Всё-таки не зря говорится, что услужливый дурак опаснее врага. И точно также неспроста кем-то подмечено, что если хочешь сделать что-то хорошо, то сделай задуманное сам — наверняка, кто-то собственным разбитым носом доказал глубокий смысл этого простого, казалось бы правила. Привычка задумываться над народными мудростями и поверьями реально помогает избегать ошибок и в каком-то смысле способна гарантировать спокойную жизнь.
Добавить в моё избранное
86 мин, 35 сек 4142
е. дату обряда можно было без затруднений высчитать заранее, место, само собой, также тайной не являлось. Отец мальчика опасался, что обряд будет сорван его родственником, с которым у него были очень натянутые отношения, поэтому он решил подстраховаться и в целях обеспечения безопасности пригласил штатных сотрудников полиции. Полицейские были озадачены такой просьбой, но поскольку им было обещано щедрое вознаграждение, а раввин не возражал, чтобы у дверей синагоги во время службы стоял полицейский патруль, то… почему бы, собственно, и не постоять? Обсуждая условия предстоящего мероприятия, полицейские поинтересовались у заказчика, а кто именно может попытаться сорвать ритуал? и услышали довольно неожиданный ответ: «дед мальчика». Тогда полицейские задали следующий вопрос: «а что надлежит делать, если дедушка всё-такие приедет и попытается войти в синагогу?» Всё-таки, синагога — это храм для всех верующих, на каком законном основании иудея можно не пускать в синагогу, если он желает туда пройти? Заказчик не растерялся и без особых затей ответил:«ребята, если старик вам не подчинится, просто пристрелите его!»
Согласитесь, не каждый день можно слышать такого рода пожелания, высказанные совершенно серьёзно! Полицейским была вручена фотография деда, от вторжения которого им надлежало защищать синагогу. К счастью, бар-мицва прошла без всякие инцидентов, зловредный дед так и не появился, однако историю эту полицейские запомнили.
По прошествии 16 месяцев они увидели в телевизионных новостях и этого деда, и его сына и без всяких колебаний опознали обоих. «Дедом» оказался Джеральд Вудмен, а сыном, посоветовавшим пристрелить его — Нейл Вудмен. Сообразив, что их рассказ может представлять немалый интерес для следствия, полицейские поспешили встретиться с детективами Кростли и Холденом. Детективы, разумеется, выслушали интересный рассказ свидетелей и попросили уточнить, как вообще их угораздило познакомиться с Нейлом Вудменом?
Оказалось, что полицейских со старшим из братьев познакомил некто Стивен Гомик (Stiven Homick). Поскольку эти имя и фамилия ничего детективам не сказали, полицейские пояснили, что этот человек в прошлом служил в лос-анджелесской полиции, а ныне работает охранником в Лас-Вегасе. И вот тут у детективов появилась догадка относительно того, как Нейл и Стюарт могли организовать убийство родителей и при этом обеспечить себе несокрушимое «alibi».
Персона Стивена Гомика привлекла немалый интерес полиции. Изучение его прошлого позволило сделать весьма любопытные открытия. Родился Стивен в 1941 г. в Огайо, в небольшом городке Штаубенвилле (Steubenville), был старшим из 5 детей. После школы отучился 1,5 года в колледже, но не закончив курс обучения, забросил это чепухое занятие и подался в спортсмены.
Три года молодой Стивен отыграл в довольно слабых бейсбольных командах т. н. «сельскохозяйственных штатов», в итоге спортивная карьера у него не заладилась, интереса у спортивных промоутеров он не вызвал и повзрослевшему балбесу стало ясно, что надо начинать искать себя в жизни где-то помимо спорта. Покончив с бейсболом, Стивен метнулся в Калифорнию и в феврале 1963 г., после окончания полицейской академии, стал патрульным полиции Лос-Анджелеса. Дурное дело, как известно, нехитрое и поскольку ничему полезному и толковому Гомик обучен не был, он, нацепив рубаху с шевронами, принялся вести себя вызывающе и нагло. Гомик с удовольствием избивал закованных в наручники людей и обирал кошельки во время досмотра. В принципе, лос-анджелесская полиция уже в те годы отличалась своей разнузданностью и склонностью к расизму, но поведение Стивена даже по меркам коллег выходило за рамки дозволенного. В течение года он получил два взыскания за превышение властных полномочий, попал на заметку службы внутренних расследований и заслуженно снискал репутацию редкостного дебила (в бытовом, разумеется, понимании этого слова, а не узко-медицинском). В апреле 1964 г. в отношении Гомика было возбуждено очередное разбирательство, грозившее судом, и его с позором выперли со службы.
