Дождалась. Последние 15 минут я хожу по квартире и с остервенением открываю присохшие рамы окон, чтобы впустить в раскаленное помещение хотя бы капельку прохлады. Нет, я конечно просила чтобы наконец стало теплее и пришло лето, но… Зачем же понимать меня так буквально?
Добавить в моё избранное
38 мин, 10 сек 6014
Я иногда думаю, что если бы не Игорь, наш шеф уже давно бы обратил всех врачей в рабство и устраивал бы тут на пару с Толиком кровавые жертвоприношения. Но Игоря он боится и это не мудрено — два с половиной метра мускул и столько же доброты — это вам не шутки для зловредного некрофила неопределенной национальности. И ориентации. Вообще, я начинаю подозревать, что в нашей поликлинике собран небольшой филиал противостояния светлых и темных сил в лице Бедроса Альбертовича и Игоря. Несмотря на мою любовь ко всякой нечисти и плохим концовкам в фильмах, я все-таки в этой борьбе на стороне добра.
Рассуждая таким образом о высоком и моей причастности к нему, я добрела до круглосуточной палатки, недалеко от больницы. Пара бомжей приветливо оскалились мне, как своей. Приятное знакомство, однако, но эти пьяницы бывают иногда очень даже милы в своих пространных отповедях о невыносимости их тяжелой доли и срочной необходимости 5 рублей «мелочовкой».
Купив пачку парламент лайтс, я поплелась обратно к своим прохладным дружкам, с нетерпением дожидающимся меня в своих ледяных номерах. В такую погоду я завидую трупам — лежат себе в холодильничке, кайфуют, а я тут ношусь как сосиска в пекле. Но вот пополнить их ряды как-то мне не улыбается в столь юном возрасте. Если бы можно было по путевке туда на пару месяцев, а потом вновь вернуться к нормальной жизни…
Пока я шла и мечтала о своем личном ледяном пространстве, дорогу мне перегородил какой-то псих. Почему псих? А какой нормальный человек напялит на себя ботинки, толстовку с капюшоном, надвинутым почти на глаза и поверх этого укутается в длиннющее черное пальто? Это при том, что жара сегодня на улице была градусов сорок, а то что солнце спряталось за горизонтом, совершенно не означает, что на улице посвежело. Нифига, те же яйца, только в профиль.
Я с недоумением взирала на это чудо и ждала пока он наконец соизволит уйти с дороги. Мужчина также невозмутимо рассматривал меня и похоже не собирался никуда двигаться.
— Не замерзли?
Ну вот, опять мое ехидство проснулось, эххх, чует моя попа, наваляют мне когда-нибудь за острый язык.
— Где ооооннннн? — просвистела жертва обморожения. Знакомые нотки. Я пристальней оглядела незнакомца и только сейчас заметила, что из под плаща у него выглядывает маленький такой хвостик, с небольшой кисточкой на конце. Лишняя конечность нетерпеливо помахивала.
— Кто? — автоматически спросила я, разглядывая диковинку.
— Не притворяйсссяяяяя, девччччонкааааа — прошепелявил мужчина и нетерпеливо дернул хвостиком. Я чуть не расплакалась от умиления. Подойдя вплотную к незнакомцу, я заглянула под капюшон — так и есть, моя прогрессирующая шизофрения снова за свое — на меня смотрела пара меняющихся глаз на красноватой коже лица.
— Понятия не имею. Хвостик спрячьте, палитесь — прошептала я ему на ухо, огибая его фигуру и бодрым шагом продвигаясь обратно к своей работе.
«Это все переутомление, я просто устала на работе, я не видела сейчас никаких мужиков с миленькими хвостиками с кисточкой, а значит я не схожу с ума. И сама с собой я тоже не разговариваю, это просто для успокоения» — уговаривала я себя, спускаясь в холодильную, чтобы поскорее разобраться с покойничками и пойти поспать.
Меня встретили три приветливо выдвинутых полки и торчащие оттуда пальцы ног, с небольшими бирками с именами.
— И вам привет, друзья. Кто тут у нас? — бормотала я себе под нос, рассматривая бумаги — Такссс… Старушка, предположительно умершая от сердечного приступа, жертва автокатастрофы и неясный случай, мужчина, без явных признаков причин смерти. Интересненько…
Я кинула бумаги на стол и выдвинула третью полку. Из под клеенки кокетливо выглядывали пятки, с красноватой кожей. Может солнечный удар и слабое сердце? Я пошла к раковине вымыть руки и натянуть кровавый передничек с перчатками. О да, теперь я страшный маньяки из подворотни. Меня иногда поражает с каким удовольствием Альбертыч начищает свою рабочую одежду, как будто трупам не наплевать в каком виде он перед ними предстанет.
Пока я опять витаю в облаках, в комнате начинает происходить что-то странное и совсем для меня не радостное — мигает потолочная лампа и как-то странно шипит, надрывно поскрипывают окна и железные полки, будто там кто-то устраивается поудобнее. Добро пожаловать в фильм ужасов. Я нервно сглатываю и поворачиваюсь к полкам — там, почему-то торчат не три пары ног, а две. Растерянно посмотрев по сторонам, я замираю, от того, что кто-то надрывно сопит мне на ухо. Черт! Просто классика жанра, осталось только повернуться и истерично завизжать.
