Этот город принимал всех без разбору. Одним он казался гостеприимным и щедрым вертопрахом, другим — бездушным и холодным барыгой, гоняющимся лишь за прибылью. Но были и третьи, которые раз побывав в нём, более не ступали туда ногой, они жались по мелким городкам и прозябали в унылых деревеньках. И когда их спрашивали о городе-мечте, а для большинства он был яркой игрушкой в золоченой обёртке, этаким яблоком в карамели, то эти третьи, либо молчали и с жалостью смотрели на любопытных простаков, либо скупо отговаривались, помечая город одним суровым словом — капкан.
Добавить в моё избранное
41 мин, 8 сек 13009
Мальчик последовал примеру остальных, укутался под расползающимся от старости и влажности одеялом, пропахшим плесенью, потом и грязью.
Род долго лежал, опасаясь заснуть, за годы скитаний он отвык доверять людям, с которыми засыпал рядом. К тому же эта группа мальчишек крайне отличалась от всех прочих, с кем он пересекался, и тем самым настораживала его ещё больше. Но непрекращавшийся гул машин снизу и тепло трубопроводов, а также согревшиеся после мокрого похода по городу ноги успокоили его и погрузили в сон без сна.
Проснулся Род в темноте, мальчишки тихо шушукались меж собою в сторонке. Мальчик выполз из-под старого тряпья и прислушался к разговорам.
— Они подобрались слишком близко, Бизон, — деловито звучал голос Рыжего, было похоже, что он второй человек по главенству после Капитана. — Чудик и Жгут… они же их встретили за километр отсюда. А это фигня.
— И что ты предлагаешь? Сниматься с места? — гнусаво спросил Бизон.
— Я бы убрался от греха подальше, — сдавлено прошептал Рыжий.
— Скорее от страха, — вставился звонким голоском Шейх.
— Я не трус! Не смей меня называть трусом! — Послышалась возня. — Ещё скажи, что ты их не боишься, что рад встречи с ними!
— Боюсь, но не улепётываю от них со всех ног! — пролепетал с издёвкой смуглый мальчуган.
— Если бы я не убежал, то они бы расправились и со мной! — возмутился Рыжий.
— Ты их бросил, Рыжий, — уныло и грустно проговорил Бизон. — Я бы не оставил парней, но меня там не было.
— Вот именно, Бизон, тебя там не было, и тебя, Шейх, не было, чтоб говорить подобную чушь! — взвизгнул Рыжий. — Их было много, парни, слышите, много. Целая стая, а нас трое! Каков исход был бы, а? Три против двадцати! Да будь мы всей группой там, они бы расправились с каждым из нас, их стая! У нас один выход — бежать.
— Что ты заладил, как девка, бежать-бежать? Может тебе от теней привиделось так много? — Этот голос был ещё незнаком Роду, он предположил, что говорил Ковбой либо Художник.
Они видимо уловили его приглушённое копошение, когда он выползал из-под рваного одеяла и притихли. Напряжение и таинственный страх наэлектризовали воздух, сделав его тяжёлым и чуть удушливым, не смотря на пронизывающий морозный ветер, что огибал толстые трубы.
— Проснулся, новенький? — пробормотал Шейх. — И давно ты подслушиваешь?
— Я не подслушивал. — Род подтянулся к ребятам. — Что у вас случилось?
— Скоро узнаешь, рохля, скоро узнаешь. — Нота язвительности вновь вернулась в голос Рыжего. Но от него несло страхом, этот кисловатый с примесью плесени запах был слишком хорошо знаком Роду.
— Я хочу сейчас всё знать, а не потом. Рассказывай! — твёрдо потребовал новичок.
— А чего это ты тут раскомандовался? Ты тут никто ещё, чтоб голос поднимать, — взвился Рыжий, от него ещё сильнее пахнуло тревогой.
— Или вы мне сейчас всё расскажете или я ухожу. — Род решил рискнуть, уходить в ночь ему было некуда, в тёмное зимнее время суток найти подходящее место для ночлега практически было невозможно. Тем более, города он не знал, а окраины Нью-Росса не располагали к доверию без полагающегося вечером уличного освещения. Кругом было безпроглядно темно, не считая одиноких придорожных фонарей пересечённых автобанов.
— Ну и вали отсюда! Ты мне сразу не понравился, — зашипел Рыжий. — Подумаешь, цаца какая!
— И уйду! — блейфовал Род.
— Тихо, Рыжий! Ты снова за своё! — позади мальчишек рявкнул Капитан, он отсутствовал, но вернулся как раз к началу назревавшей потасовки. — Что я тебе говорил? Спустить тебя вниз им на ужин?
— Капитан! — Голос Рыжего дрогнул и стих. — Он меня вывел из себя. Заладил, что уйдёт, если мы ему всё не объясним. А ведь мы ничего не можем без тебя рассказывать. Ты же сам велел.
— Род, подвинься ближе, время пришло тебе всё рассказать. — Капитан, игнорируя оправдания Рыжего, переполз через трубу и уселся, прислонившись спиной к её теплой поверхности.
Мальчик послушался и придвинулся ближе, следуя примеру предводителя мальчишек, с удовольствием упершись в бурлившую горячей водой трубу. Ребята расселись тесным кружком вокруг них, пустив по кругу бутылку с водой и пакет с очерствелым хлебом и отсырелым печеньем. Не бог весть какое угощенье, но Род был доволен.
— Ты парень вроде бы бывалый, не первый день на улице. Это видно. И знаешь, что люди разные бывают, — начал издалека Капитан. — Что в городах, что в деревнях, есть хорошие и плохие люди. Хорошо, когда сразу раскусишь человека и видно, каков он. Не так ли? Сразу знаешь, как с ним обращаться. А здесь, Род, в Нью-Россе живут другие, особенные люди. Их и людьми страшно называть. Не такие они, как прочие.
