В мировой истории мореплавания трагические события, связанные с пожаром на американском круизном лайнере «Морро Кастл» в сентябре 1934 г., стоят особняком. Среди катастроф пассажирских судов это происшествие, вроде бы, не попадает в число выдающихся — на«Титанике», «Лузитании» или«Вильгельме Густлове» ужасную смерть в пучине находили тысячи людей (причём, тремя упомянутыми кораблями мрачный список«рекордсменов» далеко не исчерпывается). Тем не менее, в отличие от подавляющего большинства трагедий на море, история случившегося на«Морро Кастл» за истекшие с той поры семь с лишком десятилетий не только не получила исчерпывающего объяснения, но напротив, запуталась до крайности.
Добавить в моё избранное
160 мин, 24 сек 20190
Помимо финансовой заинтересованности в перспективах развития отношений с СССР, определённую роль могли сыграть и чисто прагматические соображения психологического характера. Ко второй половине 1934 г. американское ФБР уже добилось впечатляющих успехов на ниве борьбы с преступностью. К тому времени были пойманы или уничтожены многие гангстеры, получившие общенациональную известность. А руководитель Бюро, Джон Эдгар Гувер, умело PR-ил эти успехи где только мог — уже работала общенациональная радиопрограмма «Час лаки страйк», каждый день рассказывавшая простым американцам о конкретных операциях «джи-менов», а журналист Кортни Купер вовсю кропал свою бесконечную сагу о ФБР (в период 1933-40 гг. он настрочил 24 отдельных рассказа, три романа и 4 киносценария о героических буднях специальных агентов). И вот на фоне этого бесконечного благостного рапорта о победах и удачах вдруг признать собственный провал и полную неспособность противостоять агентам «невидимого» Коминтерна?! Надо было быть сумасшедшим, чтобы предложить такое всемогущему Гуверу! Для руководителя Бюро расследований такой исход событий явился бы просто-напросто личным оскорблением.
Наивным американцам предстояло убедиться в том, сколь всемогуща и всеохватна советская разведка ещё очень нескоро — для этого должна будет закончиться Вторая Мировая война и советский шифровальщик Игорь Гузенко должен будет в сентябре 1945 г. передать канадцам целый портфель с неуничтоженными шифроблокнотами ГРУ, посредством которых будут прочитаным многие шифротелеграммы 40-х гг. Они-то и лишат господина Гувера многих иллюзий насчёт собственного всеведения и могущества. Но осенью 1934 г., подчеркнём, до этого было ещё очень и очень далеко.
Наконец, мог иметь место ещё один момент, который нельзя не принять во внимание. Вполне возможно, что расследование прокурора Мартина Конбоя всё же вышло на истинных виновников пожара на «Морро кастл». В принципе, это можно было сделать основываясь на тщательном изучении соответствия списка лиц, находившихся на борту лайнера, с фактическим наличием этих людей (либо наличием их трупов). Общее число исчезнувших и ненайденных людей (возможно, унесённых океаном или вообще не попавших на корабль) не превышало 4 человек, т. е. количественно списочный состав (т. н. «судовая роспись») довольно хорошо соответствовал фактическому наличию лиц, снятых с «Морро кастл», либо поднятых из воды. Тщательным изучением их анкетных данных и дактилоскопированием, можно было всех их проверить. Ведь в любом случае, речь идёт о сотнях людей, а не десятках тысяч или миллионах. Т.е. задача с точки зрения оперативной проверки вполне посильная. Нельзя исключить того, что ФБР совместно с Министерством юстиции «вычислило» возможных агентов Коминтерна, либо очень точно очертило круг потенциальных подозреваемых. Но все подозреваемые погибли в ходе пожара, либо пропали без вести и потому судить банально оказалось некого.
Можно было объявить на всю страну, что «Морро кастл» сожгли агенты Коминтерна, но привычного американцам happy end'а за этим не следовало. Кого судить? Кого разоблачать? Сталина в Кремле? Так он формально«был не при делах», как были «не при делах» Молотов, Литвинов, Мануильский, Ягода и прочая интернациональная сволочь из Москвы. А про Волльвебера тогда никто и знать толком ничего не знал, самому Судоплатову он был известен лишь под псевдонимом«Антон». Потому, даже нащупав коминтерновскую диверсионную ячейку, американское правосудие ничего не получало для публичного судебного процесса. Все соображения — предположительны, улики — косвенны, мотивация — неочевидна, «классовая ненависть» — недоказуема. Именно поэтому абсолютное большинство судебных процессов по«шпионским делам» либо проводилось в особом закрытом режиме (что в СССР, что на Западе — разницы принципиальной нет), либо получало офомление в виде особой сделки с правосудием, после чего следовал«размен» «наших разведчиков» на«ваших шпионов». Когда говорят о таких «разменах», обычно имеют в виду историю с обменом Пауэрса на Абеля, но на самом деле, примеров таких «сделок разведок» много больше. Причём, проводились они не только с участием советских разведслужб, но и между западными, например, между гестапо и английской MI-6 ещё до начала Второй Мировой войны. Впрочем, сейчас мы рискуем погрязнуть в таких дебрях истории мировых разведок, которые совсем уж никак не относятся к истории катастрофы на«Морро кастл».
