От пригородной платформы отошла в сторону Ростова-на-Дону очередная электричка, оставив на грязноватом бетонном перроне с десяток человек. Время ни то ни се: до конца рабочего дня остался еще час-другой, ехать в город по делам или за покупками уже поздно…
Добавить в моё избранное
478 мин, 41 сек 22453
Он сжимал ручку с такой силой, что костяшки пальцев на больших загребущих кистях стали совсем белыми. Наблюдательный капитан успел это заметить.
Взяв портфель в левую руку, мужчина полез во внутренний карман пиджака, достал бумажник, стал перекладывать какие-то квитанции и счета. Внезапно он стал суетлив и многословен.
— Вот, пожалуйста, мой паспорт, вот командировочное удостоверение, служебный пропуск. Я, понимаете ли, из командировки возвращаюсь. Домой еду. Вот, автобуса жду. Скучно, понимаете ли… Время как-то убить…
Он почему-то подмигнул капитану, неумело, словно намекая на какую-то общую тайну. И замолчал, часто и тяжело дыша.
Документы были в полном порядке. Заносовский не торопясь изучил их, вернул человеку с портфелем, извинился и козырнул. Капитан был в милицейской форме, поэтому должен был отдавать честь всем, к кому он обращался, даже подозрительным типам на автовокзалах, пристающим к девушкам.
— Все в порядке, извините за беспокойство, — сказал капитан. И добавил из вежливости: — Счастливого пути.
Мужчина быстро спрятал документы, кивнул и поспешно отошел от капитана. А того буквально через несколько минут сменили, и он направился домой, бормоча себе под нос не совсем обычную фамилию странного типа, который с такой силой сжимал ручку портфеля. Что-то в его поведении — поклясться можно — было странное. Не ведут себя так солидные люди. Облик, можно сказать, не соответствует поведению…
Прошли две недели, и наступило 13 сентября. Этому четвергу суждено было стать памятным днем в зловещей «Лесополосе». 13 сентября 1984 года предполагаемого убийцу арестовали. Посадили за решетку. Возбудили уголовное дело. Три месяца спустя его судили. Но не за убийства! Про убийства не было и речи. Ему вменили в вину ерунду, мелкое хищение. И выпустили на свободу. Он оставался на свободе до ноября 1990 года. За эти шесть лет он убил, согласно обвинительному заключению, 21 человека. И никто не знает, сколько их было на самом деле.
13 сентября капитан Александр Заносовский уже в который раз дежурил на пригородном автовокзале. С ним был напарник, тоже из Первомайского отделения милиции, Шайх-Ахмед Ахматханов. Оба в штатском. Не в чем-то специально подобранном, а так — кто в чем пришел из дома. Дело близилось к вечеру, оба милиционера за день изрядно намотались. После нескольких часов патрульной работы, как ты ни тренируйся и каким молодцом ни держись, ноги все равно гудят — если, конечно, работать по-честному. Лица мелькают, будто в калейдоскопе, и без навыка запомнить что-либо очень трудно.
Высокого мужчину в очках, того самого, у которого он две недели назад проверял документы, Заносовский увидел в дверях. Капитан уже почти забыл об этом типе. Отчего он так нервничал, когда у него попросили паспорт? Столько за эти дни физиономий видано, столько документов просмотрено… Но теперь, едва увидел его, сразу вспомнил. Подождал минуту, присмотрелся. Как и в прошлый раз, высокий шел по залу, бросая быстрые взгляды по сторонам. Можно подумать, что человек убивает время в праздном шатании. Но если приглядеться, можно заметить нервозность в его поведении и беспокойство в глазах. Как будто на охоту вышел. Как будто ждет, что вот-вот привалит удача.
Заносовский внезапно почувствовал: что-то за этим кроется. Это не пустой номер. Глаз не спускать. Так и сказал напарнику: глаз не спускать. Будем пасти его до последнего. И Ахматханову почудилось, что высокий мужчина в очках неуловимо похож на того человека, что изображен на листке, смятом и затертом от долгого таскания в кармане. Фоторобот, который им раздали в милиции, казался каким-то слишком уж приблизительным. Не портрет, а схема человека. Чтобы найти сходство с оригиналом, требовалась особая фантазия.
А на фантазию лучше не уповать. Иначе будешь гробить драгоценное время на проверку добропорядочных граждан. Как на грех, Ахматханов пришел на дежурство в ярко-желтой рубашке, которая бросалась в глаза издалека. Прямо-таки маяком светила через весь зал. Заносовский побоялся, что такой сигнальный фонарь сразу демаскирует их пару, и предложил держаться порознь. Сам он взял на себя очкарика с портфелем, хотя и предпочитал держаться от него подальше — а вдруг тот вспомнит, как у него проверяли документы?
Ахматханову сказал: отрабатывать все контакты. Как только этот тип с портфелем вступит с кем-то в разговор, безотрывно следить за собеседником. Договорились и разошлись, будто друг с другом не знакомы.
