В июне 2018-го года, Марси Уэббер, жительница Блумингдейла, штат Иллинойс, вновь предстала перед судом. В 2010-м году Марси перерезала горло своей 4-летней дочери Мэгги, считая, что девочку хотят похитить члены сатанинского культа. И новый суд должен был определить, вылечилась ли она, и можно ли её освободить.
Добавить в моё избранное
10 мин, 42 сек 19448
Тогда, в своем воспаленном мозгу 43-летняя Марси думала, что Мэгги — в смертельной опасности. Она рассказала, что ей казалось, будто члены тайного сатанинского общества преследуют их обеих.
Эти люди, говорила Уэббер, хотели похитить Мэгги, чтобы сексуально поработить её, и тогда душа ребенка навечно попала бы в ад.
Поэтому в холодное ноябрьское утро 2010-го года, спустя несколько недель с её дня рождения, и через несколько дней после того, как она одевала девочку Русалочкой на Хэллоуин, Марси Уэббер перерезала дочери горло, после чего пыталась покончить с собой, воспользовавшись тем же ножом, и порезав себе горло и запястья.
Но до этого женщина сделала магнитофонную запись, где сказала, что «Ангелы ведут их на небеса».
В 2012-м, проведя два года в тюрьме, Уэббер была признана невменяемой и отправлена на принудительное лечение в психиатрическую клинику Элгина сроком до 100 лет — таков был приговор.
И вот, пять лет спустя врачи посчитали, что теперь женщина — в стабильном состоянии, и Марси надеется убедить судью округа DuPage, что она больше не представляет опасности ни для других, ни для себя.
Согласно отчетам медиков, которые Марси предоставила журналистам, у неё наступила полная ремиссия.
Однако прокуроры выступили против ходатайства.
«Chicago Tribune» удалось провести несколько интервью с Уэббер, которая после семи лет лечения, надеялась выйти на свободу.
50-летняя Уэббер, рассказала что она считает, что больше не больна.
«Я беру на себя полную ответственность за свои действия, но их причиной стал временный психоз из-за того, что я длительное время использовала, а потом сделала перерыв в приеме множества антидепрессантов и антипсихотиков».
Также во время интервью в Чикагском центре психического здоровья женщина сказала, что ей больше не требуется госпитализация, и что она надеется жить рядом со своим пожилым отцом в Аризоне, которому требуется уход и забота.
О Мэгги Марси вспоминает, плача, и говорит что она всё хорошо помнит.
Девочка была младшей из трех дочерей Уэббер. Она любила плавать, играть с куклами и обожала говорить маме, как сильно её любит.
«Все реагируют одинаково: как мать может сделать что-то подобное? Я их понимаю. Я тоже не могла себе представить, что способна на такое. Но любой, у кого был настоящий психоз, знает: у вас просто нет возможности сделать выбор», — говорит Марси. «Я не понимала, что причиняю ей боль, что убиваю её. Но я думала, что так я спасаю мою Мэгги».
Уэббер родилась в 1967-м году, а в 1987-м поступила в армию, в составе экипажа ракеты «Першинг», штаб-квартира которой находится в Германии. Затем, после увольнения в 1989-м году она получила степень бакалавра коммуникаций в Университете Иллинойса, в Чикаго.
Позже, родив первенца, женщина переехала на север штата Нью-Йорк, где училась в юридической школе в Олбани, параллельно работая и участвуя в разнообразных волонтерских проектах.
По её словам, причин зависимости от антидепрессантов было несколько, и эти причины завязались в тугой клубок: два неудачных брака, за ними последовали изматывающие суды по опеке, и, соответственно, начались финансовые проблемы.
Её старшая дочь, Мэллори, родилась в 1992-м году, и вскоре после этого Марси вступила в битву за опеку её отцом.
Тогда её врач прописал Марси «Паксил», чтобы «снять стресс», и понеслась.
В течение следующих нескольких лет Уэббер работала на различных рекламных должностях, и во время приема Паксила она постоянно страдала от беспокойства и бессонницы.
В 2000-м году она родила вторую дочь Мэдисон, и, поскольку она боролась со стрессом, связанным с уходом за новорожденным, врач прописал ей более высокую дозу Паксила.
В 2001-м году Марси поступила на юридический факультет Олбани, и, когда её проблемы со сном становились все хуже, психиатр добавил к Паксилу ещё один препарат — «Зипрексу». Это должно было снизить тревожность и помочь ей уснуть.
В какой-то момент в коктейль добавили «Веллбутрин».
В январе 2002-го года Марси не могла получать лекарства по рецепту из-за проблем со страховкой, а резкий отказ от коктейля привел её в штопор. И после того, как она приставила нож к руке на глазах у мужа, её отправили в больницу.
И остаток того года прошел ещё более хаотично. Муж ушел, и в её коктейль с лекарствами вошли «Золофт», «Нейронтин» и«Сероквель», причем последний препарат заменил Зипрексу.
Этот коктейль часто вызывал мучительную акатизию, и теперь Марси начала пить алкоголь, чтобы смягчить боль.
Еще дважды в том году она добровольно ложилась в больницу в надежде избавиться стрессов.
