Около 5 часов утра 30 октября 1975 г. 9-летняя Соня МакКенн, проживавшая в районе Скотт-Холл роад, в городе Лидсе, Великобритания, обратилась к соседям за помощью, сообщив, что ее мама не явилась ночью домой. Соседи были прекрасно осведомлены о том, что мама Сони — 28-летняя Виломена МакКенн — занималась проституцией и периодически не являлась ночевать, но они также знали, что в таких случаях она непременно предупреждала об этом детей (которых у нее было четверо). Тот факт, что Виломена без предупреждения не пришла домой показался соседям достаточным основанием для беспокойства и они позвонили в полицию.
Добавить в моё избранное
144 мин, 54 сек 8228
Около полудня 10 октября 1977 г. на пустыре, неподалеку от Южного кладбища в г. Манчестере, было однаружено сильно разложившееся тело мертвой женщины со следами изощренных издевательств, без одежды и документов. Первым предположением криминалистов, осматривавших тело, была догадка о надругательстве над трупом, выкопанным на кладбище, но очень быстро это предположение было опровергнуто. Даже поверхностный осмотр трупа наводил на мысль о причастности к это убийству «Йоркширского Потрошителя» — уж больно специфичны были причиненные жертве травмы. Детективы отдела убийств Манчестера немедленно связались с полицией Западного Йоркшира (хотя номинально это была территория другого округа атторнея и другого управления полиции).
Джордж Олдфилд прибыл в Манчестер вместе с профессором судебной медицины университета г. Лидса Дэвидом Джи, производившим в деле «Йоркширского Потрошителя» вскрытие тел всех погибших. Именно Джи предстояло решить вопрос о том, действительно ли убийство в Манчестере является делом рук«Потрошителя» или же это только подделка под манеру известного убийцы.
Аутопсия показала, что неизвестная женщина погибла довольно давно — более недели назад. На ее голове были найдены следы 13 ударов молотком, некоторые из них были нанесены с очень большой силой, так что кости черепа входили в мозг. В грудь и живот убийца нанес 18 ударов ножом; удары были как колотыми, так и резаными с глубиной раны достигавшей 20 см. Поперк живота проходил длинный глубокий разрез из которого выпадали кишки («живот раскрыт наподобие чемодана», — сказал профессор Джи об этой ране). Упомянутые удары ножом распределялись в области от ключиц до правой коленки и были нанесены когда труп находился на животе. Кроме того, еще 6 ударов преступник нанес в правый бок когда тело было перевернуто на левый бок. Убийца ударил женщину ножом во влагалище и, кроме того, попытался отрезать ей голову (если точнее — отпилить ножовкой по металлу). С этой задачей он не справился, не зная, очевидно, что в хирургии для распила костей ввиду их прочности используются пилы с гораздо более крупными зубьями. Хотя некоторыми особенностями нанесенные повреждения отличались от тех, что причинял «Йоркширский Потрошитель» ранее, эксперт без колебаний заявил, что убийство совершил именно этот преступник.
Дэвид Джи особо подчеркнул разновременность нанесенных жертве ран. Удары молотком по голове были смертельны и явились первыми по времени нанесения. Повреждения тела, причиненные ножом, были нанесены гораздо позже, когда процесс разложения тканей зашел уже довольно далеко. Их разделяли 5-7 дней. Этот вывод означал, что преступник возвращался к трупу и совершал с ним довольно сложные постмортальные манипуляции: перемещал, раздевал, наносил удары ножом.
Этот вывод судмедэксперта находил полное подтверждение в осмотре места обнаружения трупа. Изучение кровавых следов с очевидностью показало, что первоначально труп был спрятан примерно в 10 метрах от того места, где его нашли 10 октября. Тогда он был полностью одет; убийца, уходя, уложил тело в неглубокую яму и накрыл старой деревянной дверью, на которой остались следы крови погибшей женщины. Вернувшись через несколько дней, убийца вытащил тело из «схрона», оттащил его в сторону и принялся раздевать, разбрасывая в разные стороны снимаемые части одежды. Тяжелые пальто и вязаная кофта-кардиган (без воротника) были отброшены почти на 20 метров, а легкие лифчик и трусы — всего на 5 м. Пальто и кофта были залиты кровью, стекавшей с разбитой молотком головы, но не имели следов ножевых ударов. Это наблюдение также подтверждало вывод о том, что убийство неизвестной женщины совершено «Йоркширским Потрошителем»: этот убийца имел стойкую привычку раздевать жертвы перед тем, как резать их тела ножом.
То, что «Йоркширский Потрошитель» покинул окрестности Лидса и выехал в Манчестер, отражало хорошо известную криминалистам тенденцию серийных преступников отдаляться от дома по мере набора опыта. Причинение жертве специфических, не наблюдавшихся прежде, ранений (удар во влагалище, попытка отделить голову) свидетельствовало о стремлении убийцы поэкспериментировать с трупом, разнообразить хорошо отработанный сценарий. В принципе, эти отклонения не противоречили присущей«Йоркширскому Потрошителю» манере действий на месте преступления.