Завершая своё краткое и далеко неполное исследование, автор напоследок хочет лишь отметить, что по его мнению в 1934 г. в США были люди — они есть и поныне, вполне осведомлённые об истинной причине пожара на «Морро кастл». Но в силу самых раз причин их возможности по огласке результатов засекреченного расследования ФБР и Минитерства юстиции, равны ныне нулю и будут оставаться таковыми ещё долгие годы. По мнению автора, так будет продолжаться до тех самых пор, пока в Российской Федерации будут оставаться секретными все материалы о подрывной деятельности против стран Запада как Коминтерна вообще, так и «сети Волльвебера» в частности.
Наивным американцам предстояло убедиться в том, сколь всемогуща и всеохватна советская разведка ещё очень нескоро — для этого должна будет закончиться Вторая Мировая война и советский шифровальщик Игорь Гузенко должен будет в сентябре 1945 г. передать канадцам целый портфель с неуничтоженными шифроблокнотами ГРУ, посредством которых будут прочитаным многие шифротелеграммы 40-х гг. Они-то и лишат господина Гувера многих иллюзий насчёт собственного всеведения и могущества. Но осенью 1934 г., подчеркнём, до этого было ещё очень и очень далеко.
Наконец, мог иметь место ещё один момент, который нельзя не принять во внимание. Вполне возможно, что расследование прокурора Мартина Конбоя всё же вышло на истинных виновников пожара на «Морро кастл». В принципе, это можно было сделать основываясь на тщательном изучении соответствия списка лиц, находившихся на борту лайнера, с фактическим наличием этих людей (либо наличием их трупов). Общее число исчезнувших и ненайденных людей (возможно, унесённых океаном или вообще не попавших на корабль) не превышало 4 человек, т. е. количественно списочный состав (т. н. «судовая роспись») довольно хорошо соответствовал фактическому наличию лиц, снятых с «Морро кастл», либо поднятых из воды. Тщательным изучением их анкетных данных и дактилоскопированием, можно было всех их проверить. Ведь в любом случае, речь идёт о сотнях людей, а не десятках тысяч или миллионах. Т.е. задача с точки зрения оперативной проверки вполне посильная. Нельзя исключить того, что ФБР совместно с Министерством юстиции «вычислило» возможных агентов Коминтерна, либо очень точно очертило круг потенциальных подозреваемых. Но все подозреваемые погибли в ходе пожара, либо пропали без вести и потому судить банально оказалось некого.
Можно было объявить на всю страну, что «Морро кастл» сожгли агенты Коминтерна, но привычного американцам happy end'а за этим не следовало. Кого судить? Кого разоблачать? Сталина в Кремле? Так он формально«был не при делах», как были «не при делах» Молотов, Литвинов, Мануильский, Ягода и прочая интернациональная сволочь из Москвы. А про Волльвебера тогда никто и знать толком ничего не знал, самому Судоплатову он был известен лишь под псевдонимом«Антон». Потому, даже нащупав коминтерновскую диверсионную ячейку, американское правосудие ничего не получало для публичного судебного процесса. Все соображения — предположительны, улики — косвенны, мотивация — неочевидна, «классовая ненависть» — недоказуема. Именно поэтому абсолютное большинство судебных процессов по«шпионским делам» либо проводилось в особом закрытом режиме (что в СССР, что на Западе — разницы принципиальной нет), либо получало офомление в виде особой сделки с правосудием, после чего следовал«размен» «наших разведчиков» на«ваших шпионов». Когда говорят о таких «разменах», обычно имеют в виду историю с обменом Пауэрса на Абеля, но на самом деле, примеров таких «сделок разведок» много больше. Причём, проводились они не только с участием советских разведслужб, но и между западными, например, между гестапо и английской MI-6 ещё до начала Второй Мировой войны. Впрочем, сейчас мы рискуем погрязнуть в таких дебрях истории мировых разведок, которые совсем уж никак не относятся к истории катастрофы на«Морро кастл».
Завершая своё краткое и далеко неполное исследование, автор напоследок хочет лишь отметить, что по его мнению в 1934 г. в США были люди — они есть и поныне, вполне осведомлённые об истинной причине пожара на «Морро кастл». Но в силу самых раз причин их возможности по огласке результатов засекреченного расследования ФБР и Минитерства юстиции, равны ныне нулю и будут оставаться таковыми ещё долгие годы. По мнению автора, так будет продолжаться до тех самых пор, пока в Российской Федерации будут оставаться секретными все материалы о подрывной деятельности против стран Запада как Коминтерна вообще, так и «сети Волльвебера» в частности.
Страница 46 из 47
