая. Оно и понятно, ведь если признать такое, то бездействие полиции в последующие дни выглядит совсем уж возмутительно!
К тому моменту, когда Вагнер и Влассакис вернулись в Сноутаун, Дэвид Джонсон был уже мёртв. Спайридон признался, что видел труп с затянутой на шее петлёй, сделанной из брючного ремня Джонсона. Бантин рассказал вернувшимся, будто Дэвид сумел раскрыть наручники и схватился за острый строительный нож (с тонким и очень острым выдвижным лезвием) и Бантину пришлось его задушить, чтобы не погибнуть самому. Тем не менее, Бантин не без самодовольства заявил, что ему удалось-таки выбить из пленника правильный pin-код банковской карты (и это оказалось правдой — через 10 дней Влассакис «обнулил» счёт. Именно на эти деньги была куплена соляная кислота, использованная для растворения трупов…
Вагнер и Влассакис взяли на себя труд по избавлению от трупа. Они перенесли тело Джонсона в хранилище и там осуществлили его расчленение. Чтобы избежать попадания крови на одежду, они облачились в защитные костюмы и резиновые перчатки, заблаговременно приобретенные и доставленные в здание. Влассакис одел костюм из белого полиэтилена, а Вагнер — желтый комбинезон из грубой холстины, точно такой, каким пользуются пожарные.
Спайридон Влассакис впервые участвовал в расчленении человеческого тела и хотя он старался не подавать вида, ему вскоре стало дурно. Не в силах преодолеть слабость, он примерно в 22:30 вышел из помещения хранилища и к своему удивлению увидел в помещении банка Фримена, того самого фермера, которому Бантин звонил несколькими часами ранее. Фримен сидел перед включенным ноутбуком Джонсона, а рядом с ним расположился Бантин. Как оказалось, последний агитировал Фримена купить компьютер. Фримен пообещал подумать и вскоре уехал. Все трое убийц — Бантин, Вагнер и Влассакис — около полуночи приехали к нему в дом и приняли там душ. Влассакис управлял «ниссаном» Дэвида Джонсона, остальные сидели в машине Вагнера. Помимо ноутбука Бантин предложил Фримену и 9-летний«ниссан», попросив за машину всего 2 тыс. австралийских долларов. Фермеру автомобиль понравился, но денег он в тот момент не имел, так что сделка не состоялась. Все трое уехали из дома Фримена примерно в час ночи 10 мая. Фримен во время следствия и суда полностью подтвердил эту часть показаний обвиняемых.
В течение суток преступники подготовили аудиофайл, составленный из фраз и слов, произнесённых Джонсоном под диктовку Бантина, и решили проверить насколько достоверен полученный продукт. Для этого они позвонили с сотового телефона убитого молодого человека его знакомой Тони Фримен и едва та ответила на вызов, включили запись. В ней содержались высказывания, оскорбительные для Тони и Бантину было интересно понаблюдать, как женщина отреагирует на услышанное. Первый блин, однако, вышел комом — Тони не поняла, что слышит голос Джонсона и решила, что ей позвонил какой-то хулиган. Она попросту бросила трубку, не вступив в разговор. Тогда Бантин несколько изменил настройки воспроизведения и повторил попытку. Однако, и на этот раз свою задумку Бантин не смог реализовать так, как хотел. Тони буквально через минуту перезвонила на сотовый телефон Влассакиса, который находился рядом с Бантином, и взахлёб принялась рассказывать о том, что ей кто-то пытается по телефону прокрутить грубо смонтированную аудиозапись с голосом Дэвида Джонсона. Встревоженная женщина спрашивала у Спайридона, давно ли он встречался с Джонсоном и всё ли у него в порядке? Влассакис попытался успокоить Тони Фримен, но преступникам стало ясно, что затея с аудиозаписью не удалась, более того, они возбудили лишние подозрения сами того не желая.
Страница 38 из 45