Погибшая не проходила по базам криминального учета и не соответствовала ни одному из описаний в списках лиц, пропавших без вести.
Поэтому уже 10 октября 1977 г. в манчестерские газеты была дана информация об обнаружении тела неизвестной женщины и подробное описание ее одежды. Поскольку погибшая имела броскую внешность (длинные огненно-рыжие волосы) вероятность того, что ее вспомнят даже случайно видевшие люди, была достаточно высока.
Расчет полиции полностью оправдался: на следующий день в манчестерскую полицию обратился некто Алан Ройл, сообщивший об исчезновении 1 октября 1977 г. своей сожительницы.
Джордж Олдфилд прибыл в Манчестер вместе с профессором судебной медицины университета г. Лидса Дэвидом Джи, производившим в деле «Йоркширского Потрошителя» вскрытие тел всех погибших. Именно Джи предстояло решить вопрос о том, действительно ли убийство в Манчестере является делом рук«Потрошителя» или же это только подделка под манеру известного убийцы.
Аутопсия показала, что неизвестная женщина погибла довольно давно — более недели назад. На ее голове были найдены следы 13 ударов молотком, некоторые из них были нанесены с очень большой силой, так что кости черепа входили в мозг. В грудь и живот убийца нанес 18 ударов ножом; удары были как колотыми, так и резаными с глубиной раны достигавшей 20 см. Поперк живота проходил длинный глубокий разрез из которого выпадали кишки («живот раскрыт наподобие чемодана», — сказал профессор Джи об этой ране). Упомянутые удары ножом распределялись в области от ключиц до правой коленки и были нанесены когда труп находился на животе. Кроме того, еще 6 ударов преступник нанес в правый бок когда тело было перевернуто на левый бок. Убийца ударил женщину ножом во влагалище и, кроме того, попытался отрезать ей голову (если точнее — отпилить ножовкой по металлу). С этой задачей он не справился, не зная, очевидно, что в хирургии для распила костей ввиду их прочности используются пилы с гораздо более крупными зубьями. Хотя некоторыми особенностями нанесенные повреждения отличались от тех, что причинял «Йоркширский Потрошитель» ранее, эксперт без колебаний заявил, что убийство совершил именно этот преступник.
Дэвид Джи особо подчеркнул разновременность нанесенных жертве ран. Удары молотком по голове были смертельны и явились первыми по времени нанесения. Повреждения тела, причиненные ножом, были нанесены гораздо позже, когда процесс разложения тканей зашел уже довольно далеко. Их разделяли 5-7 дней. Этот вывод означал, что преступник возвращался к трупу и совершал с ним довольно сложные постмортальные манипуляции: перемещал, раздевал, наносил удары ножом.
Этот вывод судмедэксперта находил полное подтверждение в осмотре места обнаружения трупа. Изучение кровавых следов с очевидностью показало, что первоначально труп был спрятан примерно в 10 метрах от того места, где его нашли 10 октября. Тогда он был полностью одет; убийца, уходя, уложил тело в неглубокую яму и накрыл старой деревянной дверью, на которой остались следы крови погибшей женщины. Вернувшись через несколько дней, убийца вытащил тело из «схрона», оттащил его в сторону и принялся раздевать, разбрасывая в разные стороны снимаемые части одежды. Тяжелые пальто и вязаная кофта-кардиган (без воротника) были отброшены почти на 20 метров, а легкие лифчик и трусы — всего на 5 м. Пальто и кофта были залиты кровью, стекавшей с разбитой молотком головы, но не имели следов ножевых ударов. Это наблюдение также подтверждало вывод о том, что убийство неизвестной женщины совершено «Йоркширским Потрошителем»: этот убийца имел стойкую привычку раздевать жертвы перед тем, как резать их тела ножом.
То, что «Йоркширский Потрошитель» покинул окрестности Лидса и выехал в Манчестер, отражало хорошо известную криминалистам тенденцию серийных преступников отдаляться от дома по мере набора опыта. Причинение жертве специфических, не наблюдавшихся прежде, ранений (удар во влагалище, попытка отделить голову) свидетельствовало о стремлении убийцы поэкспериментировать с трупом, разнообразить хорошо отработанный сценарий. В принципе, эти отклонения не противоречили присущей«Йоркширскому Потрошителю» манере действий на месте преступления.
Погибшая не проходила по базам криминального учета и не соответствовала ни одному из описаний в списках лиц, пропавших без вести.
Поэтому уже 10 октября 1977 г. в манчестерские газеты была дана информация об обнаружении тела неизвестной женщины и подробное описание ее одежды. Поскольку погибшая имела броскую внешность (длинные огненно-рыжие волосы) вероятность того, что ее вспомнят даже случайно видевшие люди, была достаточно высока.
Расчет полиции полностью оправдался: на следующий день в манчестерскую полицию обратился некто Алан Ройл, сообщивший об исчезновении 1 октября 1977 г. своей сожительницы.
Страница 9 из 43