Чем занимался далее неудачливый студент, бейсболист и полицейский сказать трудно, сам он впоследствии утверждал, будто зарабатывал трудовые доллары и центы в поте лица на ниве столярно-плотницких работ, но верится в это с трудом. Во всяком случае, столярные потуги довели Гомика до ареста 29 февраля 1968 г. Високосные годы вообще считаются не очень-то удачными, но для таких придурков, как Стивен, невезуха принимает масштабы поистине фатальные (в этой связи достойно упоминания то обстоятельство, что 1984 г. тоже был високосным и тоже весьма и весьма неудачным для Гомика, о чём в своём месте ещё будет сказано). Итак, в последний день зимы 1968 г. на Стивена надели наручники по обвинению в использовании чужой банковской карты при оплате покупки (sic!) 2-х запонок и 2-х свитеров. После обыска автомашины обвинение дополнилось ещё одним пунктом — незаконное владение и перевозка заряженного ружья.
Согласитесь, не каждый день можно слышать такого рода пожелания, высказанные совершенно серьёзно! Полицейским была вручена фотография деда, от вторжения которого им надлежало защищать синагогу. К счастью, бар-мицва прошла без всякие инцидентов, зловредный дед так и не появился, однако историю эту полицейские запомнили.
По прошествии 16 месяцев они увидели в телевизионных новостях и этого деда, и его сына и без всяких колебаний опознали обоих. «Дедом» оказался Джеральд Вудмен, а сыном, посоветовавшим пристрелить его — Нейл Вудмен. Сообразив, что их рассказ может представлять немалый интерес для следствия, полицейские поспешили встретиться с детективами Кростли и Холденом. Детективы, разумеется, выслушали интересный рассказ свидетелей и попросили уточнить, как вообще их угораздило познакомиться с Нейлом Вудменом?
Оказалось, что полицейских со старшим из братьев познакомил некто Стивен Гомик (Stiven Homick). Поскольку эти имя и фамилия ничего детективам не сказали, полицейские пояснили, что этот человек в прошлом служил в лос-анджелесской полиции, а ныне работает охранником в Лас-Вегасе. И вот тут у детективов появилась догадка относительно того, как Нейл и Стюарт могли организовать убийство родителей и при этом обеспечить себе несокрушимое «alibi».
Персона Стивена Гомика привлекла немалый интерес полиции. Изучение его прошлого позволило сделать весьма любопытные открытия. Родился Стивен в 1941 г. в Огайо, в небольшом городке Штаубенвилле (Steubenville), был старшим из 5 детей. После школы отучился 1,5 года в колледже, но не закончив курс обучения, забросил это чепухое занятие и подался в спортсмены.
Три года молодой Стивен отыграл в довольно слабых бейсбольных командах т. н. «сельскохозяйственных штатов», в итоге спортивная карьера у него не заладилась, интереса у спортивных промоутеров он не вызвал и повзрослевшему балбесу стало ясно, что надо начинать искать себя в жизни где-то помимо спорта. Покончив с бейсболом, Стивен метнулся в Калифорнию и в феврале 1963 г., после окончания полицейской академии, стал патрульным полиции Лос-Анджелеса. Дурное дело, как известно, нехитрое и поскольку ничему полезному и толковому Гомик обучен не был, он, нацепив рубаху с шевронами, принялся вести себя вызывающе и нагло. Гомик с удовольствием избивал закованных в наручники людей и обирал кошельки во время досмотра. В принципе, лос-анджелесская полиция уже в те годы отличалась своей разнузданностью и склонностью к расизму, но поведение Стивена даже по меркам коллег выходило за рамки дозволенного. В течение года он получил два взыскания за превышение властных полномочий, попал на заметку службы внутренних расследований и заслуженно снискал репутацию редкостного дебила (в бытовом, разумеется, понимании этого слова, а не узко-медицинском). В апреле 1964 г. в отношении Гомика было возбуждено очередное разбирательство, грозившее судом, и его с позором выперли со службы.
Чем занимался далее неудачливый студент, бейсболист и полицейский сказать трудно, сам он впоследствии утверждал, будто зарабатывал трудовые доллары и центы в поте лица на ниве столярно-плотницких работ, но верится в это с трудом. Во всяком случае, столярные потуги довели Гомика до ареста 29 февраля 1968 г. Високосные годы вообще считаются не очень-то удачными, но для таких придурков, как Стивен, невезуха принимает масштабы поистине фатальные (в этой связи достойно упоминания то обстоятельство, что 1984 г. тоже был високосным и тоже весьма и весьма неудачным для Гомика, о чём в своём месте ещё будет сказано). Итак, в последний день зимы 1968 г. на Стивена надели наручники по обвинению в использовании чужой банковской карты при оплате покупки (sic!) 2-х запонок и 2-х свитеров. После обыска автомашины обвинение дополнилось ещё одним пунктом — незаконное владение и перевозка заряженного ружья.
Страница 12 из 25