Почему всегда я? — лениво пробегает в сознании мысль и скрывается, оставив меня наедине с восставшим из ада. Откуда то появляется оригинальная идея — если не поворачиваться, ничего и не случиться, это как в детстве — прячешься под одеялом и подкроватные монстры тебя не трогают.
Рассуждая таким образом о высоком и моей причастности к нему, я добрела до круглосуточной палатки, недалеко от больницы. Пара бомжей приветливо оскалились мне, как своей. Приятное знакомство, однако, но эти пьяницы бывают иногда очень даже милы в своих пространных отповедях о невыносимости их тяжелой доли и срочной необходимости 5 рублей «мелочовкой».
Купив пачку парламент лайтс, я поплелась обратно к своим прохладным дружкам, с нетерпением дожидающимся меня в своих ледяных номерах. В такую погоду я завидую трупам — лежат себе в холодильничке, кайфуют, а я тут ношусь как сосиска в пекле. Но вот пополнить их ряды как-то мне не улыбается в столь юном возрасте. Если бы можно было по путевке туда на пару месяцев, а потом вновь вернуться к нормальной жизни…
Пока я шла и мечтала о своем личном ледяном пространстве, дорогу мне перегородил какой-то псих. Почему псих? А какой нормальный человек напялит на себя ботинки, толстовку с капюшоном, надвинутым почти на глаза и поверх этого укутается в длиннющее черное пальто? Это при том, что жара сегодня на улице была градусов сорок, а то что солнце спряталось за горизонтом, совершенно не означает, что на улице посвежело. Нифига, те же яйца, только в профиль.
Я с недоумением взирала на это чудо и ждала пока он наконец соизволит уйти с дороги. Мужчина также невозмутимо рассматривал меня и похоже не собирался никуда двигаться.
— Не замерзли?
Ну вот, опять мое ехидство проснулось, эххх, чует моя попа, наваляют мне когда-нибудь за острый язык.
— Где ооооннннн? — просвистела жертва обморожения. Знакомые нотки. Я пристальней оглядела незнакомца и только сейчас заметила, что из под плаща у него выглядывает маленький такой хвостик, с небольшой кисточкой на конце. Лишняя конечность нетерпеливо помахивала.
— Кто? — автоматически спросила я, разглядывая диковинку.
— Не притворяйсссяяяяя, девччччонкааааа — прошепелявил мужчина и нетерпеливо дернул хвостиком. Я чуть не расплакалась от умиления. Подойдя вплотную к незнакомцу, я заглянула под капюшон — так и есть, моя прогрессирующая шизофрения снова за свое — на меня смотрела пара меняющихся глаз на красноватой коже лица.
— Понятия не имею. Хвостик спрячьте, палитесь — прошептала я ему на ухо, огибая его фигуру и бодрым шагом продвигаясь обратно к своей работе.
«Это все переутомление, я просто устала на работе, я не видела сейчас никаких мужиков с миленькими хвостиками с кисточкой, а значит я не схожу с ума. И сама с собой я тоже не разговариваю, это просто для успокоения» — уговаривала я себя, спускаясь в холодильную, чтобы поскорее разобраться с покойничками и пойти поспать.
Меня встретили три приветливо выдвинутых полки и торчащие оттуда пальцы ног, с небольшими бирками с именами.
— И вам привет, друзья. Кто тут у нас? — бормотала я себе под нос, рассматривая бумаги — Такссс… Старушка, предположительно умершая от сердечного приступа, жертва автокатастрофы и неясный случай, мужчина, без явных признаков причин смерти. Интересненько…
Я кинула бумаги на стол и выдвинула третью полку. Из под клеенки кокетливо выглядывали пятки, с красноватой кожей. Может солнечный удар и слабое сердце? Я пошла к раковине вымыть руки и натянуть кровавый передничек с перчатками. О да, теперь я страшный маньяки из подворотни. Меня иногда поражает с каким удовольствием Альбертыч начищает свою рабочую одежду, как будто трупам не наплевать в каком виде он перед ними предстанет.
Пока я опять витаю в облаках, в комнате начинает происходить что-то странное и совсем для меня не радостное — мигает потолочная лампа и как-то странно шипит, надрывно поскрипывают окна и железные полки, будто там кто-то устраивается поудобнее. Добро пожаловать в фильм ужасов. Я нервно сглатываю и поворачиваюсь к полкам — там, почему-то торчат не три пары ног, а две. Растерянно посмотрев по сторонам, я замираю, от того, что кто-то надрывно сопит мне на ухо. Черт! Просто классика жанра, осталось только повернуться и истерично завизжать.
Почему всегда я? — лениво пробегает в сознании мысль и скрывается, оставив меня наедине с восставшим из ада. Откуда то появляется оригинальная идея — если не поворачиваться, ничего и не случиться, это как в детстве — прячешься под одеялом и подкроватные монстры тебя не трогают.
Страница 7 из 11
