Май 1993 г. в Арканзасе, США, начался с высоких температур и одуряющей духоты. Лето словно бы включили поворотом рубильника. Днём температура поднималась выше +30°С, ночью не падала ниже +18°С — +19°С. А ведь впереди ещё было целое лето!
Добавить в моё избранное
383 мин, 12 сек 19157
Разумеется, полиция с большим вниманием отнеслась к заявлению Мелиссы, тем более, что сказанное ею звучало вполне здраво. Прежде всего выяснилось, что Дэниел Дэйл Хэтчетт (Daniel Dale Hatchett) действительно является дядей Дастина Чарльза Бойла (Dustin Charles Boyle).
Будучи допрошенными 26 мая, мужчины категорически отвергли существование между ними гомосексуальной связи. Хэтчетт являся владельцем ломбарда в районе Саутленд и Бойл помогал ему в ведении бизнеса. Отвечая на вопрос о времяпрвождении 5 мая, т. е. в день убийства, мужчины независимо друг от друга дали одинаковые показания. По их словам, они работали в ломбарде до 20 часов, затем потратили примерно 30 минут на уборку помещения и закрытие витрин, после чего направились в ресторан «Перкинс», где поужинали. Дэниел Хэтчетт без колебаний согласлся пройти проверку на «детекторе лжи» и успешно её прошёл, также он сдал отпечатки пальцев. Отпечатки пальцев сдал и Бойл. В общем, оба вели себя конструктивно, разумно и никаких препон следствию строить не пытались.
Сразу скажем, что их рассказы о событиях 5 мая были проверены и подтверждены — это означало, что Хэтчетт и Бойл имеют alibi.
Во время допроса Хэтчетт поинтересовался, чем вызван интерес правоохранительных органов к его персоне? Он ведь не был судим, никто никогда его не обвинял в педофилии и т. п., так отчего же вдруг полиция принялась «копать» под него? Ему объяснили, что о кое-каких подозрениях в его адрес заявила Мелисса Байерс. Услыхав это, Хатчетт расхохотался и пояснил, что Мелисса просто сводит с ним счёты. Из дальнейшего рассказа выяснилось, что Хэтчетт на протяжении двух лет совместно с Джоном Байерсом владел ювелирным магазином неподалёку от автотрассы I-55. Торговля шла бойко, место было хорошим, но Байерс с некоторых пор взял за правило брать деньги из оборота на срочные семейные расходы. Поначалу он возвращал взятое и с этим можно было мириться, но затем стал рассматривать общие деньги как собственные. Хэтчетт несколько раз пытался его вразумить, доказывая, что подобная недисциплинированность губит бизнес и совершенно недопустима. Сам Дэниел никогда не позволял себе поступать подобным образом. Байерс же, ссылаясь на различные семейные обстоятельства, не терпящие отлагательств, продолжал запускать руку в общий кошелёк. В конце-концов Хэтчетт забрал свою долю и вышел из предприятия, а Байерс спустя несколько месяцев разорился, официально объявив себя банкротом. По-видимому его жена винила во всех этих неудачах Хэтчетта — у того-то дела шли хорошо, он после этого открыл ломбард и успешно вёл там торговлю! — а потому, как только представилась возможность, попыталась выставить его в дурном свете перед полицией. Нельзя не отметить того, что сам Джон Байерс никаких претензий в отношении своего бывшего делового партнёра никогда не высказывал и о подозрениях в его адрес не заявлял.
В конечном итоге, подозрения в отношении Хэтчетта и его племянника Бойла были полностью сняты и после мая 1993 г. вопросов к ним со стороны правоохранительных органов не возникало.
Данный инцидент, разумеется, весьма зримо характеризует Мелиссу Байерс. Нельзя не добавить и того, что она весьма нелицеприятно отзывалась о супругах Мур, родителях Джеймса Майкла, друга Криса, убитого вместе с ним. По её мнению, Рой Тодд и Дайан Мур много пили и были весьма шумными людьми, обременявшими своим обществом соседей (напомним, их дом располагался прямо напротив дома Байерсов). В общем, Мелисса, судя по всему, была из категории тех женщин, что вечно недовольны всем — погодой, работой, соседями, зарплатой, но более всего мужчинами, с которыми их сводит жизнь.
На следующий день после допросов Хэтчетта и Бойла, детективы следственной группы получли ещё одну любопытную «наводку». Кто-то из педагогов школы, в которой учились убитые мальчики, неожиданно припомнил недавно уволившегося уборщика, который, вроде бы, имел какой-то конфликт с Майклом Муром. Чарльз Хестер — а именно так звали уборщика — уволился в последней декаде апреля, буквально за две недели до убийства мальчиков и по этой причине не попал в число сотрудников школы, допрошенных детективами в первые дни расследования. В суматохе тех дней о нём вообще как-то позабыли, да и должность у него была незаметная, скажем прямо, не до уборщиков было полиции в те дни. А между тем в поведении Чарльза имелись подозрительные детали. Директор школы, когда его спосили о Хестере, припомнил, что тот однажды дал девочке 25 центов за помощь в уборке двора и эта щедрость вызвала скандал. Дело в том, что обслуживающему персоналу категорически запрещалось контактировать со школьниками и давать поводы для неформальных отношений; им не дозволялось угощать учащихся, дарить им любого рода подарки, даже самые невинные и уж тем более не позволялось давать деньги. Узнав о том, что уборщик дал девочке 25 центов, директор вызвал его к себе и провёл беседу, Хестер пообещал более такого рода «проколов» не допускать.
