Барбара Лоччи в свои 32 года по-прежнему горячо любила мужчин. Как мужчин вообще, так и вполне конкретных. Она не то, чтобы была проститутка и брала за свою любовь деньги — нет, она была из категории тех любвеобильных женщин, о которых принято говорить, что они «слабы на передок». В свои 32 года Барбара была замужем вторым браком и безусловно любила своего мужа Стефано Меле. Одновременно с ним она любила Кармело Кутрону, Антонио Ло Бианко, братьев Винчи — Джованни, Сальваторе и Франческо — всех трёх.
Добавить в моё избранное
298 мин, 5 сек 20372
Неоднократные выходки против личности и общества (пугающие, оскорбляющие, травмирующие) быши совершенно неизбежны на этапе формирования криминального психотипа«Монстра» и это девиативное поведение должно было привлечь внимание полиции к будущему серийному убийце. Прошлое«Монстра» неизбежно должно было быть зафиксировано в каких-то полицейских или судебных архивах. Возможно, столкновения будущего«Монстра» с Законом имели место в очень отдалённые времена, в далёкой юности, потому что в последующем он, безусловно, научился хорошо контролировать свой гнев (на высокую степень самоконтроля указывала методичность и последовательность действий«Флорентийского Монстра» в моменты совершения преступлений, так что сомневаться в его умении психологически мимикрировать не приходилось). Убийца, по оценке Перуджини, был далеко не юн, его возраст колебался в границах от 30 до 60 лет, причём, вероятне всего, он был старше 40, т. е. находился в середине или ближе к верхней границе указанного диапазона.
Третьим критерием отбора подозреваемых, должен был стать, по мнению Перуджини, географический фактор. Хотя все нападения серийного убийцы произошли в радиусе 30 км. от Флоренции, Перуждини считал, что пределами этой области розыск ограничивать нельзя. Вполне вероятно, что «Флорентийский Монстр» жил вне указанных границ, хотя, всё же, не слишком далеко от Флоренции. Имея интеллект выше среднего (уж в этом-то сомневаться не приходилось!) убийца мог приезжать в районы поближе к городу, чтобы заставить думать, будто он житель Флоренции или ближайших пригородов. На самом деле, он мог проживать гораздо дальше 30 километров от городской черты. Перуджини считал, что район поиска должен быть расширен до круга с радиусом в 100 км. — это была очень большая территорая, но внутри неё все объекты были легко достижимы для человека, перемещающегося на личном автомобиле.
Разумеется, новый начальник САМ должен был как-то объяснить своим подчинённым отношение к «сардинскому следу» и той линии расследования, которую отстаивал Ротелла. Перуджини не стал делать из этого тайны и заявил, что по его мнению, ловля сардов была не чем иным, как погоней за фантомом. Двойное убийство в 1968 г. Барбары Лоччи и Антонио Ло Бьянко не было связано с последующими преступлениями«Флорентийского Монстра», поскольку орудие убийства в интервале 1968-74 гг. покинуло круг сардов. Когда именно это случилось и по какой причине — гадать бессмысленно, важно только то, что Ротелла на возню с «кланом Винчи» лишь напрасно потерял время. Этот бескомпромиссный вывод старшего инспектора Перуджини разрушил его отношения с Ротеллой и в конечном итоге предопределил уход последнего из целевой группы по розыску«Монстра». Вместе с Ротеллой ушла и группа карабинеров и работников прокуратуры, поддерживавших следственного судью. Однако энергичного Перуджини во всём поддержал главнй прокурор Тосканы Пьеро Луиджи Винья, так что в конечном счёте, административный ресурс, которым располагал новый руководитель САМ не только не уменьшился, но скорее, даже вырос.
Начиная со второй половины 1988 г. сотрудники САМ полностью остановили разработку «сардинский след» и засели на повторное изучение архивов и сообщений населения в газеты и полицию, сделанные в последние годы. Работа была проделана колоссальная. В этом очерке уже упоминалось, что в период 1982-1990 гг. проверке подверглись более 100 тыс. мужчин, живших во Флоренции и её окрестностях, но сейчас самое время уточнить, что многих из них полиция и карабинеры проверяли с интервалом в несколько лет по два, три и даже четыре раза! Проверялись alibi на даты совершения преступлений, удалённость мест проживаний подозреваемых от мест нападений«Монстра», наличие личного автотранспорта и маршруты поездок в рабочее и нерабочее время. А кроме этого — наличие семьи, сексуальные предпочтения, проявления криминального поведения в прошлом. Перуджини составил специальный опросник, включавший в себя более 80 пунктов, который требовалось заполнить на каждого проверяемого мужчину. Пункты этого опросника были проиндексированы сообразно их значимости для достоверной оценки степени подозрительности проверяемого лица. Эти данные вносились в компьютер, где обрабатывались и «ранжировались» по степени соответствия предполагаемому«психологическому портрету» «Монстра».
