Профессор Александр Бухановский уверен: серийных убийц можно выявлять и лечить. В России идет охота на детей. За два месяца жертвами преступников стали одиннадцать несовершеннолетних в возрасте от 5 до 10 лет. Кто эти чудовища? Что движет маньяками? Как их вычислить еще до того, как они перейдут грань? Можно ли остановить…
Добавить в моё избранное
11 мин, 26 сек 15510
Ответить на эти вопросы после 30 лет исследований и практики может профессор Александр Бухановский. В свое время он составил психологический портрет Андрея Чикатило и сумел его «разговорить». Уже много лет в частной клинике в Ростове-на-Дону он анонимно лечит потенциальных маньяков. На приеме у доктора Бухановского побывал спецкор «МК».
Угловой дом на улице Горького и Ворошиловского проспекта хорошо известен в Ростове. На первом этаже здесь располагается Научный лечебно-реабилитационный центр «Феникс». Нет ни ограды, ни решеток на окнах. На щите за стеклянной витриной читаю регалии профессора Бухановского: доктор медицинских наук, заведующий кафедрой психиатрии и наркологии Ростовского медицинского университета, профессор юридического факультета Ростовского университета, почетный член Ассоциации европейских психиатров, член Американских академий судебных наук, психиатрии и права. Бухановский — единственный из российских профессоров, кого пригласили читать лекции в самом закрытом подразделении ФБР, в отделе бихевиористики, который занимается поиском серийных убийц и маньяков.
За спиной чувствую чужое дыхание. Оборачиваюсь — вижу мужчину с запавшими глазами. На миг остановившись, он торопится юркнуть в дверь центра.
«Ну вот, — думаю, — встретилась с потенциальным маньяком».
— Лечим любые психические расстройства, — успокаивает профессор.
Бухановский не любит слово «маньяк». «В психиатрии» маниакальное состояние«— это состояние крайнего возбуждения, эйфории, повышенной деятельности». Это слово отпугивает психически больных людей. Они чувствуют себя еще большими изгоями.
— Сопереживаете серийным убийцам?
— Я не следователь, не моралист, не воспитатель. Я должен понять этих людей и по возможности предотвратить преступления.
Показываю доктору сводку о последних убийствах детей.
Доктор спокоен, хотя видно, что расстроен:
— К глубочайшему моему сожалению, ничего сверхъестественного не происходит. Эти случаи просто попали в фокус СМИ. Как ни страшно об этом говорить, но это штатная ситуация. Дети пропадают все время. В силу своего возраста и строения тела дети — самая беззащитная часть населения.
В этом году — ранняя весна. Для многих психических расстройств, в частности — маниакально-депрессивного психоза, некоторых форм шизофрении, эпилепсии и органических поражений головного мозга, свойственна сезонность.
Я не знаю ни одного серийного убийцы, который был бы совершенно здоров психически. При переходе от зимы к лету и от лета к зиме меняется настрой мозговых центров и функций, они адаптируются к окружающей среде: природной и социальной. Когда на системы ложатся большие нагрузки, возникают обострения.
— Перечисленные серии могут быть связаны между собой?
— Я не провидец и не ясновидящий. Но в свое время вместе с американскими коллегами мы выявили закономерность: в США мобильность среди серийных убийц гораздо выше, у нас же в России сохраняется высокий уровень территориальности. Наши «серийники» чаще всего совершают преступления в одном определенном районе.
— Это социальная проблема. Процесс, растянутый во времени. Мы исследовали психологию серийных убийц, их личность, сексуальность, структуру семьи и семейные отношения.
Все «серийники» в детстве воспитывались в неблагополучных семьях, где главенствовала мать. С детства ребенок подвергался унижению. Его постоянно контролировали и били. Вопросы секса в семье были запрещены. Отец был оттеснен от воспитательного процесса. Иногда он пытался доказать, что является отцом, при этом все воспитание сводилось к физическому насилию. Не получая в семье душевного тепла и ласки, ребенок рос замкнутым, у него были проблемы в общении со сверстниками. Часто он прятался от действительности в мире фантазий, которые со временем перерастали в садистские проявления.
— Среди моих «серийников» был Юрий Цюман, более известный как Черноколготочник. Он рос в семье законченных алкоголиков, в нищете, среди бесконечных скандалов. Мальчик безумно боялся мать, которая избивала его за малейшие провинности, постоянно угрожала повесить или задушить веревкой за непослушание. Отец также периодически бил ребенка. В силу этого у мальчика сформировалась явная недостаточность самооценки, полностью отсутствовали навыки самозащиты.
Он вырос и с периодичностью раз в месяц стал убивать девушек, одетых в черные колготки.
