Всё-таки не зря говорится, что услужливый дурак опаснее врага. И точно также неспроста кем-то подмечено, что если хочешь сделать что-то хорошо, то сделай задуманное сам — наверняка, кто-то собственным разбитым носом доказал глубокий смысл этого простого, казалось бы правила. Привычка задумываться над народными мудростями и поверьями реально помогает избегать ошибок и в каком-то смысле способна гарантировать спокойную жизнь.
Добавить в моё избранное
86 мин, 35 сек 4134
Чтобы составить представление о том, сколь по-разному его характеризовали разные люди, можно привести два примера.
Во время опроса соседей Вудменов по кондоминиуму, детективы услышали рассказ о том, как Джеральд однажды принялся кричать на соседскую девочку 5 лет, довёл её до слёз, а после того, как в происходившее вмешалась её мать, то обругал и её. Женщина была поражена агрессией, с которой столкнулась и ничтожностью повода, вызвавшего вспышку бешенства. Для себя она решила, что Джеральд ненормален и впредь этого человека надо будет избегать. Происшествие это действительно трудно назвать обыденным, всё-таки, не каждый день можно видеть убеленного сединами мужчину (а Джерри к тому моменту уже давно перевалило за 60), вопящего на маленькую девочку. Когда детективы спрашивали у друзей и родных Джеральда, что они думают об этой истории, люди отвечали примерно так: «ну, для Джерри это нормально…», «да-да, в этом весь Джерри…».
А вот Роберт Карнз, бывший муж Глории, младшей сестры Веры, рассказал детективам совсем иную историю с участием Джеральда. Когда родители Роберта обанкротились и оказались вынуждены продать принадлежавший им магазин, Роберт упомянул об этом в разговоре с Джеральдом. Тот принял эту историю близко к сердцу и предложил дать денег, чтобы родители могли начать новый бизнес. Карнз чрезвычайно удивился этому великодушию, он вовсе не думал просить у кого-либо денег и уж тем более не рассчитывал одалживаться у Вудмена. Тот, однако, был настойчив и передал родителям Роберта значительую сумму денег, заявив, что не будет торопить с возвратом — вернут, когда смогут. Прошло более года, пока родители Роберта открыли новый магазин, заработали деньги и сумели возвратить долг. В этой истории имелся очень интересный момент, на котором Роберт Карнз во время разговора с полицейскими сделал акцент: дело заключалось в том, что во время описываемых событий он оформлял развод с Глорией. Джерри вообще мог не предлагать помощи его родителям, однако, он повёл себя очень великодушно и достойно.
Вот такие две истории, рисующие перед нами совершенно непохожие портреты одного и того же человека…
В 1948 г. Джек Ковел, отец Веры, купил на западе Лос-Анджелеса четыре участка земли, расположенные вплотную друг к другу. Три из них он подарил дочерям, а четвёртый занял сам. На каждом из участков были посроены дома и каждую неделю Джек Ковелл обходил их, общаясь с дочерьми, их мужьями, внуками и т. п. Долгие десятилетия Ковеллы компактно жили эдаким кланом, подле друг друга — двоюродные и родные братья, сёстры, тётушки и дядюшки. Лишь в 1970 г. Вера и Джеральд Вудмены переехали в Бель-Эйр, один из самых дорогих и роскошных районов Лос-Анджелеса — там они купили двухэтажный особняк с пятью спальнями и бассейном. Они и до этого жили безбедно, но теперь зажили как настоящие миллионеры, каковыми, собственно, и являлись.
А деньги чете Вудмен принёс бизнес по производству пластмасс, который Джеральд начал ещё в 1965 г. почти случайно. Небольшой цех по производству упаковки Вера и Джеральд купили в складчину и владели им совместно в равных долях (по 50% в уставном капитале). Вскоре копеечное полукустарное производство полиэтиленовых мешков Джерри удалось превратить в высокорентабельный и притом весьма специфичный мини-завод, изготавливавший стёкла для соляриев (строго говоря, это были не стёкла, а специальная пластмасса, прозрачная для ультрафиолета, хотя и похожая на первый взгляд на стекло). Во второй половине 1960-х гг. по Америке покатился бум искусственного загара, стало модно щеголять посреди зимы ровным шоколадным цветом кожи в т. ч. и в интимных частях тела. Установки с искусственным ультрафиолетом стали появляться в самых разных местах — в медицинских учреждениях, банях, салонах красоты, спортивных комплексах, ну и само-собой разумеется, в домах богатых людей. Обычное стекло для таких соляриев не годилось — во-первых, оно грозило опасными травмами в случае повреждения, а во-вторых, задерживало львиную долю ультрафиолета. Джеральд Вудмен запустил производство пластика, проницаемого для ультрафиолетового излучения, получил необходимые сертификаты качества и стал продавать свой товар по всей стране. Он тщательно отслеживал состояние рынка и при появлении новых ламп быстро предлагал новый пластик, с соответствующим диапазоном пропускаемого излучения. В течение нескольких лет «Манчестер продактс» («Munchester products») — а именно так называлась компания Веры и Джерри Вудмен — заняла на рынке некоторую нишу и стала известна по всем США — их пластмассу покупали от Аляски на севере, до Мэна — на востоке и Флориды — на юге.