В ходе этой кропотливой работы особое внимание членов группы САМ обратил на себя некто Пьетро Пачиани, 1925 г. рождения. Строго говоря, впервые этот человек упоминалася в качестве возможного кандидата на роль «Флорентийского Монстра» в одной из анонимок, полученных полицией ещё аж в 1985 г.! С тех пор фамилия Пачиани в той или иной форме всплывала в телефонных звонках или письмах, адресованных телевидению, в газеты или правоохранительные органы ещё по меньшей мере четырежды. Он явно не давал кому-то покоя, и когда оперативники САМ принялись за изучение этого весьма малопочтенного человека, стало ясно почему.
В общем-то, немолодой — 63 года!
Третьим критерием отбора подозреваемых, должен был стать, по мнению Перуджини, географический фактор. Хотя все нападения серийного убийцы произошли в радиусе 30 км. от Флоренции, Перуждини считал, что пределами этой области розыск ограничивать нельзя. Вполне вероятно, что «Флорентийский Монстр» жил вне указанных границ, хотя, всё же, не слишком далеко от Флоренции. Имея интеллект выше среднего (уж в этом-то сомневаться не приходилось!) убийца мог приезжать в районы поближе к городу, чтобы заставить думать, будто он житель Флоренции или ближайших пригородов. На самом деле, он мог проживать гораздо дальше 30 километров от городской черты. Перуджини считал, что район поиска должен быть расширен до круга с радиусом в 100 км. — это была очень большая территорая, но внутри неё все объекты были легко достижимы для человека, перемещающегося на личном автомобиле.
Разумеется, новый начальник САМ должен был как-то объяснить своим подчинённым отношение к «сардинскому следу» и той линии расследования, которую отстаивал Ротелла. Перуджини не стал делать из этого тайны и заявил, что по его мнению, ловля сардов была не чем иным, как погоней за фантомом. Двойное убийство в 1968 г. Барбары Лоччи и Антонио Ло Бьянко не было связано с последующими преступлениями«Флорентийского Монстра», поскольку орудие убийства в интервале 1968-74 гг. покинуло круг сардов. Когда именно это случилось и по какой причине — гадать бессмысленно, важно только то, что Ротелла на возню с «кланом Винчи» лишь напрасно потерял время. Этот бескомпромиссный вывод старшего инспектора Перуджини разрушил его отношения с Ротеллой и в конечном итоге предопределил уход последнего из целевой группы по розыску«Монстра». Вместе с Ротеллой ушла и группа карабинеров и работников прокуратуры, поддерживавших следственного судью. Однако энергичного Перуджини во всём поддержал главнй прокурор Тосканы Пьеро Луиджи Винья, так что в конечном счёте, административный ресурс, которым располагал новый руководитель САМ не только не уменьшился, но скорее, даже вырос.
Начиная со второй половины 1988 г. сотрудники САМ полностью остановили разработку «сардинский след» и засели на повторное изучение архивов и сообщений населения в газеты и полицию, сделанные в последние годы. Работа была проделана колоссальная. В этом очерке уже упоминалось, что в период 1982-1990 гг. проверке подверглись более 100 тыс. мужчин, живших во Флоренции и её окрестностях, но сейчас самое время уточнить, что многих из них полиция и карабинеры проверяли с интервалом в несколько лет по два, три и даже четыре раза! Проверялись alibi на даты совершения преступлений, удалённость мест проживаний подозреваемых от мест нападений«Монстра», наличие личного автотранспорта и маршруты поездок в рабочее и нерабочее время. А кроме этого — наличие семьи, сексуальные предпочтения, проявления криминального поведения в прошлом. Перуджини составил специальный опросник, включавший в себя более 80 пунктов, который требовалось заполнить на каждого проверяемого мужчину. Пункты этого опросника были проиндексированы сообразно их значимости для достоверной оценки степени подозрительности проверяемого лица. Эти данные вносились в компьютер, где обрабатывались и «ранжировались» по степени соответствия предполагаемому«психологическому портрету» «Монстра».
В ходе этой кропотливой работы особое внимание членов группы САМ обратил на себя некто Пьетро Пачиани, 1925 г. рождения. Строго говоря, впервые этот человек упоминалася в качестве возможного кандидата на роль «Флорентийского Монстра» в одной из анонимок, полученных полицией ещё аж в 1985 г.! С тех пор фамилия Пачиани в той или иной форме всплывала в телефонных звонках или письмах, адресованных телевидению, в газеты или правоохранительные органы ещё по меньшей мере четырежды. Он явно не давал кому-то покоя, и когда оперативники САМ принялись за изучение этого весьма малопочтенного человека, стало ясно почему.
В общем-то, немолодой — 63 года!
Страница 40 из 87