— Я не понимаю.
— Скоро сам их увидишь. Они охотятся стаями по двадцать, а иногда и сорок человек. Кто попадётся им в руки, пиши-пропало, больше не увидит утренний рассвет.
Род долго лежал, опасаясь заснуть, за годы скитаний он отвык доверять людям, с которыми засыпал рядом. К тому же эта группа мальчишек крайне отличалась от всех прочих, с кем он пересекался, и тем самым настораживала его ещё больше. Но непрекращавшийся гул машин снизу и тепло трубопроводов, а также согревшиеся после мокрого похода по городу ноги успокоили его и погрузили в сон без сна.
Проснулся Род в темноте, мальчишки тихо шушукались меж собою в сторонке. Мальчик выполз из-под старого тряпья и прислушался к разговорам.
— Они подобрались слишком близко, Бизон, — деловито звучал голос Рыжего, было похоже, что он второй человек по главенству после Капитана. — Чудик и Жгут… они же их встретили за километр отсюда. А это фигня.
— И что ты предлагаешь? Сниматься с места? — гнусаво спросил Бизон.
— Я бы убрался от греха подальше, — сдавлено прошептал Рыжий.
— Скорее от страха, — вставился звонким голоском Шейх.
— Я не трус! Не смей меня называть трусом! — Послышалась возня. — Ещё скажи, что ты их не боишься, что рад встречи с ними!
— Боюсь, но не улепётываю от них со всех ног! — пролепетал с издёвкой смуглый мальчуган.
— Если бы я не убежал, то они бы расправились и со мной! — возмутился Рыжий.
— Ты их бросил, Рыжий, — уныло и грустно проговорил Бизон. — Я бы не оставил парней, но меня там не было.
— Вот именно, Бизон, тебя там не было, и тебя, Шейх, не было, чтоб говорить подобную чушь! — взвизгнул Рыжий. — Их было много, парни, слышите, много. Целая стая, а нас трое! Каков исход был бы, а? Три против двадцати! Да будь мы всей группой там, они бы расправились с каждым из нас, их стая! У нас один выход — бежать.
— Что ты заладил, как девка, бежать-бежать? Может тебе от теней привиделось так много? — Этот голос был ещё незнаком Роду, он предположил, что говорил Ковбой либо Художник.
Они видимо уловили его приглушённое копошение, когда он выползал из-под рваного одеяла и притихли. Напряжение и таинственный страх наэлектризовали воздух, сделав его тяжёлым и чуть удушливым, не смотря на пронизывающий морозный ветер, что огибал толстые трубы.
— Проснулся, новенький? — пробормотал Шейх. — И давно ты подслушиваешь?
— Я не подслушивал. — Род подтянулся к ребятам. — Что у вас случилось?
— Скоро узнаешь, рохля, скоро узнаешь. — Нота язвительности вновь вернулась в голос Рыжего. Но от него несло страхом, этот кисловатый с примесью плесени запах был слишком хорошо знаком Роду.
— Я хочу сейчас всё знать, а не потом. Рассказывай! — твёрдо потребовал новичок.
— А чего это ты тут раскомандовался? Ты тут никто ещё, чтоб голос поднимать, — взвился Рыжий, от него ещё сильнее пахнуло тревогой.
— Или вы мне сейчас всё расскажете или я ухожу. — Род решил рискнуть, уходить в ночь ему было некуда, в тёмное зимнее время суток найти подходящее место для ночлега практически было невозможно. Тем более, города он не знал, а окраины Нью-Росса не располагали к доверию без полагающегося вечером уличного освещения. Кругом было безпроглядно темно, не считая одиноких придорожных фонарей пересечённых автобанов.
— Ну и вали отсюда! Ты мне сразу не понравился, — зашипел Рыжий. — Подумаешь, цаца какая!
— И уйду! — блейфовал Род.
— Тихо, Рыжий! Ты снова за своё! — позади мальчишек рявкнул Капитан, он отсутствовал, но вернулся как раз к началу назревавшей потасовки. — Что я тебе говорил? Спустить тебя вниз им на ужин?
— Капитан! — Голос Рыжего дрогнул и стих. — Он меня вывел из себя. Заладил, что уйдёт, если мы ему всё не объясним. А ведь мы ничего не можем без тебя рассказывать. Ты же сам велел.
— Род, подвинься ближе, время пришло тебе всё рассказать. — Капитан, игнорируя оправдания Рыжего, переполз через трубу и уселся, прислонившись спиной к её теплой поверхности.
Мальчик послушался и придвинулся ближе, следуя примеру предводителя мальчишек, с удовольствием упершись в бурлившую горячей водой трубу. Ребята расселись тесным кружком вокруг них, пустив по кругу бутылку с водой и пакет с очерствелым хлебом и отсырелым печеньем. Не бог весть какое угощенье, но Род был доволен.
— Ты парень вроде бы бывалый, не первый день на улице. Это видно. И знаешь, что люди разные бывают, — начал издалека Капитан. — Что в городах, что в деревнях, есть хорошие и плохие люди. Хорошо, когда сразу раскусишь человека и видно, каков он. Не так ли? Сразу знаешь, как с ним обращаться. А здесь, Род, в Нью-Россе живут другие, особенные люди. Их и людьми страшно называть. Не такие они, как прочие.
— Я не понимаю.
— Скоро сам их увидишь. Они охотятся стаями по двадцать, а иногда и сорок человек. Кто попадётся им в руки, пиши-пропало, больше не увидит утренний рассвет.
Страница 5 из 12