Предприятие оказалось весьма прибыльным, к началу 1970-х гг. Джеральд декларировал доходы около 1 млн.$ в год. Однако, примерно 2/3 зарабатываемых денег он утаивал, причём, утаивал от всех — налоговой службы, детей, жены (напомним, она являлась совладелицей бизнеса…
Во время опроса соседей Вудменов по кондоминиуму, детективы услышали рассказ о том, как Джеральд однажды принялся кричать на соседскую девочку 5 лет, довёл её до слёз, а после того, как в происходившее вмешалась её мать, то обругал и её. Женщина была поражена агрессией, с которой столкнулась и ничтожностью повода, вызвавшего вспышку бешенства. Для себя она решила, что Джеральд ненормален и впредь этого человека надо будет избегать. Происшествие это действительно трудно назвать обыденным, всё-таки, не каждый день можно видеть убеленного сединами мужчину (а Джерри к тому моменту уже давно перевалило за 60), вопящего на маленькую девочку. Когда детективы спрашивали у друзей и родных Джеральда, что они думают об этой истории, люди отвечали примерно так: «ну, для Джерри это нормально…», «да-да, в этом весь Джерри…».
А вот Роберт Карнз, бывший муж Глории, младшей сестры Веры, рассказал детективам совсем иную историю с участием Джеральда. Когда родители Роберта обанкротились и оказались вынуждены продать принадлежавший им магазин, Роберт упомянул об этом в разговоре с Джеральдом. Тот принял эту историю близко к сердцу и предложил дать денег, чтобы родители могли начать новый бизнес. Карнз чрезвычайно удивился этому великодушию, он вовсе не думал просить у кого-либо денег и уж тем более не рассчитывал одалживаться у Вудмена. Тот, однако, был настойчив и передал родителям Роберта значительую сумму денег, заявив, что не будет торопить с возвратом — вернут, когда смогут. Прошло более года, пока родители Роберта открыли новый магазин, заработали деньги и сумели возвратить долг. В этой истории имелся очень интересный момент, на котором Роберт Карнз во время разговора с полицейскими сделал акцент: дело заключалось в том, что во время описываемых событий он оформлял развод с Глорией. Джерри вообще мог не предлагать помощи его родителям, однако, он повёл себя очень великодушно и достойно.
Вот такие две истории, рисующие перед нами совершенно непохожие портреты одного и того же человека…
В 1948 г. Джек Ковел, отец Веры, купил на западе Лос-Анджелеса четыре участка земли, расположенные вплотную друг к другу. Три из них он подарил дочерям, а четвёртый занял сам. На каждом из участков были посроены дома и каждую неделю Джек Ковелл обходил их, общаясь с дочерьми, их мужьями, внуками и т. п. Долгие десятилетия Ковеллы компактно жили эдаким кланом, подле друг друга — двоюродные и родные братья, сёстры, тётушки и дядюшки. Лишь в 1970 г. Вера и Джеральд Вудмены переехали в Бель-Эйр, один из самых дорогих и роскошных районов Лос-Анджелеса — там они купили двухэтажный особняк с пятью спальнями и бассейном. Они и до этого жили безбедно, но теперь зажили как настоящие миллионеры, каковыми, собственно, и являлись.
А деньги чете Вудмен принёс бизнес по производству пластмасс, который Джеральд начал ещё в 1965 г. почти случайно. Небольшой цех по производству упаковки Вера и Джеральд купили в складчину и владели им совместно в равных долях (по 50% в уставном капитале). Вскоре копеечное полукустарное производство полиэтиленовых мешков Джерри удалось превратить в высокорентабельный и притом весьма специфичный мини-завод, изготавливавший стёкла для соляриев (строго говоря, это были не стёкла, а специальная пластмасса, прозрачная для ультрафиолета, хотя и похожая на первый взгляд на стекло). Во второй половине 1960-х гг. по Америке покатился бум искусственного загара, стало модно щеголять посреди зимы ровным шоколадным цветом кожи в т. ч. и в интимных частях тела. Установки с искусственным ультрафиолетом стали появляться в самых разных местах — в медицинских учреждениях, банях, салонах красоты, спортивных комплексах, ну и само-собой разумеется, в домах богатых людей. Обычное стекло для таких соляриев не годилось — во-первых, оно грозило опасными травмами в случае повреждения, а во-вторых, задерживало львиную долю ультрафиолета. Джеральд Вудмен запустил производство пластика, проницаемого для ультрафиолетового излучения, получил необходимые сертификаты качества и стал продавать свой товар по всей стране. Он тщательно отслеживал состояние рынка и при появлении новых ламп быстро предлагал новый пластик, с соответствующим диапазоном пропускаемого излучения. В течение нескольких лет «Манчестер продактс» («Munchester products») — а именно так называлась компания Веры и Джерри Вудмен — заняла на рынке некоторую нишу и стала известна по всем США — их пластмассу покупали от Аляски на севере, до Мэна — на востоке и Флориды — на юге.
Предприятие оказалось весьма прибыльным, к началу 1970-х гг. Джеральд декларировал доходы около 1 млн.$ в год. Однако, примерно 2/3 зарабатываемых денег он утаивал, причём, утаивал от всех — налоговой службы, детей, жены (напомним, она являлась совладелицей бизнеса…
Страница 6 из 25
