Мировая история криминалистики знает несколько захватывающих дух сюжетов либо не увенчавшихся торжеством правосудия, либо столь запутанных и неоднозначных, что торжество это оказалось весьма и весьма спорным. И чем больший интервал времени отделяет нас от событий тех лет, тем более жгучими и интригующими делаются неразгаданные тайны этих преступлений.
Добавить в моё избранное
54 мин, 15 сек 15674
Проверка его биографии показала, что этот человек вполне мог оказаться «ночным снайпером»: он жил одно время в Тексаркане и тоже не имел alibi. Его рассказы об убийствах были многословны, сумбурны и содержали детали, проверить которые не представлялось возможным. Люди этой категории способны на яркое и богатое мифотворчество; душевная болезнь делает практически невозможной их расшифровку и сама по себе не способна служить указанием на возможность, либо невозможность совершения ими деяний, которые они себе приписывают. Другими словами, такие люди с одинаковой убежденностью могут говорить как о том, что в действительности было, так и о том, чего не было никогда.
Наконец, третьим в числе подозреваемых долгое время оставался некий студент Университета штата Техас, служивший в годы Второй Мировой войны в американском военно-морском флоте и уволенный оттуда после попытки самоубийста. Это был гомосексуалист, человек агрессивный и несдержанный. Он попал в список подозреваемых после того, как было установлено, что первую половину 1946 г. ему довелось прожить в Тексаркане. Подозреваемый владел револьвером 32-го калибра, после установления за ним плотной полицейсой опеки этот человек неоднократно жаловался на нарушение собственных конституционных прав.
Пока Гонзаулос метался по стране, изучая материалы на тех или иных лиц, возможно, причастных к событиям в Тексаркане в феврале-мае 1946 г., следствие в Арканзасе шло своим чередом. Хотя шериф Девис и обвинил «техасского рейнджера» в некомпетентности, сам он был вынужден действовать точно также. По-настоящему оригинальная идея появилась у арканзасских детективов лишь в середине июня и автором ее оказался человек, имевший к розыскам отношение отнюдь не самое прямое.
Макс Такетт, начальник службы дорожного патрулирования штата Арканзас, хотя и занимал должность немаленькую оперативной работой не занимался. Его служба играла роль сугубо вспомогательную; полицейские на дорогах д. б. бдительно следить за обстановкой и проверять все подозрительные машины. Никто не ждал от Такетта новых версий и оригинальных умозаключений, но в конечном итоге этотчеловек сумел удивить своих коллег.
Цепь умозаключений Такетта, когда он брался анализировать действия «ночного стрелка из Тексарканы», сводилась примерно к такой последовательности: поскольку убийца нападал на свои жертвы за городом, ему необходим автомобиль. Преступник не мог отправляться на «охоту» автостопом, иначе рано или поздно дорожная полиция получила бы в свое распоряжение описание подозрительного человека, которого подвозили в район убийства незадолго до совершения преступления. Другими словами, такой человек обратил бы на себя внимание.
Убийца оставлял автомашину на довольно приличном расстоянии от места преступления к которому приближался пешком. Понятно, что одиноко стоящий автомобиль мог привлечь к себе внимание какого-либо случайного путешественника, проезжавшего мимо. Конечно, вероятность того что кто-то заинтересутеся машиной, запишет ее номер и не поленится сообщить обо всем этом полиции представлялась не очень большой, но все же исключать ее было никак нельзя. Безусловно, хладнокровный, расчетливый преступник учитывал возможность обнаружения оставленной им неподалеку от дороги автомашины и каким-то образом страховался от этого. Каким именно? Ответов могло быть несколько, но наиболее правдоподобным Макс Такетт считал угон машины. «Ночной стрелок из Тексарканы» отправляясь на очередное убийство д. б. использовать угнанную машину.
Скорее всего, автомашины преступник угонял загодя. Понятно почему: быть пойманным при угоне машины с оружием «ночного убийцы» — непростительная глупость для такого профессионала, каким успел показать себя снайпер из Тексарканы. Угон совершался, видимо, заблаговременно и преступник в это время был безоружен. Вечером, отправляясь на убийство, он возвращался у автомашине уже с оружием, без хлопот заводил ее и выезжал«на охоту». После совершения убийств «ночной снайпер» возвращался в Тексаркану, оставлял машину не подалеку от места угона и спокойно удалялся. Отпечатки пальцев он тщательно стирал и потому обнаружение машины поутру ему ничем абсолютно не грозило. Хозяин автомашины, как и дорожная полиция, оставались в твердой уверенности, что автомашину угоняли мальчишки, дабы погонять по округе, а поскольку материального ущерба имуществу угонщики не наносили (разве что бензин расходовали, да и то не очень много!), то и оснований для полицейского расследования не возникало. Дело об угоне быстро закрывали и«ночной стрелок» оставался в твердой уверенности, что сумел всех обмануть!
