Уже третью неделю у криминального корреспондента непотопляемого «MK» Феди Спичкина свербело в носу, мозгу, сердце, заднице и т.д. Всеми фибрами своего, тончайше настроенного на криминал тела, он чувствовал, что в столице происходит что-то из ряда вон выходящее, и именно в сфере его профессиональных интересов. Но все попытки разобраться, что же происходит на самом деле, натыкались на непроходимую стену молчания…
Добавить в моё избранное
23 мин, 35 сек 11154
— По некоторым признакам — не единственное, — ответил начальник Службы собственной безопасности МВД.
— По каким признакам?
— Грядет волна отставок по собственному желанию. В МВД за последнюю неделю подано пятнадцать рапортов от старших офицеров. Если эти ребята пробьются к средствам массовой информации, ручеек может превратиться в бурный поток.
— У меня тоже девять, — мрачно заметил министр обороны.
— Восемь с половиной. Как у Феллини, — сказал директор ФСБ. — Относительно одного я еще не решил, принимать или нет.
— Четыре из пятнадцати — мои, — развел руками чиновный прорицатель.
— А у меня как всегда! — гордо вскинул голову «чрезвычайщик».
— А у тебя и воровать-то нечего! — улыбнулся министр экономики.
— Как это нечего! — раскипятился тот. — Продукты, медикаменты, палатки, стройматериалы, одежонка разная… Да я с любого каравана на мильон могу спустить на сторону так, что никто не заметит!
И тогда министры позволили себе расслабиться. Даже главный милиционер пару раз хмыкнул для приличия. Остальные закатывались дружным хохотом.
— Хватит, повеселились, — устало сказал президент. — Время закругляться. Значит, так: пока парламентарии на каникулах, ФСБ аккуратно, — я повторяю — аккуратно, шумиха в парламенте мне не нужна, — проверит нашего нарвавшегося коллегу и тех двоих, кто не единым словом…
— Я предлагаю передать это дело в производство ФСБ. Наши экстремалы непременно будут выходить на контакт со средствами массовой информации, тут-то они их и накроют, если повезет, — предложил начальник Службы собственной безопасности.
— Я согласен с генералом, — присоединился министр обороны.
— Я тоже, — поддержал глава МИДа.
Президент продолжал что-то рисовать на листе бумаги.
— Мы не будем передавать это дело ФСБ, — отчетливо произнес он, не поднимая глаз. — Пускай МВД продолжает разыскивать чеченских террористов. Бог в помощь! Министерство финансов к началу сентября подготовит законопроект о легализации вывезенных капиталов по откорректированному бельгийскому сценарию: 13% подоходного налога при условии возврата четверти суммы в Россию. Остальные средства будут считаться легализованными и могут продолжать работать за рубежом. В случае возврата всего капитала на срок не менее трех лет подоходный налог составит 9%. Особое внимание прощу уделить гарантиям безопасности тем, кто нас услышит. Кто не услышит, пусть запасется бронированными штанами. И последнее: мы не станем препятствовать публикации материалов о деятельности этих робин гудов.
— Ну, дела! — воскликнул министр экономики. — Ведь побегут из России!
— А мы посмотрим, кто побежит. Или мы не члены Интерпола?
— Много он нам помог, этот Интерпол! Только подставил в Афинах с Гусинским, — проворчал министр иностранных дел.
— Надо самим не быть раззявами и отзывать запрос, коль сумели договориться!
— За границей сочтут, что все это дело инспирировано властями, — не сдавался глава МИДа.
— Пора бы уже и привыкнуть! Когда за пятнадцать с половиной миллионов долларов выпускают из тюрьмы зятя Шеварднадзе или конфискуют без суда и следствия имущество Абашидзе, что-то они не шибко возмущаются! Какую вы прогнозируете реакцию на сообщение о деяниях новоявленных антикоррупционеров? — обратился президент к министру по делам печати.
— Самую положительную, если сумеем убедить народ, что правительство не причастно к самоуправству. Закон о легализации капиталов как вынужденная мера против экстремальных правдоискателей. Между прочим, главный редактор «MK» с самого утра ломится в мой кабинет. Сердце подсказывает, что по этому поводу.
— Ознакомьте его с имеющимися материалами. Пусть публикует, но никаких фамилий! Докопаются сами, флаг им в руки!
— А мне что делать со своими подопечными! К каждому по паре санитаров приставить! — возопил министр здравоохранения.
— Выдай им ножи и вилки! — посоветовал главный знаток того, как вести себя в чрезвычайных обстоятельствах.
Возвратившись из Кремля, Главный первым делом распорядился задержать печатанье уже сверстанного завтрашнего номера, заперся у себя в кабинете, отключил телефоны и собственноручно и координально переработал опус своего криминального репортера. Подписав статью его именем, он долго раздумывал над заглавием. Остановился на вызывающе-двусмысленном названии, в полной мере отражающем стиль издания, главным редактором и фактическим владельцем которого он состоял, — «Петушиное возмездие». Распечатал статью на принтере, еще раз перечитал и единым росчерком пера подписал к печати.
