Барбара Лоччи в свои 32 года по-прежнему горячо любила мужчин. Как мужчин вообще, так и вполне конкретных. Она не то, чтобы была проститутка и брала за свою любовь деньги — нет, она была из категории тех любвеобильных женщин, о которых принято говорить, что они «слабы на передок». В свои 32 года Барбара была замужем вторым браком и безусловно любила своего мужа Стефано Меле. Одновременно с ним она любила Кармело Кутрону, Антонио Ло Бианко, братьев Винчи — Джованни, Сальваторе и Франческо — всех трёх.
Добавить в моё избранное
298 мин, 5 сек 20417
Тогда от этого заявления отмахнулись после формальной проверки, ведь жёнушка была помещена мужем в сумасшедший дом, как шизофреничка с 20-летним стажем, но если оценить её слова иначе в свете новых открытий? Джуттари«поднял» старое заявление бывшей жены Каламандреи и прочитал его в контексте той информации, которую накопил в 1999-2000 гг. И посчитал, что данный документ должен занять своё почётное место в подготавливаемой атаке на Каламандреи. А то, что такая атака состоится, мало кто в ГИДЕС сомневался.
Однако, требовалось до конца разобраться с судьбой Франческо Нардуччи — если его убили, то кто и почему это сделал?
Опрашивая всех и вся в Сан-Фелисиано и других населённых пунктах в окрестностях Тразимено, сотрудники ГИДЕС услышали странные рассказы о том, что на самом деле труп Франческо Нардуччи был обнаружен вовсе не 13 октября 1985 г., как это считалось официально, а… 9 октября, на следующий день после исчезновения. «Настоящий» труп был увезён местными полицейскими при участии отца погибшего и спрятан в неизвестном месте, а 13 октбяря публике был явлен«запасной» труп неизвестного утопленника. Совершенно фантастическая история в духе детективных романов Чейза и Чандлера подпитывалась, однако, не только народной молвой, но и показаниями свидетелей. В числе таковых упоминались аж даже 5 местных рыбаков — число более чем достаточное для любого суда. По приказу Джуттари ГИДЕС приложила все усилия для розыска этих людей и в конечном итоге двух из них удалось найти и допросить. Местные рыбаки по фамилиям Сарзанти и Ла Паура подтвердили всё то, что невнятно передавала молва — настоящий Франческо Нардуччи действительно всплыл неподалёку от северного берега острова Польвезе около полудня 9 октября 1985 г., а вот 13 октября был найден труп совсем другого человека, даже внешне малопохожий на Франческо. И рост этого неизвестного был выше, чем у Франческо, и одет он был иначе. На него лишь надели замшевую куртку Франческо Нардуччи, чтобы добиться хоть какого-то сходства с последним.
В свете этого неожиданного открытия вставал вопрос об опознании тела вдовой Нардуччи. Если перед ней на пирсе лежал неизвестно кто, то что же побудило её опознать в этом трупе собственного мужа?!
Джутарри снова вернулся к допросам Франчески Спагноли (надо сказать, что это только в очерке происходящее изложено так компактно и доходчиво — на самом деле процесс сбора приведённой здесь информации растянулся более чем на два года и порой принимал характер движения в противоположные стороны одновременно, т. е. одни получаемые сведения вступали в явное противоречие с другими и зачастую было просто непонятно, как же их проверять). Вдова явно не была настроена сотрудничать с правоохранительными органами и уклонялась от откровенного разговора — Джуттари расценил это как проявление боязни за собственную жизнь. После долгих уговоров и обещания государственной защиты, предоставление которой гарантировал прокурор Перуджи Джулиано Миньини, Франческо наконец признала, что труп, вытащенный на пирс 13 октября 1985 г. очень мало походил на тело её исчезнувшего мужа. Тело покойного совершенно потеряло форму, раздулось, натянутая рубашка едва ли не лопалась на животе, видимые участки кожи были чёрными, лицо изменилось неузнаваемо. Даже открыть глаза трупу, дабы удостовериться в цвете радужной оболочки глаз, оказалось невозможно. Франческа категорически заявила тогда, что это тело не может быть телом её мужа, однако, она тут же подверглась очень интенсивному и эмоциональному давлению окружающих — обоих профессоров медицины, а также собственного отца и отца покойного, Уго Нардуччи. Все они говорили, что тела утопленников сильно разбухают из-за образования газов в полостях тела, причём давление газов может достигать 2 атм. Выталкивающая сила может быть столь большой, что даже 30-килограммовый груз оказывается неспособен удержать тело на дне, поэтому, дескать, нет ничего необычного в тех посмертных изменениях, что наблюдаются у этого тела.