Такетт считал, что совершенно точно воспроизвел алгоритм действий преступника и проникнул в ход его мыслей. Проверяя себя, он изучил статитику угонов в округах Миллер и Боуи и обратил внимание на то, что накануне убийств, приписываемых «ночному снайперу», действительно имели место угоны автомашин. Пропавшие машины быстро находили, подчас в соседнем квартале от места их угона.
Наконец, третьим в числе подозреваемых долгое время оставался некий студент Университета штата Техас, служивший в годы Второй Мировой войны в американском военно-морском флоте и уволенный оттуда после попытки самоубийста. Это был гомосексуалист, человек агрессивный и несдержанный. Он попал в список подозреваемых после того, как было установлено, что первую половину 1946 г. ему довелось прожить в Тексаркане. Подозреваемый владел револьвером 32-го калибра, после установления за ним плотной полицейсой опеки этот человек неоднократно жаловался на нарушение собственных конституционных прав.
Пока Гонзаулос метался по стране, изучая материалы на тех или иных лиц, возможно, причастных к событиям в Тексаркане в феврале-мае 1946 г., следствие в Арканзасе шло своим чередом. Хотя шериф Девис и обвинил «техасского рейнджера» в некомпетентности, сам он был вынужден действовать точно также. По-настоящему оригинальная идея появилась у арканзасских детективов лишь в середине июня и автором ее оказался человек, имевший к розыскам отношение отнюдь не самое прямое.
Макс Такетт, начальник службы дорожного патрулирования штата Арканзас, хотя и занимал должность немаленькую оперативной работой не занимался. Его служба играла роль сугубо вспомогательную; полицейские на дорогах д. б. бдительно следить за обстановкой и проверять все подозрительные машины. Никто не ждал от Такетта новых версий и оригинальных умозаключений, но в конечном итоге этотчеловек сумел удивить своих коллег.
Цепь умозаключений Такетта, когда он брался анализировать действия «ночного стрелка из Тексарканы», сводилась примерно к такой последовательности: поскольку убийца нападал на свои жертвы за городом, ему необходим автомобиль. Преступник не мог отправляться на «охоту» автостопом, иначе рано или поздно дорожная полиция получила бы в свое распоряжение описание подозрительного человека, которого подвозили в район убийства незадолго до совершения преступления. Другими словами, такой человек обратил бы на себя внимание.
Убийца оставлял автомашину на довольно приличном расстоянии от места преступления к которому приближался пешком. Понятно, что одиноко стоящий автомобиль мог привлечь к себе внимание какого-либо случайного путешественника, проезжавшего мимо. Конечно, вероятность того что кто-то заинтересутеся машиной, запишет ее номер и не поленится сообщить обо всем этом полиции представлялась не очень большой, но все же исключать ее было никак нельзя. Безусловно, хладнокровный, расчетливый преступник учитывал возможность обнаружения оставленной им неподалеку от дороги автомашины и каким-то образом страховался от этого. Каким именно? Ответов могло быть несколько, но наиболее правдоподобным Макс Такетт считал угон машины. «Ночной стрелок из Тексарканы» отправляясь на очередное убийство д. б. использовать угнанную машину.
Скорее всего, автомашины преступник угонял загодя. Понятно почему: быть пойманным при угоне машины с оружием «ночного убийцы» — непростительная глупость для такого профессионала, каким успел показать себя снайпер из Тексарканы. Угон совершался, видимо, заблаговременно и преступник в это время был безоружен. Вечером, отправляясь на убийство, он возвращался у автомашине уже с оружием, без хлопот заводил ее и выезжал«на охоту». После совершения убийств «ночной снайпер» возвращался в Тексаркану, оставлял машину не подалеку от места угона и спокойно удалялся. Отпечатки пальцев он тщательно стирал и потому обнаружение машины поутру ему ничем абсолютно не грозило. Хозяин автомашины, как и дорожная полиция, оставались в твердой уверенности, что автомашину угоняли мальчишки, дабы погонять по округе, а поскольку материального ущерба имуществу угонщики не наносили (разве что бензин расходовали, да и то не очень много!), то и оснований для полицейского расследования не возникало. Дело об угоне быстро закрывали и«ночной стрелок» оставался в твердой уверенности, что сумел всех обмануть!
Такетт считал, что совершенно точно воспроизвел алгоритм действий преступника и проникнул в ход его мыслей. Проверяя себя, он изучил статитику угонов в округах Миллер и Боуи и обратил внимание на то, что накануне убийств, приписываемых «ночному снайперу», действительно имели место угоны автомашин. Пропавшие машины быстро находили, подчас в соседнем квартале от места их угона.
Страница 10 из 16
