2030 год. Остров Эйтлин. Тик-так, тик-так, тик-так! Тихо бьют часики… до заветных двенадцати еще ой как много!
Добавить в моё избранное
36 мин, 15 сек 14234
Чудненько, тогда все на борт! — донесся голос из корабельного репродуктора, и покрытый старой ржавчиной корабль принимал пассажиров на борт.
— Значит, это была запланированная акция? — спросил Ганник.
— Значит запланированная. А тебе не все равно? — раздраженно произнес Древень. — Странно это все… корабль… Мертвая голова…
— Он забирает к себе всех зеков, — сказал Борян.
— Всех без исключения? Даже тех, что находились в подвале? — удивился Артем. — Я думал, что только нормальных.
— Я же сказал тебе, всех! — рыкнул Борян. — Значит всех! Поскорей бы уже отплыть отсюда! Тошнит от этого снега!
Подойдя к трапу, Ганник обернулся: позади шла целая вереница освобожденных зеков. Прислушавшись, он различил зычные голоса:
— Эй, поднимай! Давай-давай, живее! — Ганник всмотрелся вдаль и увидел, как зеки набросили веревку на толстую шею бывшего начальника тюрьмы Коптелова. Было слышно, как тот орал, словно затравленная свинья. Руки у него были связаны за спиной, а двое здоровенных заключенных, взяв в руки веревку, подняли его так высоко, как это вообще мог позволить заиндевевший флагшток, на котором ранее висел российский флаг, а теперь — казненный Коптелов…
— Внимание, вещает Мертвая голова! Мы провели с вами незабываемое время! Надеюсь, слишком пестрая публика не разочарует вас, ребятки, особенно тех двоих, которым сильно не повезло оказаться на борту этого корабля.
— Интересно, кто эти несчастные? — спросил Ганник, посмотрев на Артема, и услышал доносившийся из толпы знакомый голос, который вещал: «Милый, милый дядюшка Гримм, усни своим сном, дядюшка Гримм… Все мы когда-нибудь умрем».
— А ну расступитесь, упыри! Дайте дорогу! — кричал кто-то среди зеков. Голос все приближался. И когда люди посторонились, дали пройти Хирургу, маньяк показал на друзей, злобно ухмыльнулся и пробормотал:
— Привет, мальчуки!
Его лицо, выбеленное и испещренное швами, стало еще более страшным.
— Значит, это была запланированная акция? — спросил Ганник.
— Значит запланированная. А тебе не все равно? — раздраженно произнес Древень. — Странно это все… корабль… Мертвая голова…
— Он забирает к себе всех зеков, — сказал Борян.
— Всех без исключения? Даже тех, что находились в подвале? — удивился Артем. — Я думал, что только нормальных.
— Я же сказал тебе, всех! — рыкнул Борян. — Значит всех! Поскорей бы уже отплыть отсюда! Тошнит от этого снега!
Подойдя к трапу, Ганник обернулся: позади шла целая вереница освобожденных зеков. Прислушавшись, он различил зычные голоса:
— Эй, поднимай! Давай-давай, живее! — Ганник всмотрелся вдаль и увидел, как зеки набросили веревку на толстую шею бывшего начальника тюрьмы Коптелова. Было слышно, как тот орал, словно затравленная свинья. Руки у него были связаны за спиной, а двое здоровенных заключенных, взяв в руки веревку, подняли его так высоко, как это вообще мог позволить заиндевевший флагшток, на котором ранее висел российский флаг, а теперь — казненный Коптелов…
— Внимание, вещает Мертвая голова! Мы провели с вами незабываемое время! Надеюсь, слишком пестрая публика не разочарует вас, ребятки, особенно тех двоих, которым сильно не повезло оказаться на борту этого корабля.
— Интересно, кто эти несчастные? — спросил Ганник, посмотрев на Артема, и услышал доносившийся из толпы знакомый голос, который вещал: «Милый, милый дядюшка Гримм, усни своим сном, дядюшка Гримм… Все мы когда-нибудь умрем».
— А ну расступитесь, упыри! Дайте дорогу! — кричал кто-то среди зеков. Голос все приближался. И когда люди посторонились, дали пройти Хирургу, маньяк показал на друзей, злобно ухмыльнулся и пробормотал:
— Привет, мальчуки!
Его лицо, выбеленное и испещренное швами, стало еще более страшным.
Страница 11 из 11
