История таинственного исчезновения и трагической гибели Элизы Лэм наделала немало шума в интернете и хорошо известна большинству из тех, кто интересуется криминальными загадками.
Добавить в моё избранное
120 мин, 42 сек 7539
К сожалению, автор не нашёл ответов на эти вопросы…
В-седьмых, нельзя не сказать несколько слов о возрасте предполагаемого преступника. Криминальные психилоги сходятся в том, что «комплекс серийного убийцы» обычно формируется у мужчин к 25 годам. К этому возрасту они уже получают представление о том, что сексуальное насилие позволяет преодолевать фрустрацию и потому осознанно решаются на убийство. Элементы криминального поведения, продемонстрированные преступником в случае с убийством Кайо Матсузавы, свидетельствуют о его опытности и наводят на мысль, что этот эпизод был для него далеко не первым. Тем не менее, даже если считать, что в 1998 г. преступнику было 25 лет, то это означает, что сейчас ему уже за 40 (скорее всего, далеко за 40). В этой связи нельзя не отметить, что его физическая форма достаточно хороша для того, чтобы он мог поднять по приставной лестнице бесчувственное тело Элизы Лэм к крышке бака с водой и затем протиснуть его в люк. Косвенным подтверждением его хорошей физической формы является и то обстоятельство, что этот человек показался привлекателен намного более молодой женщине (трудно поверить, что Элизу заинтересовал бы какой-нибудь плешивый пень с пивным брюхом и щербатым ртом). Так что нельзя не признать: убийца следит за своей внешностью и поддерживает отличную физическую форму.
Хочется сказать несколько слов о возможном месте проживания убийцы. Напрашивается предположение о его проживании в 1998 г. в Новой Зеландии, но на самом деле этот вывод несколько поспешен. То же самое можно сказать и о постоянном проживании в Лос-Анджелесе. Понятно, что преступник как-то связан с Калифорнией и Оклендом в Новой Зеландии, но из имеющейся информации невозможно сделать определенный вывод о месте его проживания. В принципе, и в Окленде, и Лос-Анджелесе он мог бывать эпизодическими наездами, скажем, приезжая к родственникам. Если такие поездки совершались регулярно на протяжении многих лет то не покажется удивительным, что преступник хорошо изучил оба города.
Ещё одним любопытным нюансом, требующим пояснения, является отказ полиции Лос-Анджелеса от возбуждения уголовного расследования по факту смерти Элизы Лэм. С одной стороны, всё кажется понятным: по официальному заключению судебно-медицинской экспертизы «причина смерти не может быть установлена», явного криминала нет, так что тут расследовать? Но с другой, ясно, всё же, что ситуация совершенно неординарная и смерть менее всего похожа на суицид. Это понятно прежде всего специалистам, так неужели же детективы лос-анджелесской полиции летом 2013 г. это не понимали?! Думается, что они всё прекрасно понимали, но полиция Лос-Анджелеса, как и всякий бюрократический механизм, работает по законам целесообразности и минимизации собственных затрат. Логика у принимающих решение о невозбуждении уголовного расследования была довольна тривиальна и предельно прагматична: если есть пуля, должен быть пистолет; если есть ножевой порез, должен быть нож; если есть видеозапись нападения, должен быть нападавший… А если есть нечто смутное, непонятное и недоказуемое, то надо закрывать возню вокруг этой чепухи на этапе дознания и не терять на розыск непонятно чего и кого силы и время. Даже если действительно имело место убийство, совершенное серийным убийцей, надлежит ждать новых эпизодов и уж потом искать систему и повторение «модели действия» преступника. В Лос-Анджелесе и без Элизы Лэм хватает убийств женщин, так неужели ресурсы полиции должны расходоваться на расследование, имеющее минимальную вероятность завершиться судебным приговором?
Статистика требует повышения раскрываемости не только от полицейских России, но и США тоже. И с этим, кстати, даже не поспоришь, в статистических критериях оценки качества работы полиции есть здравый смысл безо всяких оговорок. Бюрократия, однако…
Мы не знаем, кто именно убил Элизу Лэм… хотя довольно хорошо представляем то, каким должен быть человек, сделавший это. Истории убийств Кэти Хоанг и Кайо Матсузава нам в этом очень помогли. Детективная история, завязавшаяся на крыше отеля «Сесил» вечером 1 февраля 2013 г., далека от завершения и у нас нет гарантий, что она вообще найдёт справедливое разрешение. Как говорится, гарантии есть только у Господа Бога, а у человека — только надежды. Но автора не оставляет вера в то, что убийца будет в конечном итоге назван и наказан и эта драматическая история получит своё логичное завершение. Пусть даже через 10, 20 или 30 лет. Да когда угодно…! В конечном итоге, вера в справедливость и воздаяние — это именно то, что отличает всех нас от животных.
