Многие сложные уголовные расследования начинаются буднично и почти незаметно — случайно появляется какая-то информация, не очень достоверная и надёжная, проводится проверка, порой даже без особого рвения и надежды на успех, а потом словно прорывается плотина и с разных сторон начинают приходить всё более шокирующие новости. К такому развитию событий подготовиться нельзя — это всегда неожиданность.
Добавить в моё избранное
157 мин, 7 сек 11578
Важной частью расследования явилась не только хронологическая и фактическая реконструкция всех убийств, но и изучение весьма специфических постмортальных манипуляций, присущих преступникам (в т. ч. и перемещения бочек с телами жертв). Дело в том, что сохранение тел убитых в бочках и их перевозка с места на место чрезвычайно нерациональна и невыгодна с практической точки зрения. Строго говоря, именно наличие трупов в здании бывшего банковского хранилища и обусловило разоблачение преступников. Если бы расчленные тела не были найдены, прокуратура могла бы обвинить Бантина и «его команду» лишь в мошенничествах с получением социальных выплат. Не будет ошибкой сказать, что преступников погубила совершенно немыслимая и во всех отношениях глупая привязанность к трупам убитых ими людей.
Как достоверно установили сотрудники оперативно-следственной группы, впервые бочку для сокрытия трупа Бантин использовал после убийства Лэйна во второй половине октября 1997 г. Бантин тогда жил с Элизабет Харви в доме №3 по Бардекин-авеню в Мюррей-бридж. Тело Гардинера, убитого месяцем ранее, находилось в сарае на заднем дворе, завёрнутое в большие мусорные пакеты. Бантин, поместив труп Лэйна в бочку, остался чрезвычайно доволен своей находчивостью. Он решил разместить в той же самой бочке и труп Гардинера, но оказалось, что два человеческих тела в одной 200-литровой бочке спрятать нельзя — недостаточно места. Тогда Бантин отрезал ногу от трупа Гардинера и положил её во вторую бочку. После убийства Гэвина Портера в апреле 1998 г. появилась третья бочка, которая оказалась размером меньше предшественниц. Бочки хранились в сарае и несмотря на то, что имели завинчивающиеся крышки, не могли предотвратить распространение сильного запаха гниения. В сентябре 1998 г. Бантин и Элизабет Харви переехали в дом №26 по Бардекин-авеню всё в том же Мюррей-бридж и перед Бантином встал вопрос о дальнейшей судьбе пластиковых бочек из сарая.
Преступники решили отправить этот груз в дом к Марку Хэйдону. Точнее в его гараж, расположенный позади дома неподалёку от того самого сарая, в котором к тому времени уже обосновались Джоди Эллиот и её сынок Фредерик Брукс (да-да, это именно тот Брукс, который в скором времени сам отправился в аналогичную бочку). Может показаться удивительным, но преступники даже не потрудились засыпать яму, в которой находились бочки. Когда в июне 1999 г. по этому адресу пришли криминалисты «Диаграммы», они обнаружили на грунте чёткие следы, оставленные днищами двух бочек. Рядом находилось нечто, похожее на высохшую лужу. Последующая криминалистическая экспертиза показала, что грунт в этом месте пропитан человеческой кровью — там либо лежал труп, либо преступники просто выплеснули на дно ямы кровь из пакета или бочки.
Итак, три бочки с трупами были доставлены в дом Хэйдона тогда, когда там жил Фредерик Брукс. Затем преступники убили и его… бочек стало четыре. По иронии судьбы, Джоди Эллиот вплоть до разоблачения преступной группы считала, будто её сын прячется где-то за многие километры, в то время как его труп почти пять месяцев находился буквально в десяти метрах от её спальни.
Даже от закрытых бочек исходил сильный и неприятный запах, поэтому сотрудники следственной группы испытывали сильные сомнения относительно того, что окружающие не догадывались о содержимом этой тары. Не менее трёх человек — Элизабет Харви, Элизабет Хэйдон и Джоди Эллиот — должны были понимать с чем же именно они столкнулись. Эти люди не могли не видеть бочки и трудно поверить в то, что они ни разу не поинтересовались их содержимым. Если Элизабет и Джоди были осведомлены о хранящихся в бочках трупах, то неизбежно вставал вопрос об их соучастии в преступлениях посредством недонесения (и это как минимум… Хотя Марк Харви и Джоди Эллиот утверждали, что ничего не знали и ни о чём не догадывались, каждый способен сам сделать вывод о достоверности такого рода утверждений.
Как рассказал Спайридон Влассакис, одной из причин, сподвигнувших Бантина «разобраться» с Элизабет Хэйдон самым радикальным образом, являлась та, что женщина начала добиваться от мужа перевозки бочек из гаража. Марк тянул с решением этой проблемы, а Элизабет прямо-таки доходила до белого каления из-за его неспособности решительно поговорить с Бантином. В конечном итоге чрезмерная настойчивость Элизабет привелка к тому, что её саму поместили в одну из бочек. Убедившись в том, что полиция всерьёз взялась за розыск пропавшей женщины, Джон Бантин струхнул и понял, что бочки действительно нужно куда-то увозить и желательно подальше от районов плотной жилой застройки.
