Барбара Лоччи в свои 32 года по-прежнему горячо любила мужчин. Как мужчин вообще, так и вполне конкретных. Она не то, чтобы была проститутка и брала за свою любовь деньги — нет, она была из категории тех любвеобильных женщин, о которых принято говорить, что они «слабы на передок». В свои 32 года Барбара была замужем вторым браком и безусловно любила своего мужа Стефано Меле. Одновременно с ним она любила Кармело Кутрону, Антонио Ло Бианко, братьев Винчи — Джованни, Сальваторе и Франческо — всех трёх.
Добавить в моё избранное
298 мин, 5 сек 20352
От подозрений в адрес последнего было решено не отказываться и тщательно передопросить арестанта, но на повестке дня расследования теперь стояла новая задача — установить, кто из близких Франческо Винчи людей мог принять на себя роль«имитатора»?
Ответ, в общем-то, был очевиден — таким человеком мог стать Антонио Винчи, сын Сальваторе и племянник Франческо. Антонио уже исполнилось 22 года, это был физически крепкий молодой мужчина, не имевший постоянного источника дохода, но при этом не бедствовавший. Переводя с языка полицейских понятий это означало, что Антонио имеет связи в преступном мире и занят противозаконной деятельностью. Из всех представителей «клана Винчи» он был единственным, имевшим рост выше 175 см., а значит, он мог вести прицельную стрельбу через заднюю форточку«фольксвагена».
Через несколько дней после убийства молодых немцев Лоренцо Аллегранти, доктору, пытавшемуся спасти жизнь Паоло Майнарди в июне 1982 г., вновь позвонил «Флорентийский Монстр». Либо человек, который хотел, чтобы его считали «Монстром»(ведь настоящий преступник в это время по мнению полиции находился в тюрьме… Неизвестный спокойно, даже непринуждённо поговорил с Аллегранти, дав понять, что не боится«предсмертных слов Майнарди» и сильно сомневается в том, что последний вообще что-то говорил. Фактически«Монстр» дал понять, что понял скрытый смысл игры, которую пытались вести против него правоохранительные органы и все их уловки не достигли цели. Звонивший особо подчеркнул, что доктору Аллегранти бесполезно от него прятаться — он его всегда отыщет. Смысл данного намёка заключался в том, что доктор в это время находился вместе с семьёй на отдыхе в городке Римини. Неизвестный позвонил ему прямо в отель, Аллегранти разговаривал с ним по телефону администратора! Звонок«Монстра» надолго выбил Аллегранти из колеи — оказалось, что несмотря на государственную охрану и особые меры предосторожности, принятые по месту работы врача, преступник имеет возможность отслеживать его перемещения по стране и, казалось, знает о нём и его семье всё.
Врач немедленно связался с прокуратурой Тосканы, ему и его семье неделенно была предоставлена усиленная охрана в Римини. Но отдых, понятное дело, оказался безнадёжно испорчен. Надо сказать, что вот эта информированность «Монстра» об обстоятельствах жизни Лоренцо Аллегранти представляет одну из самых труднообъяснимых загадок настоящего дела и позволяет строить весьма далекоидущие версии, которые нам ещё предстоит обсудить в этом очерке.
Впрочем, сами правоохранители считали, что врачу звонил вовсе не «Монстр», а «имитатор», который хорошо знал манеру речи настоящего преступника и умело её копировал. На роль звонившего, как нетрудно догадаться, прочили, опять-таки, Антонио Винчи, хотя Лоренцо Аллегранти никогда не признавал, будто голоса Франческо Винчи и его племянника соответствуют или, хотя бы, похожи, на голос звонившего ему анонима. Тем не менее, телефонный звонок в Римини только ускорил проведение операции по аресту последнего.
19 сентября 1983 г. — через 10 дней после двойного убийства немецкий туристов в Джоголи — Антонио Винчи был арестован за якобы незаконное хранение оружия. Рядом с его домом был найден закопанный под деревом пакет с пистолетом. Никаких улик, подтверждающих владение этим пистолетом Антонио, не существовало; оружие не имело отпечатков пальцев арестованного и никогда не использовалось в преступных целях. В общем, повод для ареста был довольно шатким, но полиция с самого начала и не скрывала, что это всего лишь формальный предлог для лишения Антонио Винчи свободы — в тюрьме ему предстояло отбиваться от совсем иных обвинений. Нельзя исключать того, что пистолет вообще был подброшен самими полицейскими — такая проделка была вполне в стиле итальянских правоохранителей той поры. В этом очерке уже указывалось на то, что в 70-80-е гг. прошлого века итальянская правоохранительная система выдержала настоящую войну с политическим и уголовным террором и в этой войне в ход шли все средства — от подбрасывания и фабрикации улик, до избиений на допросах и убийств, замаскированных под самоубийства (это вовсе не преувеличение автора — некоторые случаи убийств итальянскими полицейскими людей во время допросов получили широкую огласку). Если полиции или карабинерам нужно было реализовать оперативную информацию в отношении подозрительного человека, но законных поводов для его ареста не существовало, то правоохранители сами создавали такие поводы без особых угрызений совести. Так что полной ясности относительно происхождения этого пистолета нет и поныне — то ли он действительно принадлежал Антонио Винчи и хранился им в тайнике под деревом, то ли пистолет закопали сами полицейские, а потом заявили, что о существовании спрятанного оружия и его принадлежности узнали из «оперативных источников» — равновероятны оба варианта.