В-седьмых, нельзя не сказать несколько слов о возрасте предполагаемого преступника. Криминальные психилоги сходятся в том, что «комплекс серийного убийцы» обычно формируется у мужчин к 25 годам. К этому возрасту они уже получают представление о том, что сексуальное насилие позволяет преодолевать фрустрацию и потому осознанно решаются на убийство. Элементы криминального поведения, продемонстрированные преступником в случае с убийством Кайо Матсузавы, свидетельствуют о его опытности и наводят на мысль, что этот эпизод был для него далеко не первым. Тем не менее, даже если считать, что в 1998 г. преступнику было 25 лет, то это означает, что сейчас ему уже за 40 (скорее всего, далеко за 40). В этой связи нельзя не отметить, что его физическая форма достаточно хороша для того, чтобы он мог поднять по приставной лестнице бесчувственное тело Элизы Лэм к крышке бака с водой и затем протиснуть его в люк. Косвенным подтверждением его хорошей физической формы является и то обстоятельство, что этот человек показался привлекателен намного более молодой женщине (трудно поверить, что Элизу заинтересовал бы какой-нибудь плешивый пень с пивным брюхом и щербатым ртом). Так что нельзя не признать: убийца следит за своей внешностью и поддерживает отличную физическую форму.
Хочется сказать несколько слов о возможном месте проживания убийцы. Напрашивается предположение о его проживании в 1998 г. в Новой Зеландии, но на самом деле этот вывод несколько поспешен. То же самое можно сказать и о постоянном проживании в Лос-Анджелесе. Понятно, что преступник как-то связан с Калифорнией и Оклендом в Новой Зеландии, но из имеющейся информации невозможно сделать определенный вывод о месте его проживания. В принципе, и в Окленде, и Лос-Анджелесе он мог бывать эпизодическими наездами, скажем, приезжая к родственникам. Если такие поездки совершались регулярно на протяжении многих лет то не покажется удивительным, что преступник хорошо изучил оба города.
Ещё одним любопытным нюансом, требующим пояснения, является отказ полиции Лос-Анджелеса от возбуждения уголовного расследования по факту смерти Элизы Лэм. С одной стороны, всё кажется понятным: по официальному заключению судебно-медицинской экспертизы «причина смерти не может быть установлена», явного криминала нет, так что тут расследовать? Но с другой, ясно, всё же, что ситуация совершенно неординарная и смерть менее всего похожа на суицид. Это понятно прежде всего специалистам, так неужели же детективы лос-анджелесской полиции летом 2013 г. это не понимали?! Думается, что они всё прекрасно понимали, но полиция Лос-Анджелеса, как и всякий бюрократический механизм, работает по законам целесообразности и минимизации собственных затрат. Логика у принимающих решение о невозбуждении уголовного расследования была довольна тривиальна и предельно прагматична: если есть пуля, должен быть пистолет; если есть ножевой порез, должен быть нож; если есть видеозапись нападения, должен быть нападавший… А если есть нечто смутное, непонятное и недоказуемое, то надо закрывать возню вокруг этой чепухи на этапе дознания и не терять на розыск непонятно чего и кого силы и время. Даже если действительно имело место убийство, совершенное серийным убийцей, надлежит ждать новых эпизодов и уж потом искать систему и повторение «модели действия» преступника. В Лос-Анджелесе и без Элизы Лэм хватает убийств женщин, так неужели ресурсы полиции должны расходоваться на расследование, имеющее минимальную вероятность завершиться судебным приговором?
Статистика требует повышения раскрываемости не только от полицейских России, но и США тоже. И с этим, кстати, даже не поспоришь, в статистических критериях оценки качества работы полиции есть здравый смысл безо всяких оговорок. Бюрократия, однако…
Мы не знаем, кто именно убил Элизу Лэм… хотя довольно хорошо представляем то, каким должен быть человек, сделавший это. Истории убийств Кэти Хоанг и Кайо Матсузава нам в этом очень помогли. Детективная история, завязавшаяся на крыше отеля «Сесил» вечером 1 февраля 2013 г., далека от завершения и у нас нет гарантий, что она вообще найдёт справедливое разрешение. Как говорится, гарантии есть только у Господа Бога, а у человека — только надежды. Но автора не оставляет вера в то, что убийца будет в конечном итоге назван и наказан и эта драматическая история получит своё логичное завершение. Пусть даже через 10, 20 или 30 лет. Да когда угодно…! В конечном итоге, вера в справедливость и воздаяние — это именно то, что отличает всех нас от животных.
Страница 35 из 35