Мужчина побродил еще немного по автовокзалу, присматриваясь по своему обыкновению к публике, и, вероятно, ничего привлекательного не обнаружил, потому что вскоре вышел на привокзальную площадь. Здесь он долго гулять не стал, а сел в автобус номер семь, но не к центру, а, напротив, в сторону от города, к аэропорту. Заносовский и Ахматханов, каждый сам по себе, последовали за ним.
Взяв портфель в левую руку, мужчина полез во внутренний карман пиджака, достал бумажник, стал перекладывать какие-то квитанции и счета. Внезапно он стал суетлив и многословен.
— Вот, пожалуйста, мой паспорт, вот командировочное удостоверение, служебный пропуск. Я, понимаете ли, из командировки возвращаюсь. Домой еду. Вот, автобуса жду. Скучно, понимаете ли… Время как-то убить…
Он почему-то подмигнул капитану, неумело, словно намекая на какую-то общую тайну. И замолчал, часто и тяжело дыша.
Документы были в полном порядке. Заносовский не торопясь изучил их, вернул человеку с портфелем, извинился и козырнул. Капитан был в милицейской форме, поэтому должен был отдавать честь всем, к кому он обращался, даже подозрительным типам на автовокзалах, пристающим к девушкам.
— Все в порядке, извините за беспокойство, — сказал капитан. И добавил из вежливости: — Счастливого пути.
Мужчина быстро спрятал документы, кивнул и поспешно отошел от капитана. А того буквально через несколько минут сменили, и он направился домой, бормоча себе под нос не совсем обычную фамилию странного типа, который с такой силой сжимал ручку портфеля. Что-то в его поведении — поклясться можно — было странное. Не ведут себя так солидные люди. Облик, можно сказать, не соответствует поведению…
Прошли две недели, и наступило 13 сентября. Этому четвергу суждено было стать памятным днем в зловещей «Лесополосе». 13 сентября 1984 года предполагаемого убийцу арестовали. Посадили за решетку. Возбудили уголовное дело. Три месяца спустя его судили. Но не за убийства! Про убийства не было и речи. Ему вменили в вину ерунду, мелкое хищение. И выпустили на свободу. Он оставался на свободе до ноября 1990 года. За эти шесть лет он убил, согласно обвинительному заключению, 21 человека. И никто не знает, сколько их было на самом деле.
13 сентября капитан Александр Заносовский уже в который раз дежурил на пригородном автовокзале. С ним был напарник, тоже из Первомайского отделения милиции, Шайх-Ахмед Ахматханов. Оба в штатском. Не в чем-то специально подобранном, а так — кто в чем пришел из дома. Дело близилось к вечеру, оба милиционера за день изрядно намотались. После нескольких часов патрульной работы, как ты ни тренируйся и каким молодцом ни держись, ноги все равно гудят — если, конечно, работать по-честному. Лица мелькают, будто в калейдоскопе, и без навыка запомнить что-либо очень трудно.
Высокого мужчину в очках, того самого, у которого он две недели назад проверял документы, Заносовский увидел в дверях. Капитан уже почти забыл об этом типе. Отчего он так нервничал, когда у него попросили паспорт? Столько за эти дни физиономий видано, столько документов просмотрено… Но теперь, едва увидел его, сразу вспомнил. Подождал минуту, присмотрелся. Как и в прошлый раз, высокий шел по залу, бросая быстрые взгляды по сторонам. Можно подумать, что человек убивает время в праздном шатании. Но если приглядеться, можно заметить нервозность в его поведении и беспокойство в глазах. Как будто на охоту вышел. Как будто ждет, что вот-вот привалит удача.
Заносовский внезапно почувствовал: что-то за этим кроется. Это не пустой номер. Глаз не спускать. Так и сказал напарнику: глаз не спускать. Будем пасти его до последнего. И Ахматханову почудилось, что высокий мужчина в очках неуловимо похож на того человека, что изображен на листке, смятом и затертом от долгого таскания в кармане. Фоторобот, который им раздали в милиции, казался каким-то слишком уж приблизительным. Не портрет, а схема человека. Чтобы найти сходство с оригиналом, требовалась особая фантазия.
А на фантазию лучше не уповать. Иначе будешь гробить драгоценное время на проверку добропорядочных граждан. Как на грех, Ахматханов пришел на дежурство в ярко-желтой рубашке, которая бросалась в глаза издалека. Прямо-таки маяком светила через весь зал. Заносовский побоялся, что такой сигнальный фонарь сразу демаскирует их пару, и предложил держаться порознь. Сам он взял на себя очкарика с портфелем, хотя и предпочитал держаться от него подальше — а вдруг тот вспомнит, как у него проверяли документы?
Ахматханову сказал: отрабатывать все контакты. Как только этот тип с портфелем вступит с кем-то в разговор, безотрывно следить за собеседником. Договорились и разошлись, будто друг с другом не знакомы.
Мужчина побродил еще немного по автовокзалу, присматриваясь по своему обыкновению к публике, и, вероятно, ничего привлекательного не обнаружил, потому что вскоре вышел на привокзальную площадь. Здесь он долго гулять не стал, а сел в автобус номер семь, но не к центру, а, напротив, в сторону от города, к аэропорту. Заносовский и Ахматханов, каждый сам по себе, последовали за ним.
Страница 51 из 135