Федя Спичкин, как и обещал, отзвонил своему информатору.
— Можешь говорить свободно? — спросил он.
— Перезвони через десять минут!
Федя перезвонил.
— Теперь порядок. Можешь рассказывать, где скрывается наш друг Бен Ладен, — услышал он знакомый голос «с той стороны».
— По каким признакам?
— Грядет волна отставок по собственному желанию. В МВД за последнюю неделю подано пятнадцать рапортов от старших офицеров. Если эти ребята пробьются к средствам массовой информации, ручеек может превратиться в бурный поток.
— У меня тоже девять, — мрачно заметил министр обороны.
— Восемь с половиной. Как у Феллини, — сказал директор ФСБ. — Относительно одного я еще не решил, принимать или нет.
— Четыре из пятнадцати — мои, — развел руками чиновный прорицатель.
— А у меня как всегда! — гордо вскинул голову «чрезвычайщик».
— А у тебя и воровать-то нечего! — улыбнулся министр экономики.
— Как это нечего! — раскипятился тот. — Продукты, медикаменты, палатки, стройматериалы, одежонка разная… Да я с любого каравана на мильон могу спустить на сторону так, что никто не заметит!
И тогда министры позволили себе расслабиться. Даже главный милиционер пару раз хмыкнул для приличия. Остальные закатывались дружным хохотом.
— Хватит, повеселились, — устало сказал президент. — Время закругляться. Значит, так: пока парламентарии на каникулах, ФСБ аккуратно, — я повторяю — аккуратно, шумиха в парламенте мне не нужна, — проверит нашего нарвавшегося коллегу и тех двоих, кто не единым словом…
— Я предлагаю передать это дело в производство ФСБ. Наши экстремалы непременно будут выходить на контакт со средствами массовой информации, тут-то они их и накроют, если повезет, — предложил начальник Службы собственной безопасности.
— Я согласен с генералом, — присоединился министр обороны.
— Я тоже, — поддержал глава МИДа.
Президент продолжал что-то рисовать на листе бумаги.
— Мы не будем передавать это дело ФСБ, — отчетливо произнес он, не поднимая глаз. — Пускай МВД продолжает разыскивать чеченских террористов. Бог в помощь! Министерство финансов к началу сентября подготовит законопроект о легализации вывезенных капиталов по откорректированному бельгийскому сценарию: 13% подоходного налога при условии возврата четверти суммы в Россию. Остальные средства будут считаться легализованными и могут продолжать работать за рубежом. В случае возврата всего капитала на срок не менее трех лет подоходный налог составит 9%. Особое внимание прощу уделить гарантиям безопасности тем, кто нас услышит. Кто не услышит, пусть запасется бронированными штанами. И последнее: мы не станем препятствовать публикации материалов о деятельности этих робин гудов.
— Ну, дела! — воскликнул министр экономики. — Ведь побегут из России!
— А мы посмотрим, кто побежит. Или мы не члены Интерпола?
— Много он нам помог, этот Интерпол! Только подставил в Афинах с Гусинским, — проворчал министр иностранных дел.
— Надо самим не быть раззявами и отзывать запрос, коль сумели договориться!
— За границей сочтут, что все это дело инспирировано властями, — не сдавался глава МИДа.
— Пора бы уже и привыкнуть! Когда за пятнадцать с половиной миллионов долларов выпускают из тюрьмы зятя Шеварднадзе или конфискуют без суда и следствия имущество Абашидзе, что-то они не шибко возмущаются! Какую вы прогнозируете реакцию на сообщение о деяниях новоявленных антикоррупционеров? — обратился президент к министру по делам печати.
— Самую положительную, если сумеем убедить народ, что правительство не причастно к самоуправству. Закон о легализации капиталов как вынужденная мера против экстремальных правдоискателей. Между прочим, главный редактор «MK» с самого утра ломится в мой кабинет. Сердце подсказывает, что по этому поводу.
— Ознакомьте его с имеющимися материалами. Пусть публикует, но никаких фамилий! Докопаются сами, флаг им в руки!
— А мне что делать со своими подопечными! К каждому по паре санитаров приставить! — возопил министр здравоохранения.
— Выдай им ножи и вилки! — посоветовал главный знаток того, как вести себя в чрезвычайных обстоятельствах.
Возвратившись из Кремля, Главный первым делом распорядился задержать печатанье уже сверстанного завтрашнего номера, заперся у себя в кабинете, отключил телефоны и собственноручно и координально переработал опус своего криминального репортера. Подписав статью его именем, он долго раздумывал над заглавием. Остановился на вызывающе-двусмысленном названии, в полной мере отражающем стиль издания, главным редактором и фактическим владельцем которого он состоял, — «Петушиное возмездие». Распечатал статью на принтере, еще раз перечитал и единым росчерком пера подписал к печати.
Федя Спичкин, как и обещал, отзвонил своему информатору.
— Можешь говорить свободно? — спросил он.
— Перезвони через десять минут!
Федя перезвонил.
— Теперь порядок. Можешь рассказывать, где скрывается наш друг Бен Ладен, — услышал он знакомый голос «с той стороны».
Страница 7 из 8
