Отец

И тут же ветер вновь зашумел в листьях, верхушки деревьев закачались из стороны в сторону. Вновь зазвучала музыка из преисподней, и невидимые инструменты возобновили свой дьявольский концерт.

— Восстань из могилы Сергей Артемьев — посреди шума ветра и музыки, прозвучал низкий голос Буне.

Шатко установленный крест зашатался, холм земли под ним начал вздыматься и опускаться, будто кто то прилагал усилия выбраться наружу. Крест упал набок. Из под земли вылезла, затянутая высохшей, обгоревшей плотью рука, за ней вторая. Разгребая землю и траву, руки образовали яму, из которой высунулся голый череп. Выплевывая набившуюся в рот землю, изрыгая ошметки грязи, мертвец вылез по пояс, цепляясь руками в землю перед собой и вытягивая себя наружу. Остатки обгоревшей кожи и одежды едва прикрывали ребра. Звуки музыки поднялись на высокую ноту, в бешеном темпе задвигались смычки скрипок, словно невидимые музыканты приветствовали узника могилы, выбравшегося на свободу. Мертвец вылез, встав на четвереньки, за тем поднялся в полный рост, представляя собой в большей степени одни кости.

— Обрасти плотью — повелел демон.

И тут же, в глазницах черепа правились глазные яблоки, кости обтянулись мышцами, мышцы обтянулись кожей, на голове появились волосы, спустившись на лоб и вдоль лица. То, что представляло из себя обуглившиеся лохмотья вновь стало одеждой, черные брюки, лаковые ботинки и длинный до колен френч пиджак. Дьявольская какофония смолкла, ветер утих. Перед Сашей стоял человек, чье лицо он видел только, что на картине, перед Сашей стоял отец.

— Ты справился малыш — сказал отец сыну, потрепав его по голове и приобняв за плечи. — Спасибо тебе.

Мальчик в ответ приобнял отца, и они, наконец, смогли выразить друг другу свои чувства. За тем отстранившись от сына, отец еще раз потрепал его по волосам и повернулся к успевшему спрятать руку обратно под плащ и наблюдавшему за трогательной сценой Буне.

— Спасибо Буне — задрав голову к великану, произнес Сергей Артемьев. — Спасибо, за второй раз подаренную мне жизнь.

— Рад снова увидеть вас великий магистр — приветствовал чернокнижника Буне.

— Взаимно могущественный герцог — приветствовал демона отец. — Рад нашей встречи и я.

Сергей Артемьев и демон, положа руку на грудь, поклонились друг другу.

Возвращение.

Марина Николаевна, задержавшись на работе, отстояв в пробках на дорогах и в очереди в магазине, вернулась домой затемно. Открыв дверь квартиры, она удивилась, что свет в квартире не горел, ни в комнате, ни в спальне, ни на кухне. Муж и младший сын обычно в это время всегда были дома, встречая ее после работы, с уже разогретым на плите ужином.

— Володя? — окрикнула встревоженная женщина.

Ей ответила тишина.

— Володя, Миша?

Лишь клацанье часов на кухне, и работа холодильника, вот и все, что издавало звуки в квартире. Ее волнение усилилось, усилилось от того, что уходя с работы, Марина Николаевна позвонила мужу, и тот ответил, что они с сыном дома, ужин на плите, уроки с Мишенькой выучены, дома все хорошо, и они ждут ее прихода.

— Володя? — очередной раз позвала женщина, разувшись и войдя в комнату. — Вы спите?

Посреди комнаты, в свете проникшего в окно уличного фонаря темными силуэтами выделились две фигуры, высокая и поменьше.

— Кто здесь? — испугавшись, спросила женщина.

— Мама — произнес голос.

— Саша ты?

— Я хочу сказать тебе радостную весть мама. Папа вернулся.

— Какой такой папа? — Марина Николаевна водила рукой по стенке, в поисках выключателя. — Володя это ты?

— Да нет же, это мой папа — ответил матери сын.

— Здравствуй Марина — ответил ей другой голос.

— Кто здесь? — в голосе женщины угадывался испуг.

— Это я, Марина, твой муж Сергей.

— Саша кто с тобой? — тщетно шаря рукой по стенке в поисках кнопки выключателя, с тревогой и со страхом в голосе, чуть ли не выкрикнула она. — Кто стоит с тобой рядом Саша? Кто он?

Силуэты вновь замолчали, но наконец, женщине удалось отыскать нужную кнопку и включить свет. Увидев старшего сына, рядом с умершим мужем, Марина Николаевна вскрикнула.

— Не может быть — ужаснулась она. — Это невозможно.

Ее первый муж Сергей, в темном костюме и с зачесанными назад волосами улыбался ей, а рядом с ним улыбался ее сын. Они взирали на нее темно карими глазами, и они были похожи друг на друга, похожи как две капли воды.

— Саша, это не твой отец — голос у Марины Николаевны дрожал — твой отец умер, это кто то другой, отойди от него.

— Да нет же, нет.

— Саша отойди.

— Да нет же, это он, он, мой папа. Я собственными глазами видел, как он вылез из могилы — доказывал матери сын.

— Не может быть — еще раз вскрикнула женщина, за тем опустила глаза в пол.