Как бы там ни было, Антонио Винчи загремел в ту же следственную тюрьму, что и его дядя.
Ответ, в общем-то, был очевиден — таким человеком мог стать Антонио Винчи, сын Сальваторе и племянник Франческо. Антонио уже исполнилось 22 года, это был физически крепкий молодой мужчина, не имевший постоянного источника дохода, но при этом не бедствовавший. Переводя с языка полицейских понятий это означало, что Антонио имеет связи в преступном мире и занят противозаконной деятельностью. Из всех представителей «клана Винчи» он был единственным, имевшим рост выше 175 см., а значит, он мог вести прицельную стрельбу через заднюю форточку«фольксвагена».
Через несколько дней после убийства молодых немцев Лоренцо Аллегранти, доктору, пытавшемуся спасти жизнь Паоло Майнарди в июне 1982 г., вновь позвонил «Флорентийский Монстр». Либо человек, который хотел, чтобы его считали «Монстром»(ведь настоящий преступник в это время по мнению полиции находился в тюрьме… Неизвестный спокойно, даже непринуждённо поговорил с Аллегранти, дав понять, что не боится«предсмертных слов Майнарди» и сильно сомневается в том, что последний вообще что-то говорил. Фактически«Монстр» дал понять, что понял скрытый смысл игры, которую пытались вести против него правоохранительные органы и все их уловки не достигли цели. Звонивший особо подчеркнул, что доктору Аллегранти бесполезно от него прятаться — он его всегда отыщет. Смысл данного намёка заключался в том, что доктор в это время находился вместе с семьёй на отдыхе в городке Римини. Неизвестный позвонил ему прямо в отель, Аллегранти разговаривал с ним по телефону администратора! Звонок«Монстра» надолго выбил Аллегранти из колеи — оказалось, что несмотря на государственную охрану и особые меры предосторожности, принятые по месту работы врача, преступник имеет возможность отслеживать его перемещения по стране и, казалось, знает о нём и его семье всё.
Врач немедленно связался с прокуратурой Тосканы, ему и его семье неделенно была предоставлена усиленная охрана в Римини. Но отдых, понятное дело, оказался безнадёжно испорчен. Надо сказать, что вот эта информированность «Монстра» об обстоятельствах жизни Лоренцо Аллегранти представляет одну из самых труднообъяснимых загадок настоящего дела и позволяет строить весьма далекоидущие версии, которые нам ещё предстоит обсудить в этом очерке.
Впрочем, сами правоохранители считали, что врачу звонил вовсе не «Монстр», а «имитатор», который хорошо знал манеру речи настоящего преступника и умело её копировал. На роль звонившего, как нетрудно догадаться, прочили, опять-таки, Антонио Винчи, хотя Лоренцо Аллегранти никогда не признавал, будто голоса Франческо Винчи и его племянника соответствуют или, хотя бы, похожи, на голос звонившего ему анонима. Тем не менее, телефонный звонок в Римини только ускорил проведение операции по аресту последнего.
19 сентября 1983 г. — через 10 дней после двойного убийства немецкий туристов в Джоголи — Антонио Винчи был арестован за якобы незаконное хранение оружия. Рядом с его домом был найден закопанный под деревом пакет с пистолетом. Никаких улик, подтверждающих владение этим пистолетом Антонио, не существовало; оружие не имело отпечатков пальцев арестованного и никогда не использовалось в преступных целях. В общем, повод для ареста был довольно шатким, но полиция с самого начала и не скрывала, что это всего лишь формальный предлог для лишения Антонио Винчи свободы — в тюрьме ему предстояло отбиваться от совсем иных обвинений. Нельзя исключать того, что пистолет вообще был подброшен самими полицейскими — такая проделка была вполне в стиле итальянских правоохранителей той поры. В этом очерке уже указывалось на то, что в 70-80-е гг. прошлого века итальянская правоохранительная система выдержала настоящую войну с политическим и уголовным террором и в этой войне в ход шли все средства — от подбрасывания и фабрикации улик, до избиений на допросах и убийств, замаскированных под самоубийства (это вовсе не преувеличение автора — некоторые случаи убийств итальянскими полицейскими людей во время допросов получили широкую огласку). Если полиции или карабинерам нужно было реализовать оперативную информацию в отношении подозрительного человека, но законных поводов для его ареста не существовало, то правоохранители сами создавали такие поводы без особых угрызений совести. Так что полной ясности относительно происхождения этого пистолета нет и поныне — то ли он действительно принадлежал Антонио Винчи и хранился им в тайнике под деревом, то ли пистолет закопали сами полицейские, а потом заявили, что о существовании спрятанного оружия и его принадлежности узнали из «оперативных источников» — равновероятны оба варианта.
Как бы там ни было, Антонио Винчи загремел в ту же следственную тюрьму, что и его дядя.
Страница 25 из 87