Еще пример. Будущий серийный убийца Владимир Муханкин в детстве уезжал на каникулы в деревню к бабушке. Чтобы окрестная ребятня на него плохо не повлияла, бабушка не выпускала парня со двора. Когда мальчик убегал, она брала в руки хворостину и через всю деревню, на осмеяние окружающим, гнала его домой. В школе над Муханкиным издевались. Он был изгоем.
Угловой дом на улице Горького и Ворошиловского проспекта хорошо известен в Ростове. На первом этаже здесь располагается Научный лечебно-реабилитационный центр «Феникс». Нет ни ограды, ни решеток на окнах. На щите за стеклянной витриной читаю регалии профессора Бухановского: доктор медицинских наук, заведующий кафедрой психиатрии и наркологии Ростовского медицинского университета, профессор юридического факультета Ростовского университета, почетный член Ассоциации европейских психиатров, член Американских академий судебных наук, психиатрии и права. Бухановский — единственный из российских профессоров, кого пригласили читать лекции в самом закрытом подразделении ФБР, в отделе бихевиористики, который занимается поиском серийных убийц и маньяков.
За спиной чувствую чужое дыхание. Оборачиваюсь — вижу мужчину с запавшими глазами. На миг остановившись, он торопится юркнуть в дверь центра.
«Ну вот, — думаю, — встретилась с потенциальным маньяком».
— Лечим любые психические расстройства, — успокаивает профессор.
Бухановский не любит слово «маньяк». «В психиатрии» маниакальное состояние«— это состояние крайнего возбуждения, эйфории, повышенной деятельности». Это слово отпугивает психически больных людей. Они чувствуют себя еще большими изгоями.
— Сопереживаете серийным убийцам?
— Я не следователь, не моралист, не воспитатель. Я должен понять этих людей и по возможности предотвратить преступления.
Показываю доктору сводку о последних убийствах детей.
Доктор спокоен, хотя видно, что расстроен:
— К глубочайшему моему сожалению, ничего сверхъестественного не происходит. Эти случаи просто попали в фокус СМИ. Как ни страшно об этом говорить, но это штатная ситуация. Дети пропадают все время. В силу своего возраста и строения тела дети — самая беззащитная часть населения.
В этом году — ранняя весна. Для многих психических расстройств, в частности — маниакально-депрессивного психоза, некоторых форм шизофрении, эпилепсии и органических поражений головного мозга, свойственна сезонность.
Я не знаю ни одного серийного убийцы, который был бы совершенно здоров психически. При переходе от зимы к лету и от лета к зиме меняется настрой мозговых центров и функций, они адаптируются к окружающей среде: природной и социальной. Когда на системы ложатся большие нагрузки, возникают обострения.
— Перечисленные серии могут быть связаны между собой?
— Я не провидец и не ясновидящий. Но в свое время вместе с американскими коллегами мы выявили закономерность: в США мобильность среди серийных убийц гораздо выше, у нас же в России сохраняется высокий уровень территориальности. Наши «серийники» чаще всего совершают преступления в одном определенном районе.
«Убивая собаку, рыдал, но остановиться не мог»
Кто эти нелюди, в чью душу вселяется дьявол? Ведь маньяками не рождаются?— Это социальная проблема. Процесс, растянутый во времени. Мы исследовали психологию серийных убийц, их личность, сексуальность, структуру семьи и семейные отношения.
Все «серийники» в детстве воспитывались в неблагополучных семьях, где главенствовала мать. С детства ребенок подвергался унижению. Его постоянно контролировали и били. Вопросы секса в семье были запрещены. Отец был оттеснен от воспитательного процесса. Иногда он пытался доказать, что является отцом, при этом все воспитание сводилось к физическому насилию. Не получая в семье душевного тепла и ласки, ребенок рос замкнутым, у него были проблемы в общении со сверстниками. Часто он прятался от действительности в мире фантазий, которые со временем перерастали в садистские проявления.
— Среди моих «серийников» был Юрий Цюман, более известный как Черноколготочник. Он рос в семье законченных алкоголиков, в нищете, среди бесконечных скандалов. Мальчик безумно боялся мать, которая избивала его за малейшие провинности, постоянно угрожала повесить или задушить веревкой за непослушание. Отец также периодически бил ребенка. В силу этого у мальчика сформировалась явная недостаточность самооценки, полностью отсутствовали навыки самозащиты.
Он вырос и с периодичностью раз в месяц стал убивать девушек, одетых в черные колготки.
Еще пример. Будущий серийный убийца Владимир Муханкин в детстве уезжал на каникулы в деревню к бабушке. Чтобы окрестная ребятня на него плохо не повлияла, бабушка не выпускала парня со двора. Когда мальчик убегал, она брала в руки хворостину и через всю деревню, на осмеяние окружающим, гнала его домой. В школе над Муханкиным издевались. Он был изгоем.
Страница 1 из 4