В последующие годы Уэббер взяла отпуск по болезни, окончив пять из восьми семестров в школе Олбани. Она заботилась о своих двух дочерях, с трудом сводя концы с концами, а в 2006-м году у неё родилась третья дочь — Магдалина «Мэгги» Уэббер.
Эти люди, говорила Уэббер, хотели похитить Мэгги, чтобы сексуально поработить её, и тогда душа ребенка навечно попала бы в ад.
Поэтому в холодное ноябрьское утро 2010-го года, спустя несколько недель с её дня рождения, и через несколько дней после того, как она одевала девочку Русалочкой на Хэллоуин, Марси Уэббер перерезала дочери горло, после чего пыталась покончить с собой, воспользовавшись тем же ножом, и порезав себе горло и запястья.
Но до этого женщина сделала магнитофонную запись, где сказала, что «Ангелы ведут их на небеса».
В 2012-м, проведя два года в тюрьме, Уэббер была признана невменяемой и отправлена на принудительное лечение в психиатрическую клинику Элгина сроком до 100 лет — таков был приговор.
И вот, пять лет спустя врачи посчитали, что теперь женщина — в стабильном состоянии, и Марси надеется убедить судью округа DuPage, что она больше не представляет опасности ни для других, ни для себя.
Согласно отчетам медиков, которые Марси предоставила журналистам, у неё наступила полная ремиссия.
Однако прокуроры выступили против ходатайства.
«Chicago Tribune» удалось провести несколько интервью с Уэббер, которая после семи лет лечения, надеялась выйти на свободу.
50-летняя Уэббер, рассказала что она считает, что больше не больна.
«Я беру на себя полную ответственность за свои действия, но их причиной стал временный психоз из-за того, что я длительное время использовала, а потом сделала перерыв в приеме множества антидепрессантов и антипсихотиков».
Также во время интервью в Чикагском центре психического здоровья женщина сказала, что ей больше не требуется госпитализация, и что она надеется жить рядом со своим пожилым отцом в Аризоне, которому требуется уход и забота.
О Мэгги Марси вспоминает, плача, и говорит что она всё хорошо помнит.
Девочка была младшей из трех дочерей Уэббер. Она любила плавать, играть с куклами и обожала говорить маме, как сильно её любит.
«Все реагируют одинаково: как мать может сделать что-то подобное? Я их понимаю. Я тоже не могла себе представить, что способна на такое. Но любой, у кого был настоящий психоз, знает: у вас просто нет возможности сделать выбор», — говорит Марси. «Я не понимала, что причиняю ей боль, что убиваю её. Но я думала, что так я спасаю мою Мэгги».
Уэббер родилась в 1967-м году, а в 1987-м поступила в армию, в составе экипажа ракеты «Першинг», штаб-квартира которой находится в Германии. Затем, после увольнения в 1989-м году она получила степень бакалавра коммуникаций в Университете Иллинойса, в Чикаго.
Позже, родив первенца, женщина переехала на север штата Нью-Йорк, где училась в юридической школе в Олбани, параллельно работая и участвуя в разнообразных волонтерских проектах.
По её словам, причин зависимости от антидепрессантов было несколько, и эти причины завязались в тугой клубок: два неудачных брака, за ними последовали изматывающие суды по опеке, и, соответственно, начались финансовые проблемы.
Её старшая дочь, Мэллори, родилась в 1992-м году, и вскоре после этого Марси вступила в битву за опеку её отцом.
Тогда её врач прописал Марси «Паксил», чтобы «снять стресс», и понеслась.
В течение следующих нескольких лет Уэббер работала на различных рекламных должностях, и во время приема Паксила она постоянно страдала от беспокойства и бессонницы.
В 2000-м году она родила вторую дочь Мэдисон, и, поскольку она боролась со стрессом, связанным с уходом за новорожденным, врач прописал ей более высокую дозу Паксила.
В 2001-м году Марси поступила на юридический факультет Олбани, и, когда её проблемы со сном становились все хуже, психиатр добавил к Паксилу ещё один препарат — «Зипрексу». Это должно было снизить тревожность и помочь ей уснуть.
В какой-то момент в коктейль добавили «Веллбутрин».
В январе 2002-го года Марси не могла получать лекарства по рецепту из-за проблем со страховкой, а резкий отказ от коктейля привел её в штопор. И после того, как она приставила нож к руке на глазах у мужа, её отправили в больницу.
И остаток того года прошел ещё более хаотично. Муж ушел, и в её коктейль с лекарствами вошли «Золофт», «Нейронтин» и«Сероквель», причем последний препарат заменил Зипрексу.
Этот коктейль часто вызывал мучительную акатизию, и теперь Марси начала пить алкоголь, чтобы смягчить боль.
Еще дважды в том году она добровольно ложилась в больницу в надежде избавиться стрессов.
В последующие годы Уэббер взяла отпуск по болезни, окончив пять из восьми семестров в школе Олбани. Она заботилась о своих двух дочерях, с трудом сводя концы с концами, а в 2006-м году у неё родилась третья дочь — Магдалина «Мэгги» Уэббер.
Страница 1 из 4