Однако Франческа была твёрдо уверена в том, что её мужа убили и совершил это не кто иной… как её собственный отец Джанни Спагноли. Он пошёл на преступление по приказу масонской ложи, к которой принадлежали как он сам, так и Уго, и Пьерлука Нардуччи. Сомнений в этом у Франчески не осталось после того, как она услышала своими ушами слова отца, сказанные негромко Уго Нардуччи на пирсе, прямо возле трупа, вынесенного из катера карабинеров. Отец её выразился следующим образом: «Я всё это сделал так, словно он был мой собственный сын». Впоследствии, как рассказала Франческа, произошло выяснение отношений между семьями Нардуччи и Спагноли. Против Франчески выступили единым фронтом собственный отец, а также Уго и Пьерлука Нардуччи, но на её стороне оказался родной дядя. Кроме того, её поддержала Джанкарла Согаро, ещё одна родственница из клана Спагноли, так что противостоящие силы оказались примерно равны.
Однако, требовалось до конца разобраться с судьбой Франческо Нардуччи — если его убили, то кто и почему это сделал?
Опрашивая всех и вся в Сан-Фелисиано и других населённых пунктах в окрестностях Тразимено, сотрудники ГИДЕС услышали странные рассказы о том, что на самом деле труп Франческо Нардуччи был обнаружен вовсе не 13 октября 1985 г., как это считалось официально, а… 9 октября, на следующий день после исчезновения. «Настоящий» труп был увезён местными полицейскими при участии отца погибшего и спрятан в неизвестном месте, а 13 октбяря публике был явлен«запасной» труп неизвестного утопленника. Совершенно фантастическая история в духе детективных романов Чейза и Чандлера подпитывалась, однако, не только народной молвой, но и показаниями свидетелей. В числе таковых упоминались аж даже 5 местных рыбаков — число более чем достаточное для любого суда. По приказу Джуттари ГИДЕС приложила все усилия для розыска этих людей и в конечном итоге двух из них удалось найти и допросить. Местные рыбаки по фамилиям Сарзанти и Ла Паура подтвердили всё то, что невнятно передавала молва — настоящий Франческо Нардуччи действительно всплыл неподалёку от северного берега острова Польвезе около полудня 9 октября 1985 г., а вот 13 октября был найден труп совсем другого человека, даже внешне малопохожий на Франческо. И рост этого неизвестного был выше, чем у Франческо, и одет он был иначе. На него лишь надели замшевую куртку Франческо Нардуччи, чтобы добиться хоть какого-то сходства с последним.
В свете этого неожиданного открытия вставал вопрос об опознании тела вдовой Нардуччи. Если перед ней на пирсе лежал неизвестно кто, то что же побудило её опознать в этом трупе собственного мужа?!
Джутарри снова вернулся к допросам Франчески Спагноли (надо сказать, что это только в очерке происходящее изложено так компактно и доходчиво — на самом деле процесс сбора приведённой здесь информации растянулся более чем на два года и порой принимал характер движения в противоположные стороны одновременно, т. е. одни получаемые сведения вступали в явное противоречие с другими и зачастую было просто непонятно, как же их проверять). Вдова явно не была настроена сотрудничать с правоохранительными органами и уклонялась от откровенного разговора — Джуттари расценил это как проявление боязни за собственную жизнь. После долгих уговоров и обещания государственной защиты, предоставление которой гарантировал прокурор Перуджи Джулиано Миньини, Франческо наконец признала, что труп, вытащенный на пирс 13 октября 1985 г. очень мало походил на тело её исчезнувшего мужа. Тело покойного совершенно потеряло форму, раздулось, натянутая рубашка едва ли не лопалась на животе, видимые участки кожи были чёрными, лицо изменилось неузнаваемо. Даже открыть глаза трупу, дабы удостовериться в цвете радужной оболочки глаз, оказалось невозможно. Франческа категорически заявила тогда, что это тело не может быть телом её мужа, однако, она тут же подверглась очень интенсивному и эмоциональному давлению окружающих — обоих профессоров медицины, а также собственного отца и отца покойного, Уго Нардуччи. Все они говорили, что тела утопленников сильно разбухают из-за образования газов в полостях тела, причём давление газов может достигать 2 атм. Выталкивающая сила может быть столь большой, что даже 30-килограммовый груз оказывается неспособен удержать тело на дне, поэтому, дескать, нет ничего необычного в тех посмертных изменениях, что наблюдаются у этого тела.
Однако Франческа была твёрдо уверена в том, что её мужа убили и совершил это не кто иной… как её собственный отец Джанни Спагноли. Он пошёл на преступление по приказу масонской ложи, к которой принадлежали как он сам, так и Уго, и Пьерлука Нардуччи. Сомнений в этом у Франчески не осталось после того, как она услышала своими ушами слова отца, сказанные негромко Уго Нардуччи на пирсе, прямо возле трупа, вынесенного из катера карабинеров. Отец её выразился следующим образом: «Я всё это сделал так, словно он был мой собственный сын». Впоследствии, как рассказала Франческа, произошло выяснение отношений между семьями Нардуччи и Спагноли. Против Франчески выступили единым фронтом собственный отец, а также Уго и Пьерлука Нардуччи, но на её стороне оказался родной дядя. Кроме того, её поддержала Джанкарла Согаро, ещё одна родственница из клана Спагноли, так что противостоящие силы оказались примерно равны.
Страница 73 из 87
