История таинственного исчезновения и трагической гибели Элизы Лэм наделала немало шума в интернете и хорошо известна большинству из тех, кто интересуется криминальными загадками.
Добавить в моё избранное
120 мин, 42 сек 7520
Можно привести высказывания, самые«неблагоприятные» с точки зрения выставленного Элизе диагноза:«Я провела в постели около двух дней, ненавидя себя»(дословно:«I spent about two days in bed hating myself»); «Эта усталость загоняет меня в тупик» («It is a weariness that keeps me at a standstill»); «Я не могу контролировать собственные эмоции. Я буду гневаться пару минут, а затем опять грустить. Я буду радоваться полчаса и потом опять переживать». («I have no control over my emotions. I will be angry for two minutes and then sad again. I will be happy for half an hour and then emotional again»). Подобные глубокомысленные откровения можно увидеть в «подзамочных» записях доброй половины гламурных девушек соответствующего возраста. Всё это выглядит довольно невинно, никакого намёка на суицид или хотя бы минимальную агрессию. Даже немного странно слышать, что человека, написавшего такое, всерьёз подозревают в«ненормальности» и готовности покончить с собой в высшей степени экстравагантным способом. Так и хочется воскликнуть: дамы и господа, да вы сами стократ безумнее Элизы!
После этого вынужденного, но необходимого отступления, вернёмся к изложению хроники событий.
Работа службы коронёра с останками погибшей (и найденными в баке вещами) продолжалась более месяца. Итоговый токсикологический отчёт был подписан старшим криминалистом Дэниелом Андерсоном лишь 1 апреля 2013 г.
Родители погибшей девушки — Дэвид и Йюнна Лэм (David and Yinna Lam) — прибыли в Лос-Анджелес 25 февраля в т. ч. и для того, чтобы забрать тело дочери и перевезти его в Ванкувер. От каких-либо интервью средствам массовой информации они отказались, хотя за ними постоянно следовали репортёры.
На протяжении всей весны 2013 г. интрига вокруг полицейского расследования сохранялась и гибель Элизы Лэм оставалась в эпицентре общественного внимания. Особенно бурно из-за этой истории кипел интернет: оно и понятно — в США и Канаде проживают большие китайские диаспоры и китайская молодёжь энергично обсуждала таинственную смерть своей соплеменницы. Летом 2013 г. на самых разных интернет-площадках начались однотипные информационные вбросы, по-видимому, срежиссированные и исходившие из единого центра. Тональность их была примерно одинакова, а содержание сводилось к незамысловатой логической схеме: Элиза Лэм была полусумасшедшей и неадекватной, а потому незачем искать логику там, где её не может быть по определению. Обоснование этого довольно топорного штампа было предельно простым — поскольку сестра Элизы признала в одном из своих комментариев, что Элиза пережила в начале зимы депресиию, а кроме того, в вещах погибшей оказалось множество психотропных таблеток, то и ломать голову не над чем, девушка явно была не в себе.
Синхронное появление множества такого рода комментариев кажется заказным ещё и потому, что сразу после них в середине июня 2013 г. появилось официальное заявление Департамента полиции Лос-Анджелеса, согласно которому смерть Элизы Лэм признавалась некриминальной. Трудно отделаться от ощущения, что интернет-комментарии заблаговременно готовили почву для весьма спорного полицейского решения. Заявление полиции действительно вызвало некоторое замешательство своей неожиданностью и ощущение странности происходящего только усилилось после того, как журналисты получили в своё распоряжение некоторые из документов следствия. Не могло не вызвать удивление то, как в считанные дни дважды изменялась оценка причин смерти судебными медиками. До 15 июня они считали, что причина смерти не может быть установлена, 15 числа вдруг вдруг признали смерть «случайной», а уже 18 июня (т. е. через три дня!) опять её квалифицировали как последовавшую по «неустановленной причине».
Что такого произошло в умах судебных медиков службы коронёра во второй декаде июня 2013 г., что повлияло на двукратное изменение оценки результатов собственной же экспертизы, непонятно. Никаких официальных комментариев по этому поводу журналистам получить не удалось.