Тут-то он и вспомнил о супругах Фримен, упоминавшихся уже в этом очерке. Пара эта владела фермой с загоном для овец в местечке под названием Хойлетон (Hoyleton). По мнению Бантина овечий запах мог служить отличной маскировкой для бочек с трупами. Загрузив бочки в зелёный внедорожник, принадлежавший убитой Элизабет Хэйдон, и закрыв их одеялами, преступники пригнали машину на участок Фрименов и попросили их подержать её у себя.
Как достоверно установили сотрудники оперативно-следственной группы, впервые бочку для сокрытия трупа Бантин использовал после убийства Лэйна во второй половине октября 1997 г. Бантин тогда жил с Элизабет Харви в доме №3 по Бардекин-авеню в Мюррей-бридж. Тело Гардинера, убитого месяцем ранее, находилось в сарае на заднем дворе, завёрнутое в большие мусорные пакеты. Бантин, поместив труп Лэйна в бочку, остался чрезвычайно доволен своей находчивостью. Он решил разместить в той же самой бочке и труп Гардинера, но оказалось, что два человеческих тела в одной 200-литровой бочке спрятать нельзя — недостаточно места. Тогда Бантин отрезал ногу от трупа Гардинера и положил её во вторую бочку. После убийства Гэвина Портера в апреле 1998 г. появилась третья бочка, которая оказалась размером меньше предшественниц. Бочки хранились в сарае и несмотря на то, что имели завинчивающиеся крышки, не могли предотвратить распространение сильного запаха гниения. В сентябре 1998 г. Бантин и Элизабет Харви переехали в дом №26 по Бардекин-авеню всё в том же Мюррей-бридж и перед Бантином встал вопрос о дальнейшей судьбе пластиковых бочек из сарая.
Преступники решили отправить этот груз в дом к Марку Хэйдону. Точнее в его гараж, расположенный позади дома неподалёку от того самого сарая, в котором к тому времени уже обосновались Джоди Эллиот и её сынок Фредерик Брукс (да-да, это именно тот Брукс, который в скором времени сам отправился в аналогичную бочку). Может показаться удивительным, но преступники даже не потрудились засыпать яму, в которой находились бочки. Когда в июне 1999 г. по этому адресу пришли криминалисты «Диаграммы», они обнаружили на грунте чёткие следы, оставленные днищами двух бочек. Рядом находилось нечто, похожее на высохшую лужу. Последующая криминалистическая экспертиза показала, что грунт в этом месте пропитан человеческой кровью — там либо лежал труп, либо преступники просто выплеснули на дно ямы кровь из пакета или бочки.
Итак, три бочки с трупами были доставлены в дом Хэйдона тогда, когда там жил Фредерик Брукс. Затем преступники убили и его… бочек стало четыре. По иронии судьбы, Джоди Эллиот вплоть до разоблачения преступной группы считала, будто её сын прячется где-то за многие километры, в то время как его труп почти пять месяцев находился буквально в десяти метрах от её спальни.
Даже от закрытых бочек исходил сильный и неприятный запах, поэтому сотрудники следственной группы испытывали сильные сомнения относительно того, что окружающие не догадывались о содержимом этой тары. Не менее трёх человек — Элизабет Харви, Элизабет Хэйдон и Джоди Эллиот — должны были понимать с чем же именно они столкнулись. Эти люди не могли не видеть бочки и трудно поверить в то, что они ни разу не поинтересовались их содержимым. Если Элизабет и Джоди были осведомлены о хранящихся в бочках трупах, то неизбежно вставал вопрос об их соучастии в преступлениях посредством недонесения (и это как минимум… Хотя Марк Харви и Джоди Эллиот утверждали, что ничего не знали и ни о чём не догадывались, каждый способен сам сделать вывод о достоверности такого рода утверждений.
Как рассказал Спайридон Влассакис, одной из причин, сподвигнувших Бантина «разобраться» с Элизабет Хэйдон самым радикальным образом, являлась та, что женщина начала добиваться от мужа перевозки бочек из гаража. Марк тянул с решением этой проблемы, а Элизабет прямо-таки доходила до белого каления из-за его неспособности решительно поговорить с Бантином. В конечном итоге чрезмерная настойчивость Элизабет привелка к тому, что её саму поместили в одну из бочек. Убедившись в том, что полиция всерьёз взялась за розыск пропавшей женщины, Джон Бантин струхнул и понял, что бочки действительно нужно куда-то увозить и желательно подальше от районов плотной жилой застройки.
Тут-то он и вспомнил о супругах Фримен, упоминавшихся уже в этом очерке. Пара эта владела фермой с загоном для овец в местечке под названием Хойлетон (Hoyleton). По мнению Бантина овечий запах мог служить отличной маскировкой для бочек с трупами. Загрузив бочки в зелёный внедорожник, принадлежавший убитой Элизабет Хэйдон, и закрыв их одеялами, преступники пригнали машину на участок Фрименов и попросили их подержать её у себя.
Страница 40 из 45