Будучи допрошенными 26 мая, мужчины категорически отвергли существование между ними гомосексуальной связи. Хэтчетт являся владельцем ломбарда в районе Саутленд и Бойл помогал ему в ведении бизнеса. Отвечая на вопрос о времяпрвождении 5 мая, т. е. в день убийства, мужчины независимо друг от друга дали одинаковые показания. По их словам, они работали в ломбарде до 20 часов, затем потратили примерно 30 минут на уборку помещения и закрытие витрин, после чего направились в ресторан «Перкинс», где поужинали. Дэниел Хэтчетт без колебаний согласлся пройти проверку на «детекторе лжи» и успешно её прошёл, также он сдал отпечатки пальцев. Отпечатки пальцев сдал и Бойл. В общем, оба вели себя конструктивно, разумно и никаких препон следствию строить не пытались.
Сразу скажем, что их рассказы о событиях 5 мая были проверены и подтверждены — это означало, что Хэтчетт и Бойл имеют alibi.
Во время допроса Хэтчетт поинтересовался, чем вызван интерес правоохранительных органов к его персоне? Он ведь не был судим, никто никогда его не обвинял в педофилии и т. п., так отчего же вдруг полиция принялась «копать» под него? Ему объяснили, что о кое-каких подозрениях в его адрес заявила Мелисса Байерс. Услыхав это, Хатчетт расхохотался и пояснил, что Мелисса просто сводит с ним счёты. Из дальнейшего рассказа выяснилось, что Хэтчетт на протяжении двух лет совместно с Джоном Байерсом владел ювелирным магазином неподалёку от автотрассы I-55. Торговля шла бойко, место было хорошим, но Байерс с некоторых пор взял за правило брать деньги из оборота на срочные семейные расходы. Поначалу он возвращал взятое и с этим можно было мириться, но затем стал рассматривать общие деньги как собственные. Хэтчетт несколько раз пытался его вразумить, доказывая, что подобная недисциплинированность губит бизнес и совершенно недопустима. Сам Дэниел никогда не позволял себе поступать подобным образом. Байерс же, ссылаясь на различные семейные обстоятельства, не терпящие отлагательств, продолжал запускать руку в общий кошелёк. В конце-концов Хэтчетт забрал свою долю и вышел из предприятия, а Байерс спустя несколько месяцев разорился, официально объявив себя банкротом. По-видимому его жена винила во всех этих неудачах Хэтчетта — у того-то дела шли хорошо, он после этого открыл ломбард и успешно вёл там торговлю! — а потому, как только представилась возможность, попыталась выставить его в дурном свете перед полицией. Нельзя не отметить того, что сам Джон Байерс никаких претензий в отношении своего бывшего делового партнёра никогда не высказывал и о подозрениях в его адрес не заявлял.
В конечном итоге, подозрения в отношении Хэтчетта и его племянника Бойла были полностью сняты и после мая 1993 г. вопросов к ним со стороны правоохранительных органов не возникало.
Данный инцидент, разумеется, весьма зримо характеризует Мелиссу Байерс. Нельзя не добавить и того, что она весьма нелицеприятно отзывалась о супругах Мур, родителях Джеймса Майкла, друга Криса, убитого вместе с ним. По её мнению, Рой Тодд и Дайан Мур много пили и были весьма шумными людьми, обременявшими своим обществом соседей (напомним, их дом располагался прямо напротив дома Байерсов). В общем, Мелисса, судя по всему, была из категории тех женщин, что вечно недовольны всем — погодой, работой, соседями, зарплатой, но более всего мужчинами, с которыми их сводит жизнь.
На следующий день после допросов Хэтчетта и Бойла, детективы следственной группы получли ещё одну любопытную «наводку». Кто-то из педагогов школы, в которой учились убитые мальчики, неожиданно припомнил недавно уволившегося уборщика, который, вроде бы, имел какой-то конфликт с Майклом Муром. Чарльз Хестер — а именно так звали уборщика — уволился в последней декаде апреля, буквально за две недели до убийства мальчиков и по этой причине не попал в число сотрудников школы, допрошенных детективами в первые дни расследования. В суматохе тех дней о нём вообще как-то позабыли, да и должность у него была незаметная, скажем прямо, не до уборщиков было полиции в те дни. А между тем в поведении Чарльза имелись подозрительные детали. Директор школы, когда его спосили о Хестере, припомнил, что тот однажды дал девочке 25 центов за помощь в уборке двора и эта щедрость вызвала скандал. Дело в том, что обслуживающему персоналу категорически запрещалось контактировать со школьниками и давать поводы для неформальных отношений; им не дозволялось угощать учащихся, дарить им любого рода подарки, даже самые невинные и уж тем более не позволялось давать деньги. Узнав о том, что уборщик дал девочке 25 центов, директор вызвал его к себе и провёл беседу, Хестер пообещал более такого рода «проколов» не допускать.
Страница 26 из 108