Тем не менее, полицейское расследование было остановлено под формальномым предлогом отсутствия события преступления. Родители погибшей девушки, убедившись в том, что американские правоохранители расписались в собственном бессилии (или нежелании заниматься столь мутным делом), заявили гражданский иск владельцам отеля, указав на непринятие руководством и персоналом должных мер по обеспечению безопасности проживающих. В принципе, «логическая вилка», положенная в обоснование иска, представлялась вполне оправданной: если смерть Элизы Лэм обусловлена некриминальными причинами, то трагический инцидент стал возможен только в силу халатности работников гостиницы, допустивших проникновение постороннего лица на крышу (конкретные причины, сделавшие такое проникновение возможным уже вторичны, для суда важен важен сам факт). По непотвержденной информации, сумма денежной компенсации, на которой настаивали родители, достигала 700 тыс.$.
После этого вынужденного, но необходимого отступления, вернёмся к изложению хроники событий.
Работа службы коронёра с останками погибшей (и найденными в баке вещами) продолжалась более месяца. Итоговый токсикологический отчёт был подписан старшим криминалистом Дэниелом Андерсоном лишь 1 апреля 2013 г.
Родители погибшей девушки — Дэвид и Йюнна Лэм (David and Yinna Lam) — прибыли в Лос-Анджелес 25 февраля в т. ч. и для того, чтобы забрать тело дочери и перевезти его в Ванкувер. От каких-либо интервью средствам массовой информации они отказались, хотя за ними постоянно следовали репортёры.
На протяжении всей весны 2013 г. интрига вокруг полицейского расследования сохранялась и гибель Элизы Лэм оставалась в эпицентре общественного внимания. Особенно бурно из-за этой истории кипел интернет: оно и понятно — в США и Канаде проживают большие китайские диаспоры и китайская молодёжь энергично обсуждала таинственную смерть своей соплеменницы. Летом 2013 г. на самых разных интернет-площадках начались однотипные информационные вбросы, по-видимому, срежиссированные и исходившие из единого центра. Тональность их была примерно одинакова, а содержание сводилось к незамысловатой логической схеме: Элиза Лэм была полусумасшедшей и неадекватной, а потому незачем искать логику там, где её не может быть по определению. Обоснование этого довольно топорного штампа было предельно простым — поскольку сестра Элизы признала в одном из своих комментариев, что Элиза пережила в начале зимы депресиию, а кроме того, в вещах погибшей оказалось множество психотропных таблеток, то и ломать голову не над чем, девушка явно была не в себе.
Синхронное появление множества такого рода комментариев кажется заказным ещё и потому, что сразу после них в середине июня 2013 г. появилось официальное заявление Департамента полиции Лос-Анджелеса, согласно которому смерть Элизы Лэм признавалась некриминальной. Трудно отделаться от ощущения, что интернет-комментарии заблаговременно готовили почву для весьма спорного полицейского решения. Заявление полиции действительно вызвало некоторое замешательство своей неожиданностью и ощущение странности происходящего только усилилось после того, как журналисты получили в своё распоряжение некоторые из документов следствия. Не могло не вызвать удивление то, как в считанные дни дважды изменялась оценка причин смерти судебными медиками. До 15 июня они считали, что причина смерти не может быть установлена, 15 числа вдруг вдруг признали смерть «случайной», а уже 18 июня (т. е. через три дня!) опять её квалифицировали как последовавшую по «неустановленной причине».
Что такого произошло в умах судебных медиков службы коронёра во второй декаде июня 2013 г., что повлияло на двукратное изменение оценки результатов собственной же экспертизы, непонятно. Никаких официальных комментариев по этому поводу журналистам получить не удалось.
Тем не менее, полицейское расследование было остановлено под формальномым предлогом отсутствия события преступления. Родители погибшей девушки, убедившись в том, что американские правоохранители расписались в собственном бессилии (или нежелании заниматься столь мутным делом), заявили гражданский иск владельцам отеля, указав на непринятие руководством и персоналом должных мер по обеспечению безопасности проживающих. В принципе, «логическая вилка», положенная в обоснование иска, представлялась вполне оправданной: если смерть Элизы Лэм обусловлена некриминальными причинами, то трагический инцидент стал возможен только в силу халатности работников гостиницы, допустивших проникновение постороннего лица на крышу (конкретные причины, сделавшие такое проникновение возможным уже вторичны, для суда важен важен сам факт). По непотвержденной информации, сумма денежной компенсации, на которой настаивали родители, достигала 700 тыс.$.
Страница 19 из 35
